Содержание

Бьёрнстьерне Бьёрнсон

ХУЛЬДА-ХРОМОНОЖКА

(Halte-Hulda)

Перевод П.Карпа

Работу над исторической драмой «Хульда-хромоножка» Бьёрнсон начал весной 1857 года в Копенгагене и окончил осенью того же года в Кристиании. Впервые издана она была в Бергене весной 1858 года, затем отдельные издания пьесы выходили в 1869 и 1902 годах. Кроме того, она печаталась в собраниях сочинений Бьёрнсона.

В 1858 году Кристианийский театр принял драму к постановке, но под воздействием продатски настроенной части труппы работа над спектаклем была прервана. Тогда же драматург получил отказ от копенгагенского Королевского театра. Впервые «Хульда-хромоножка» была показана на сцене Норвежского театра в Кристиании в апреле 1862 года. Три года спустя состоялась премьера драмы в Кристианийском театре; постановщиком спектакля был сам Бьёрнсон, музыку написал шведский композитор А. Рюбенсон. В Бергене «Хульда-хромоножка» была поставлена впервые лишь в 1919 году. Национальный театр включил драму в свой репертуар весной 1922 года.

За рубежом драма впервые увидела свет рампы на сцене Мангеймского театра в 1868 году, а вскоре и в Мейнингемском театре, где до этого шла другая историческая драма Бьёрнсона «Между битвами». В 1885 году известный французский композитор С. Франк использовал «Хульду-хромоножку» в качестве либретто для одноименной оперы, которая неоднократно ставилась во Франции. В России драма Бьёрнсона была поставлена в 1912 году на сцене петербургского Народного дома гр. Паниной.

«Хульда-хромоножка» — третья из цикла исторических драм (если считать также юношескую пьесу «Вальборг», рукопись которой была уничтожена самим автором), занимающих центральное место в творчестве Бьёрнсона конца 50-х — начала 70-х годов. Знаменательно, что она была издана в один и тот же год с «Воителями в Хельгеланде» Г. Ибсена. Два молодых норвежских драматурга шли одним путем — путем создания национальной исторической драмы. Продолжая в этом отношении традиции господствовавшего в те времена в молодой норвежской литературе направления — национальной романтики, Бьёрнсон и Ибсен вместе с тем находились в эти годы под влиянием А. Эленшлегера, крупнейшего датского драматурга первой половины XIX века. Лучшие исторические трагедии Эншлегера, главы прогрессивного направления в датском романтизме, отличались демократическими устремлениями и ненавистью к феодально-католическому средневековью, пристальным интересом к старинным сагам и преданиям скандинавских народов, а также глубоким лиризмом. Все эти черты эленшлегеровской драматургии привлекали Бьёрнсона-романтика, долгое время бывшего страстным популяризатором творчества Эленшлегера. В статье «О постановках трагедий Эленшлегера» писатель подчеркивал, что эти трагедии «указывают путь норвежской исторической драме». Статья его была напечатана в газете «Бергенпостен» в то время, когда Бьёрнсон находился на посту руководителя Норвежского театра в Бергене (1857— 1859) и лично осуществил постановки ряда эленшлегеровских трагедий. Позднее, в послесловии к исторической драме «Сигурд Крестоносец» (1872), излагая основные положения своей концепции «народной драматургии», Бьёрнсон вновь указывает на трагедии Эншлегера как на высокий образец, достойный подражания: «Под «народной пьесой» я подразумеваю пьесу, которая увлекает зрителей любого возраста и образования и постановка которой поэтому в состоянии хоть на миг пробудить в людях радость солидарности, единого порыва. История народов наилучшим образом подходит для этого. У нас, на Севере, есть великий скальд, чей талант был настолько велик, что многие из его исторических пьес невольно стали «народными пьесами». Я имею в виду Эленшлегера».

В «Хульде-хромоножке» воздействие поэтики Эленшлегера сказалось с особенной очевидностью. В отличие от других исторических драм Бьёрнсона, «Хульда-хромоножка» написана пятистопным ямбом — излюбленным размером датского романтика. Бьёрнсон вводит в свою пьесу один из наиболее типичных для эленшлегеровских трагедий мотивов: столкновение антагонистических духовных начал — древнего, необузданного могучего «духа Севера» и нового, более гуманного мировоззрения, постепенно проникающего к скандинавским народам. Широко использованы в пьесе и мотивы древнеисландских саг. Вместе с тем «Хульда-хромоножка» ни в коей мере не является подражательным или стилизаторским произведением. По четкости обрисовки персонажей и резкости сюжетного конфликта эта пьеса носит специфически бьёрнсоновские черты.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Хульда, вдова Гудлейка Хустадвика.

Трон, Арнэ, братья Гудлейка.

Аслак, их отец.

Хальгерд, его сестра.

Старая Гудрун, мать Аслака и Хальгерд, старейшая в роде.

Тордис, взятая на воспитание родом Аслака.

Королева.

Сванхильд, девушка при королеве.

Гуннар, приближенный короля.

Эйольф Финсон, хевдинг [1] при дворе короля.

Два старика.

Девушки при королеве.

Действие происходит за сто лет до Кальмарской унии [2] .

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Парадная палата времен норвежского короля Хокона Старого и его преемников. Вечереет. Доносится то громкий, то глухой, в зависимости от силы ветра, колокольный звон.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Старуха сидит на стуле с высокой спинкой, справа от нее Хальгерд и Тордис шьют красный мужской плащ. Хальгерд работает прилежнее, нежели Тордис. Все долго молчат.

Хальгерд

Не спорится у нас шитье сегодня.

Тордис

Да, мысли заняты иным шитьем.

Хальгерд

(спокойно; ее речь вообще такова)

Гм, — если б от недобрых наших мыслей

Работа рук застопорилась, вряд ли

Нам удалось бы здесь хоть что-то сделать, —

Мы обо многом можем поразмыслить.

Тордис

Но мысль моя была далеко.

Хальгерд

Что же,

Коль ищешь помощи, ищи подальше

От наших мест; здесь помощи не сыщешь.

Тордис

А я и не ищу.

Хальгерд

А мне сдается,

Что поискать тебе бы не мешало.

Тордис

Да, для тебя!

Хальгерд

Что? Для меня?

Тордис

(перестает шить)

Опору,

Что мне нужна, я обрела.— И скоро

Совсем он уведет меня отсюда.

Хальгерд

Так!

Тордис

Разве мне дано иное счастье?

Хальгерд

В чем счастье?

Тордис

В том, что мне семнадцать лет;

Во взгляде Гуннара.

Хальгерд

А я так слышу

Зловещий глас, который гонит прочь

И мысль о счастье.

Тордис

Это ты, должно быть,

Про звон колоколов?

Хальгерд

Я вижу очи,

Что заставляют память обратиться

К делам, далеким от утех любовных.

Тордис

Убитый Гудлейк! Бог да будет с ним!

Хальгерд

Да будет с теми бог, кто полон сил

И не забудет, как сражен был Гудлейк.

Тордис

По мне об этом лучше и не думать.

Хальгерд

А мне запала в сердце мысль о нем,

И не уйдет, пока не станет воплем

О помощи.

Тордис

Чем я могу помочь?

Хальгерд

Когда бы сватались ко мне...

Тордис

То ты бы?..

Хальгерд

Я б знала цену своему согласью.

Тордис

(вскакивает)

Ты думаешь о крови!

Хальгерд

Ибо кровью

Запятнан дом, где я живу.

Тордис

Страшны

Твои слова.

Хальгерд

А ты считаешь, Гудлейк,

Лежащий там, где он лежит, не страшен?

Тордис

Не надо, Хальгерд! Слушать я не в силах

Такие речи.

Хальгерд

Ай-ай-ай!

Тордис

Заметно,

Что род твой из Исландии.

Хальгерд

Заметно,

Что не исландка ты.

Тордис

И слава богу!

Хальгерд

Клянешь ты, верно, тот воскресный день,

Когда приют нашла ты в этом доме.

(Тордис молча садится и шьет. Пауза. Старая Гудрун встает со своего места и спотыкаясь идет налево, где на стене висит оружие.)

Чего ты хочешь, мать?

Гудрун

Хочу взять щит.

Почистить надо.

Тордис

Господи, старуха

Все думает еще, что Гудлейк жив.

Хальгерд

И ждет его.

Гудрун

Звонят колокола.

Должно быть, он. — То в честь его звонят.

И верно, — он ведь странствовал так долго.

Тордис

(подойдя к ней)

Сядь, бабушка. Не то сама ты знаешь, —

И голова закружится. Садись!

Гудрун

Еще хоть раз бы на его доспехи

Взглянуть.

Тордис

Садись! Сейчас мы принесем

Тебе его оружие.

1

Хевдинг — член знатного рода (у древних скандинавов).

2

Кальмарская уния — состоявшееся 20 июля 1397 г. в шведском городе Кальмаре объединение трех скандинавских государств (Дании, Швеции и Норвегии) под властью единого короля при политическом главенстве Дании».

arrow_back_ios