Рейтинг книги:
6,5 из 10

Поклонение

Престон Холли

Содержание

— Там посмотрим! — И предупреждая новую реплику дочери, он быстро добавил: — Ты пойми: я вовсе не отказываюсь. Просто я еще раз все обдумаю. А сейчас иди — тебе пора на собеседование.

Спорить сейчас с отцом было бессмысленно. Сьюзан застегнула бежевый плащ и двинулась к выходу.

— Удачи тебе, — сказала Виктория.

— Спасибо. Я в ней очень нуждаюсь.

— Не говори ерунды! Ты — прекрасный врач, и даже этот твой доктор Лезерт, которого ты так боишься, вынужден будет согласиться с этим. Мне он показался знатоком своего дела, да и вел он себя вполне дружелюбно. — Виктория ласково посмотрела на дочь.

— У меня была с. ним небольшая стычка, мама. Впрочем, ты права, последнее слово не за ним, так что будем надеяться на лучшее.

Центр здоровья был основан давно — еще до того, как туда пришел работать пресловутый Кристофер Лезерт. Здание располагалось на главной городской улице и уже издалека привлекало внимание сверкающими окнами и красной черепичной крышей. За последние годы к нему было пристроено новое крыло, высаженные вдоль дорожек кустарники образовали живую изгородь, над которой возвышались развесистые, тенистые вязы. С юга этот островок зелени огибала речушка, и огромные плакучие ивы простирали свои ветви над прохладными заводями. Центр располагался в каких-нибудь четырех милях от дома, а график работы там был просто идеальным, особенно если учитывать интересы Максимилиана.

Взглянув на часы, Сьюзан заметила, что у нее в запасе есть несколько минут, чтобы зайти в булочную. Булочная располагалась напротив Центра рядом с аптекой. Припарковав машину, Сьюзан отправилась за покупками.

Выйдя из магазина, она чуть не столкнулась с пожилой женщиной, спешившей куда-то по мокрой, усеянной желтыми и багровыми листьями мостовой. Они кивком извинились друг перед другом, женщина двинулась дальше, но, угодив ногой в прикрытую листвой лужу, поскользнулась и растянулась в полный рост. Мгновением позже Сьюзан была рядом.

— С вами все в порядке? — быстро спросила она.

Женщина с искаженным от боли лицом держалась за лодыжку и минуту-другую не в состоянии была говорить.

— Кажется, я ее сломала, — прошептала она сквозь зубы.

— Я врач, и, если позволите, я хотела бы осмотреть ногу. Где болит? Здесь?

— Да. Господи, как же глупо вышло! Я даже оглянуться не успела, как оказалась на тротуаре! Как болит, боже! — простонала побледневшая пенсионерка, качая головой.

Сьюзан присела на корточки и осторожно прощупала место предполагаемого перелома.

— Нога у вас в этом месте сильно распухла, — сказала она наконец. — Но на перелом это не похоже. Нужно сделать холодные примочки, снять отек, а затем наложить фиксирующую повязку. Ногу придется держать в покое, лучше в подвешенном состоянии, или подкладывать под нее подушки. Кто-нибудь из домашних мог бы присмотреть за вами, миссис?

— Бенсон. Меня зовут миссис Бенсон. — Пенсионерка горестно покачала головой. — Увы, мой Гарри покинул меня почитай как десять лет назад. А впрочем, у меня очень отзывчивая и чуткая соседка. Думаю, она не откажется присмотреть за мной, пока я не поправлюсь.

— Посмотрим, что можно для вас сделать. К счастью для вас, вы упали в самом что ни на есть подходящем для этого месте, в двух шагах от Центра здоровья. Обопритесь на меня.

Сьюзан помогла женщине подняться.

— Спасибо вам, девочка, вы очень добры, — всхлипнув, сказала женщина. — Простите, что из-за меня у вас столько хлопот. Вот я вам и плащ в грязи испачкала!

Сьюзан бросила взгляд на плащ, на полях остались серые мокрые разводы.

— А, ерунда! — отмахнулась она, хотя поежилась при мысли, в каком виде она явится на собеседование. Взглянув на часы, чуть не застонала, потому что уже опоздала к назначенному времени. — Не обращайте внимания, — с оптимизмом приговоренного к смерти сказала она: — Плащ отстирается в одну минуту.

Они подошли к главному корпусу, и Сьюзан помогла женщине подняться по ступенькам. Войдя в вестибюль, Сьюзан обратилась к дежурной по регистратуре:

— Эта женщина только что поскользнулась и получила при падении ушиб. У вас не найдется человека, который мог бы осмотреть ее. У нее легкий шок после падения, ей необходимо сделать примочки и наложить повязку. Кстати, меня зовут Сьюзан Джилберт, вы, наверное, предупреждены о моем приходе.

— Да, конечно! — воскликнула сестра, глядя на нее во все глаза. — А мы тут гадаем, что такое могло произойти с вами. Я сообщу доктору Свенсену о вашем приходе, только отведу вашу больную к медсестре. Не волнуйтесь, дорогая миссис…

— Бенсон, — вставила Сьюзан.

— … Бенсон. Мы о ней позаботимся.

В этот момент открылась дверь, и в вестибюль вошел Кристофер Лезерт. Он выглядел совершенно иначе, чем Сьюзан запомнила его: в прекрасно скроенном сером костюме и безукоризненно чистой, в тонкую полоску рубашке с галстуком в серую крапинку. Сьюзан чуть рот не открыла от восхищения — настолько он был хорош. Впрочем, она тут же взяла себя в руки и нахмурилась. Кристофер в свою очередь вытаращил на нее глаза, и лишь после того, как дежурная сестра торопливо пояснила: «Это доктор Джилберт, доктор Лезерт», — он кивнул головой:

— Знаю, мы уже знакомы.

Сестре, казалось, не очень понравился тон его замечания, но она промолчала и повела миссис Бенсон в какой-то из кабинетов, оставив Сьюзан и Кристофера наедине.

Лезерт смерил смущенную Сьюзан взглядом с головы до ног и, конечно, не упустил из виду пятна грязи на ее плаще. Сьюзан почувствовала, как кровь прихлынула к лицу.

— Итак, вы все-таки пожаловали, — изрек он. — А мы, признаться, уже начали сомневаться в вашем приходе.

Было ясно как дважды два, что он не в восторге от ее опоздания.

— Я очень извиняюсь, что вам пришлось меня ждать, — начала Сьюзан.

— Что, заблудились? Или вам дали неверный адрес?

— Нет, как уроженка здешних мест, я знаю здесь все стежки-дорожки, кроме разве что недавно построенных. Так что заблудиться я не могла.

— Тогда с вами произошел какой-нибудь несчастный случай, — продолжал он, нахмурив брови и снова оглядывая ее перепачканный плащ. — В такую непогоду следует очень осторожно водить машину — скользко и слякотно, можно легко не вписаться в поворот.

— Погода обычная, и дорога не такая уж плохая. Я, во всяком случае, ни в какие переделки с машиной не попадала.

Кристофер многозначительно склонил голову.

— Тем хуже для вас, миссис Джилберт, — сказал он зловеще. — В нашем учреждении первостепенное значение придается такому качеству работника, как пунктуальность. Жизнь пациента нередко зависит от того, вовремя или нет окажем мы ему помощь, и мне, по правде сказать, стыдно говорить такие элементарные вещи дипломированному специалисту, тем более имеющему за плечами практику.

Сьюзан чуть не онемела от возмущения.

— Я не намерена выслушивать ваши поучения, доктор Лезерт, — вспылила она. — По части пунктуальности я, извините, могу дать фору кому угодно, хотя бы даже вам. Но долг врача — всегда и в любое время приходить на помощь больному, даже ценой опоздания на встречу с такими уважаемыми людьми, как доктор Свенсен и вы. Или, по-вашему, я должна была оставить миссис Бенсон лежать на мокром, холодном тротуаре в ожидании, пока кто-то другой, быть может не имеющий медицинского образования, заметит ее и окажет хоть какую-то помощь?

Пальцы Сьюзан вцепились в полу плаща, а в глазах сверкнули гневные огоньки. Какой самоуверенный и напыщенный нахал! — подумала она. Вот и говори после этого, что первое впечатление обманчиво!

— Погодите, я ничего не понял, — отрывисто проговорил Кристофер. — Какой тротуар? Какая миссис Бенсон?

— С этого и надо было начинать, а не бросать в лицо скоропалительные обвинения, — сквозь зубы процедила Сьюзан. — Миссис Бенсон — эта та самая женщина, которую только что увели в кабинет на перевязку. Я случайно стала свидетельницей того, как она поскользнулась и упала. Кстати, именно по этой причине у меня такой непрезентабельный, если можно так выразиться, вид, за что я также приношу свои глубочайшие извинения.

Выпалив свою отповедь, она вдруг опомнилась и струхнула. После всего, что она наговорила, на работу в этом месте едва ли стоило рассчитывать. И почему только от одного вида этого красавца-доктора ее охватывает бешенство? Шутки шутками, а за распущенность надо платить. Она позабыла, как много поставлено на карту, и теперь, скорее всего, получит от ворот поворот.

— Характер у вас, однако, миссис Джилберт, — прохладно заметил Кристофер. — Просто удивительно, особенно при вашей очаровательной и хрупкой внешности. И все же я бы посоветовал вам поучиться сдержанности. Среди пациентов попадаются люди с капризами, и их где-то можно понять — болезнь, как правило, меняет людей далеко не в лучшую сторону. Но для врача вдвойне важно в любой ситуации сохранять хладнокровие, а его-то вам и не хватает.

Сьюзан вызывающе вскинула подбородок:

— Может быть, я на вид и хрупкая, но трудиться умею не хуже здоровяков-спортсменов, уж поверьте мне! У меня за плечами, слава богу, основательная практика, и до сих пор я умела справляться с любыми капризами своих пациентов.

— У вас слишком молодой вид, чтобы говорить о богатой практике, мисс Джилберт, так что…

Кристофер не закончил. Дверь открылась, и в холл вышел доктор Свенсен.

— Доктор Сьюзан Джилберт, если не ошибаюсь? Вы не против, если я буду называть вас просто Сьюзан? Сестра сообщила мне о вашем приходе.

Том Свенсен приветливо пожал ей руку. Лет шестидесяти, худощавый, среднего роста шатен, с сединой на висках, он не утратил молодости и энергии, и дружелюбный взгляд его карих глаз располагал к общению с первой же минуты знакомства. В молодости он был, вероятно, очень привлекательным мужчиной, да и сейчас не потерял обаяния.

arrow_back_ios