Содержание

Две дивизии XV корпуса, под командой Мартино и Пейтавена, прикрывавшие правое крыло Шанзи, были отброшены — одна у мельницы Мораль, другая перед деревней Пупри.

Вторичное взятие Орлеана. Неудача при Луаньи — Пунри вынудила луарскую армию к отступлению. На ее левом фланге одна из трех дивизий Шанзи, дивизия Моранди, спаслась в Гюэтр, под прикрытие Орлеанского леса, и помощники Сонй уверяли, что XVII корпус совершенно изнурен и неспособен к дальнейшим действиям. На его правом фланге войска Бильо и Круза, до сих пор остававшиеся под непосредственным руководством Фрейсине и слишком поздно переданные д'Ореллю, стояли чересчур далеко, чтобы быть сколько-нибудь полезными. Ослабленные боем при Бон-ла-Роланд, они позволили генералу фон Гартману, располагавшему всего одной конной дивизией, 4 батальонами и 6 орудиями, удерживать их на месте. Оставался центр, занятый XV корпусом, который уже значительно пострадал в сражении под Пупри. Фридрих-Карл легко опрокинул его концентрической атакой. Выбитый 3 декабря из Шильёр-о-Буа и Шевильи, этот корпус вынужден был отступить в крайнем расстройстве и не мог удержаться даже за ложементами и окопами, с таким трудом возведенными перед Орлеаном. Солдаты и офицеры были деморализованы. Они переполняли кабаки и кафе. Тщетно д'Орелль и чины его штаба пытались собрать эти рассеянные банды и снова повести их в бой. Пальер, соединив остатки трех дивизий XV корпуса, некоторое время защищал подступы к городу с помощью морской артиллерии, которой командовал флотский капитан Рибур. Но 4 декабря, в половине двенадцатого ночи, он эвакуировал Орлеан. Делегация возложила всю ответственность за катастрофу на д'Орелля: его обвиняли в том, что он не сосредоточил своих войск, «не противопоставил всю совокупность своих сил неприятельским атакам», хотя д'Орелль в своих депешах все время протестовал против дробления армии; у него отняли командование.

Жон. Первой луарской армии более не существовало. Шанзи, не имея возможности исполнить приказ д'Орелля о продвижении к Орлеану, остался с XVI и XVII корпусами на правом берегу реки. Остальные войска, т. е. XV, XVIII н XX корпуса, перешли на левый берег: XV — по Орлеанскому каменному мосту, которого за недостатком пороха он не мог взорвать, XVIII — по висячему мосту в Сюлли, XX — по мосту в Жаржо.

Правительство, которому грозила теперь непосредственная опасность, покинуло Тур и переселилось в Бордо. Но оно не пало духом. Гамбетта твердил, что он неспособен к отчаянию. Были сформированы две армии: вторая луарская под начальством Шанзи, из XVI и XVII корпусов, и будущая восточная армия под командой Бурбаки, составленная из XV, XVIII и XX корпусов, которые отвели к Буржу, чтобы дать им возможность оправиться от лишений и смертельной усталости.

Шанзи был настоящий полководец — твердый, непоколебимый, никогда не терявший надежды на успех. Мыслью о наступлении он старался воодушевить войска и придать им смелости; он твердо решил освободить Париж и, по его собственному выражению, упорно цеплялся за эту мысль.

Отступив за лес Монпипо, он загородил просеку, по которой должен был пройти неприятель, направляясь из Орлеана в Тур, и вечером 5 декабря расположился в Жоне, в неровной местности, простирающейся от Лоржа до Божанси. Левым флангом он упирался в Маршнуарский лес, а правым — в Луару. Теперь его армия состояла из трех корпусов: XVI, под командой адмирала Жорегиберри, XVII, под командой генерала Коломба, и XXI, только что сформированного в Мансе и отданного под начальство флотского капитана Жореса.

7 декабря великий герцог Мекленбургский атаковал Шанзи. Исход боя остался нерешенным: у Месса французы отступили, зато они вытеснили неприятеля из Кравана и Бомона и удержали свои линии, так что ночевали на своих прежних позициях.

8-го Танн и великий герцог начали бой, известный под именем дела при Божанси или Виллорсо. Огонь шаспо и митральез производил сильные опустошения в немецких войсках; они оставили в руках французов Бомон и Леме; одно время генерал Танн был в очень критическом положении; к концу боя у него истощились огнеприпасы, и он располагал всего двумя ротами, которые не решался бросить «в этот ад, где они испарились бы, словно капля воды на ярком пламени». Но на крайнем правом фланге армии Шанзи колонна Камо вынуждена была очистить Верной, Месса и Божанси.

Шанзи, однако, не отступил. Он отвел свое правое крыло на высоты Тавера и сопротивлялся весь день 9 декабря с прежним упорством; он очистил Вильжуан и Ориньи, но оттеснил прусские батальоны за Таверский овраг.

10-го он вновь захватил Ориньи, и если немцы вторично заняли Вильжуан, то он со своей стороны овладел замком Кудрэ.

Вандом. Говорят, этот четырехдневный бой является, быть может, славнейшим моментом в истории национальной обороны. Танн не скрывал от себя, что пехота I баварского корпуса совершенно истощена: с 1 декабря она потеряла на поле битвы треть солдат и больше половины офицеров. Но Фридрих-Карл подоспел на помощь великому герцогу. Войска его IX корпуса приближались по левому берегу Луары, взяли внезапным налетом замок Шамбор и появились под Блуа. Шанзи грозила опасность обхода, и в этом критическом положении он призвал к себе на помощь Бурбаки и поручил ему, двинувшись немедленно на Орлеан, остановить Фридриха-Карла. Но Бурбаки ответил, что не может требовать наступления от своей измученной армии. Шанзи настаивал, и правительство поддержало просьбу генерала своим приказом. Бурбаки вновь — и совершенно справедливо — возразил, указав на плачевное состояние своих солдат, терпевших нужду в одежде и продовольствии, на отощавших и сплошь ободранных лошадей, на крайнюю усталость армии, которая неминуемо распадется при первой попытке двинуть ее вперед. 11 декабря Шанзи отступил к Ванд ому и 13-го пошел вдоль Луары.

Фридрих-Карл последовал за ним со всеми своими силами. 14 декабря он занял Фретеваль, на следующий день — Бель-Эссор. Шанзи принужден был отойти еще дальше. Под непрерывным дождем, в жестокий холод он направился к Мапсу. Целые батальоны разбегались; множество солдат тащилось позади колонн или разбрелось по фермам. Иные умышленно отставали или уходили в сторону, чтобы попасть в плен к немецким уланам; другие опережали армию, торопясь добраться до Манса, где надеялись найти отдых и конец своим страданиям. Тем не менее неприятель почти не тревожил Шанзи во время этого отступления. Фридрих-Карл, обманутый диверсией Бурбаки, прогнавшего из Жиана баварский отряд, поспешил к Орлеану.

Мане. Прибыв 19 декабря в Мане, Шанзи поспешил реорганизовать свою армию, перенесшую столь тяжкие испытания. Спустя четыре дня две колонны мобилей под начальством Руссо и Жуффруа отправились: одна к Ножан-ле-Ротру, другая — к Вандому с целью разведать положение неприятеля и замаскировать движение к Парижу, которое снова задумывал настойчивый генерал. Эти две колонны сначала имели успех в нескольких мелких стычках, и колонна Жуффруа добралась до предместий Вандома; но скоро они были вынуждены отступить перед более значительными неприятельскими силами: подошли великий герцог Мекленбургский и Фридрих-Карл: первый — через Ножан-ле-Ротру и долину Гюиня, второй со своими тремя корпусами — III, IX и X — под командой Альвенслебена, Манштейяа и Фойгтс-Ретца через Сен-Калэ, Вандом и Тур. Против Шанзи сосредоточились таким образом 58 000 пехоты, 15 000 кавалерии и 300 орудий.

6 января начался ряд боев, объединяемых немцами под названием «сражения при Маисе», или «семи дней перед Мансом». Бой жарко кипел на этой волнистой, неровной местности, пересеченной изгородями и возвышенностями, удобной для оборонительной войны, а к топографическим препятствиям присоединилась еще вдобавок отвратительная погода; снежные вихри мешали глядеть вдаль, вследствие оттепели образовалась глубокая грязь, замедлявшая движение, а наступивший вслед за оттепелью мороз образовал гололедицу, вследствие чего дороги сделались скользкими и почти непроезжими. Но немцы приближались с уверенной медлительностью, и, по их собственным словам, войска, которыми они собирались сломить энергичное сопротивление Шанзи, были отборные, закаленные войска — Kerntruppen.

9 января великий герцог Мекленбургский на своем правом фланге отнял у генерала Руссо деревни Коннерре и Торинье; в центре Альвенслебен занял Арденэ, а за ним надвигался Манштейн; на левом фланге показался Фойгтс-Ретц.

10-го немцы овладели Паринье-л'Эвек и Шанже. В нескольких местах французы дрались геройски. Но их генералы единодушно уверяли, что солдаты изнемогают и способны еще разве лишь удерживать свои позиции; за наступление высказался один Шанзи.

Решительный бой разыгрался 11 января в местности, покрытой снегом, при холодной и ясной погоде. Героем этого дня, как и следующих дней, был Жорес, стойко державшийся против великого герцога Мекленбургского между Сартой и Гюинем, на возвышенности Сарже, к северу от Манса. Он удержал за собой Пон-де-Жен, и герцогу не удалось соединиться с Фридрихом-Карлом.

arrow_back_ios