Содержание

ГЛАВА ПЕРВАЯ

В первый же день моей службы Харшоу вызвал меня к себе в кабинет и поручил пригнать машину с окраины городка.

— Этот Саттон надоел мне до чертиков, — сказал он. — Придется расторгнуть договор с ним. Мисс Гарнер подвезет вас до места, а обратно приедете на двух машинах.

Я работал у него на комиссионных началах, получал проценты с продажи машин, и это поручение было мне совсем ни к чему. Я как раз собирался сказать ему об этом, но в этот момент вошла девушка, и я сразу же изменил свое мнение.

Он представил нас:

— Это мисс Гарнер… А это Медокс, наш новый продавец.

— Очень приятно, — сказал я.

На ней было платье из легкой шерсти. Руки округлые, слегка загорелые. И вообще она была словно чайная роза на длинном стебле.

Она улыбнулась мне, но когда узнала, что ей придется ехать со мной за машиной, немного поморщилась.

— Неужели это так срочно? — спросила она. — Ведь это, видимо, можно оформить и задним числом. Я думаю, что мне лучше бы самой отправиться к мистеру Саттону.

— Нет, Глория, это будет лишняя трата времени. Поезжайте вместе и сейчас же.

Возле подъезда стоял "шевроле". Я сел за руль.

— Вам придется показывать мне дорогу.

— Поезжайте через весь город на Южное шоссе.

Деловая часть городка ограничивалась лишь одной улицей. В конце ее находилась ткацкая фабрика. Было еще только девять часов утра. Городок сверкал на солнце.

Моя спутница молчала, и я искоса разглядывал ее. Она лишь мрачно смотрела на дорогу. Ветер развевал ее волосы цвета меда.

— Сигарету? — предложил я.

— Спасибо, — ответила она и взяла сигарету.

Она пыталась казаться равнодушной, но я видел, что ее что-то угнетало.

— Что это за история с машиной? — спросил я. — Ведь наш хозяин занимается только продажей или прокатом.

— Да, в основном он занимается прокатом. Но иногда и перепродает подержанные машины.

— А вы работаете в конторе?

— В основном да.

— Понятно…

После небольшой паузы она спросила:

— А откуда вы приехали к нам, мистер Медокс?

— Из Нового Орлеана.

— Неплохой город.

По шоссе мы проехали около пятнадцати миль. Я лишь вчера проезжал здесь и помнил, что скоро будет мост через реку. Но, не доезжая до моста, мы свернули на проселочную дорогу, извивающуюся в густом сосновом лесу.

Вскоре мы поднялись на возвышенность, где стояли две заброшенные фермы. Миновав их, мы повернули на восток и спустились к реке.

Переехав через деревянный мостик, я остановил машину, чтобы оглядеться по сторонам.

— Почему вы остановились? — спросила мисс Гарнер.

— Хочу полюбоваться пейзажем.

— Да, здесь действительно красиво…

Я снова нажал на газ.

— А кто такой этот Саттон? — спросил я. — Отшельник какой-нибудь?

— Сторож при буровой скважине.

— Вот как? Что же, они боятся, как бы у них не украли дырку в земле?

— Наверное, для порядка. Работы там приостановлены из-за юридических трудностей, но Саттон остался на месте.

— Почему же он не платит за прокат машины, если у него есть работа?

— Откуда мне знать! Он живет здесь всего около года, а к нам в город приезжает редко.

Хотя в этих вопросах и ответах не было ничего особенного, она казалась обеспокоенной. Наконец я не выдержал и спросил ее без обиняков:

— Что с вами?

— О, ровно ничего… Я только думаю, что разговор с Саттоном лучше вести мне. Он очень недоверчив и подозрителен. Особенно к незнакомым. Меня он знает, поэтому мне будет легко с ним разговаривать.

— А чего с ним разговаривать?! Заберем машину и поедем обратно.

— Я думала о другом… Я думала, что мне, может быть, удастся уговорить его, чтобы он заплатил за прокат. Тогда мы сможем оставить машину ему.

— Делайте, как считаете лучше, — ответил я и пожал плечами. — В сущности, я ведь продавец, а не кассир.

Вскоре мы добрались до бревенчатого домика, крытого рубероидом. У дома стоял старый автомобиль "Форд-47". Двери домика были открыты, но внутри, судя по всему, никого не было.

Мы вышли из машины.

— Саттон! — воскликнула мисс Гарнер.

Никакого ответа.

Я не стал медлить и вошел в дом. Там была всего одна комната, но в ней никого не было. Сразу было заметно, что здесь жил одинокий мужчина: кровать помята, посуда не вымыта, одежда висела и валялась в самых неподходящих местах. Взгляд мой непроизвольно задержался на пепельнице — среди окурков, лежащих в ней, некоторые носили следы губной помады.

Вскоре вслед за мной вошла и мисс Гарнер.

— Удобно ли заходить в дом к человеку, если его самого нет?

И опять мне показалось, что она боится Саттона.

— Откуда я знаю! Может быть, и неудобно… Скажите, он женат?

— Кажется, нет.

Тут она тоже увидела пепельницу, но сразу же отвела глаза. Мы вышли из дома. Подойдя к машине, я три или четыре раза нажал на клаксон. Никакого эффекта.

От домика к тенистому ручью спускалась извилистая тропинка.

— Может быть, он пошел за водой? — спросил я. — Пойду посмотрю.

— Ну что ж, идите… Хотя подождите. Наверное, будет лучше, если туда схожу я.

Я не возражал. Усевшись на ступеньки, я закурил, а она отправилась вниз по тропинке. Вскоре она уже поднялась обратно, и лишь когда она приближалась ко мне, я по достоинству оценил ее красоту — среднего роста, легкая походка и очень стройные ноги.

— Ну что, возвращаемся ни с чем восвояси? — спросил я.

— Вы ошибаетесь. Я нашла его около ручья.

Я удивленно посмотрел на нее. Она отсутствовала не более трех минут. Почему же он не вернулся вместе с ней?

— Забрали у него ключ от машины?

— Нет… Но он заплатил мне оба взноса.

— Смотрите-ка. какое везение!

— Он уже давно собирался заплатить, но никак не мог вырваться в город… Так что мы можем возвращаться обратно.

— Угу.

Вся эта история показалась мне довольно странной, но, если она утверждает, что Саттон все заплатил, не стоит ломать себе голову над этим.

Мы собирались садиться в машину, как вдруг я увидел человека, направляющегося в нашу сторону. Он вышел из-за деревьев, окаймлявших дорогу. В руке он держал ружье — видимо, двадцать второго калибра.

Мисс Гарнер тоже увидела его и бросила на меня быстрый взгляд. Это наверняка был Саттон. Значит, она мне солгала, сказав, что видела его у ручья…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Это был плотный высокий человек. И походка у него была тяжелая, как у медведя или у боксера-тяжеловеса. Такие люди всегда принадлежат к категории силачей. На нем были охотничьи штаны и застиранная голубая рубашка. Он был не молод, но и не стар — лет 35-38.

— Хэлло! — приветствовал я его.

Он подошел к нам и внимательно посмотрел на меня.

— Хэлло! Вы кого-нибудь ищете?

— Угу. Некоего Саттона. Это вы?

— Вы угадали. Чем могу быть вам полезен?

Я не успел ответить. В разговор вмешалась мисс Гарнер:

— Это по поводу машины, мистер Саттон. Я… я хотела бы сказать вам два-три слова.

Я решил не вмешиваться. Она только что солгала мне, что он расплатился, так пусть она и устраивает дело, как знает.

— Ну что ж, говори, крошка!

Он улыбнулся, но улыбка у него была неприятной. После этого он жестом показал, чтобы она вошла в дом. Через минуту она вышла обратно, вся красная от смущения или стыда, а он с нагловатой улыбкой смотрел ей вслед, видимо, от души забавляясь.

— Мы можем ехать, — сказала она мне.

— А машина?

— Все в порядке… Мы оставляем ее.

— Он же вам ничего не заплатил?… Что вы скажете мистеру Харшоу?

— Прошу вас, не будем об этом.

— Что ж, дело ваше, — ответил я, садясь в машину.

Финансовой стороной дела занималась она, а не я, так что мне было ровным счетом наплевать, как она будет выкручиваться. Я развернул машину и выехал на дорогу. Саттон проводил нас все той же неприятной, нагловатой улыбкой.

Когда мы почти доехали до реки, она сказала:

— Будет лучше, если с Харшоу поговорю я.

— Как хотите… И мне безразлично, что вы ему скажете.

— Я… Я понимаю, что все это кажется немного странным, мистер Медокс, но…

— Саттон ваш родственник?

— Нет.

— Сто десять долларов. Это ведь большая сумма.

Она ничего не ответила. Но мне и так было ясно, что она подделает квитанцию или внесет деньги из своих собственных сбережений.

Внезапно я остановил машину под тенью деревьев. А что будет, если я поцелую эту куколку?

Она не сопротивлялась, но и никак не ответила на мой поцелуй. Мне показалось, что я поцеловал мертвую.

— Долг платежом красен, — сказал я. — Перед Саттоном я чувствовал себя последним дураком.

— Пользуетесь положением? — сказала она, вся красная от стыда.

— Может быть, нам лучше вернуться и забрать машину? Или сказать Харшоу, что Саттон не отдал ее…

— Не фиглярничайте… И не ведите себя так нагло.

— Просто я не привык упускать благоприятных возможностей.

— Послушайте, мистер Медокс, или вы трогаетесь с места, или я выйду из машины и пойду пешком.

— Вы такая очаровательная! Сколько вам лет? Почему вы боитесь Саттона?

Она снова покраснела и отвела глаза.

— Я его не боюсь.

— Только не надо лгать, красотка! Что он знает о вас?

— Э-э… Ничего. Откуда вы взяли, что он должен что-то обо мне знать?

— Уж не хотите ли вы меня уверить, что видели его у ручья и что он расплатился за прокат машины?

— Да, я солгала вам. Сознаюсь, а теперь оставьте меня в покое.

— Мне хотелось бы получить от вас положенную мне долю милостей. Может быть, я и негодяй, но ваша красота…

— Теперь я понимаю, за кого вы меня принимаете. Вы поедете дальше или нет?

— К чему нам торопиться? Я надеюсь, что мы с вами столкуемся. У вас такие дивные ноги…

arrow_back_ios