Рейтинг книги:
8,2 из 10

Особый тип Баранов

Берлевог

Содержание

Особый тип Баранов

http://ficbook.net/readfic/2424847

Автор: Берлевог

Фэндом: Ориджиналы

Рейтинг: NC-17

Жанры: Слэш (яой), Романтика, Ангст, Юмор, Драма, Детектив, Повседневность

Предупреждения: Смерть персонажа, Насилие, Нецензурная лексика

Размер: Макси, 88 страниц

Кол-во частей: 11

Статус: закончен

Описание:

Предупреждение: возрастное ограничение 18+ Работа не предназначена для чтения лицами младше 18.

Если чиновник средней руки и средних лет, прячущий за цинизмом и самоуверенностью свою человеческую несостоятельность, встретит однажды парня — не слишком образованного и воспитанного, но честного и чистого душой, — то с ними могут произойти совершенно непредсказуемые события. И любовь — только одно из них.

— Это очень особый мальчик!

— Особый в смысле исключительный или в смысле специфический?

Примечания автора:

Предупреждение «Смерть персонажа» к главным героям не относится.

Графичных описаний смерти и насилия нет.

Спасибо Камбер за чудесную обложку — http://s018.radikal.ru/i526/1503/55/8dcedca9aa9f.jpg

  1. Баранов как жертва интервенции

      Весь центр по случаю визита наследного принца Норвегии был намертво перекрыт. Павел Петрович Овчинников сегодня катался на личной, а не служебной машине, поэтому запарковался у центрального сквера, решив, что так быстрее доберётся до здания Облдумы. Осень в этом году случилась долгая и неожиданно тёплая — в октябре ещё зелено местами было. Особенно в старом городском скверике с изящными коваными скамейками и памятником жертвам интервенции. Павел, придерживая разлетающиеся полы пальто, стремительным шагом обходил белоснежное сооружение, когда увидел парня, сидевшего на краю постамента и собравшего у своих ног стадо жирных голубей.

      У скверика была специфическая репутация, — вполне заслуженная за многие десятилетия, — но чтобы так, ясным днём, среди мамаш с колясками? Парень встал с насиженного места, заметив взгляд Павла. Пакетик перевернулся в его руке, осыпая птичьи спинки чёрным семечковым дождём. Рослый, вровень с Павлом. На голове — шапка мелких блондинистых кудрей. Павел притормозил, разглядывая упрямый подбородок с ямочкой и выразительный рот. Чуть выше этой красоты фигурировал красный замёрзший нос. В целом парень выглядел как те сладкие бруталы, которых рисуют на обложках дамских романов. Павел никогда не снимал парней в родном городе, но в этот раз залюбовался игрой солнца в светлых волосах. Подошёл ближе, чем принято, — парень не отпрянул и не отвёл взгляд. Павел прикинул, что может отложить визит в Думу на час-полтора:

— Поедешь со мной?

Парень энергично закивал:

— Да!

— Я сейчас пойду за машиной и подъеду ко входу в парк. Чёрный мерседес. Ты быстро сядешь, понял?

Дождавшись очередного кивка, Павел развернулся и пошёл к стоянке. Забрал парня у ворот, включил для него обогрев. Это нужно не меньше часа просидеть, чтобы заполучить такой красный нос, — похоже, настойчивый молодой человек. Совсем припёрло? Не знал, куда податься? Парень чуть согрелся и протянул широкую ладонь для рукопожатия, официально представляясь:

— Георгий Баранов.

Павел покосился на крепкую руку:

— Георгий? Жора?

— Гоша.

— В честь кого назвали?

— Как вы догадались? В честь дедушки.

— Жора, я тебя здесь высажу, не хочу светиться с тобой, понимаешь? Припаркуюсь у той сталинки с балкончиками и зайду в квартиру. Ты подойдёшь через три минуты и наберёшь номер пять. Запомнил?

— Не беспокойтесь, я понимаю. Я запомнил.

      В квартире Гоша разделся, аккуратно пристроив ботинки на коврике у входной двери. Павел обратил внимание на плохо сидящие джинсы и старый свитер в полосочку.

— Чай-кофе не предлагаю, у меня времени мало.

— А попить можно?

Какой-то он чудной, этот Георгий Баранов. Павел дал ему бутылочку минералки, которую отыскал в пустом холодильнике съёмной квартиры:

— Тебе в душ надо?

Гоша посмотрел из-под кудрей так, словно ему задали крайне бестактный вопрос:

— Я дома ходил в душ. Я всё сделал...

— Хорошо. В спальню? Или ты хочешь тут, на кухонном столе?

Павел торопился, а Гоша тормозил и кидал загадочные взгляды. Судя по всему, опыта — ноль. Но раз дома всё сделал и пришёл к мужчине — значит, готов. В спальне Павел разделся и встал голым перед Гошей, который успел только ремень расстегнуть:

— Помочь раздеться?

— Нет, спасибо, я сам справлюсь.

Вроде, быстрее зашевелился. Павел открыл форточку, чтобы впустить в душную комнату, где адски шпарили батареи, немного свежего воздуха. С улицы сразу же донеслись звонкие голоса играющих детей. Павел плотно зашторил окна, отсекая назойливый солнечный свет и детские визги, обернулся и увидел, что Гоша наконец разоблачился. Безупречное тело, вот только инструмент досадно маленький. Зато славно стоит, прижимаясь к плоскому животу. Павел указал на кровать, и Гоша, чуть посомневавшись, неловко встал на четвереньки. Точно чудной. У Павла не было желания разбираться с чужими странностями, поэтому он приступил к делу. От первого же толчка Гоша свалился на живот, как подкошенный:

— О-о-о...

Отполз подальше от Павла и пожаловался со слезами на глазах:

— Это больно!

Павел вздохнул. Чего-то подобного он и ожидал. Чудес не бывает. Чем красивее мальчик — тем проблемнее. Может, есть любители, но Павлу такие проблемы никуда не упёрлись. Скатал резинку и потянулся за одеждой:

— Одевайся, Георгий, отвезу тебя домой. Или куда тебе надо? Хочешь снова к жертвам интервенции?

— К каким жертвам? Пожалуйста, не надо отвозить, — Гоша подполз и попытался отнять у Павла трусы. — Вы извините, но у вас большой...

— Да не большой у меня. Ты просто со своим сравниваешь, — Павел потянул трусы обратно.

— Нет, я не хочу уходить. Я хочу... Вы тоже хотите, я же вижу! — он действительно смотрел дымчато-серым взглядом на красноречивый факт.

— И что ты предлагаешь?

— Можно? — потащил к себе за руку.

Павел улёгся на кровать, а Гоша порывисто склонился, щекоча кожу упругими кудряшками. Сосал, как озабоченная восьмиклассница, насмотревшаяся порнухи. Неумело и самозабвенно. Потом начал так громко стонать, будто это его ублажают. Павел приподнялся, увидел, что Гоша и себя обслуживает. Откинулся обратно. Кончил в подставленные румяные губы, и Гоша ни капли не упустил. Хотя со своей стороны всё, разумеется, перепачкал.

      Он попросил довезти его до дома, недалеко от центра. Сидел в машине улыбающийся и довольный. Павел разделил бы эту первобытную радость, если бы не торопился на работу. Он закурил и протянул пачку Гоше. Тот взял две сигареты, спрятал в нагрудный карман и пояснил:

— Я вечером покурю. Буду вас вспоминать. Мне с вами очень понравилось.

— А ведь я к тебе не прикасался, — обронил Павел, выруливая в узкую арку. — Польщён безмерно.

Гоша захихикал:

— Я тоже польщён. А можно узнать, как вас зовут?

— Зачем? Хочешь шептать моё имя, когда вечером будешь курить?

Гоша или не понимал сарказма, или не обижался на него. Ответил искренне:

— Хочу шептать ваше имя.

— Павел.

— Паша?

— Павел Петрович. Отчество мне дали в честь отца, а имя — просто так, без дедушки. Тут выйдешь?

— Да, спасибо. И я хочу сказать... Попросить...

— Тебе деньги нужны? Сколько? — полез за бумажником.

— Нет, спасибо, я работаю в аэропорту и получаю зарплату. Я хотел...

— Говори, я слушаю, — Павел обернулся к парню. Сияет и взлохмачен так, будто его мягкие волосы жестоко трепали двумя руками.

— Запишите мой номер, пожалуйста, — выпалил Гоша.

Это он очень правильно попросил, потому что свой номер Павел бы ему не дал. Павел достал телефон и вбил продиктованные цифры. Не сохранил.

— Всё, иди. Я очень спешу.

<
arrow_back_ios