Содержание

Бандеровцы могли выставить значительно больше бойцов-коллаборационистов, но Провод ОУН(б) отбирал в ДУН только профессионалов, обладавших необходимой квалификацией.

«Роланд» в первой половине июня передислоцировался из Вены в городок Комполунг (Южная Буковина, Румыния), вообще не принимал участие в боях с Красной армией и на протяжении июня-июля даже не переходил румынско-советскую границу. Только в начале августа батальон вступил на территорию УССР, где не выполнил ни одного боевого задания, а 14 августа по политическим причинам был направлен обратно в Румынию. Там 26 августа 1941 г. его разоружили. Уже 16 сентября Рихард Ярый и два капитана из «Роланда» были арестованы и обвинены в антигосударственной деятельности. Капитанов заключили в концлагерь Заксенхаузен, а Рихарда Ярый отправился в Вену под домашний арест.

«Нахтигаль» перед 22 июня дислоцировался в польско-украинском городке Радшин около Перемышля. 24 июня батальон участвовал в прорыве советской обороны, опиравшейся на приграничный укрепрайон. Потом «Нахтигаль» маршем, не вступая в бои, пошел на Львов и 29 июня рано утром вошел в город, где сразу же взял под охрану ряд объектов, в том числе и радиостанцию, благодаря чему представители ОУН(б) 30 июня 1941 г. смогли провозгласить по радио Акт о независимости Украины.

Следует отметить, что широко распространенная в публицистике версия об участии батальона «Нахтигаль» как оперативной единицы в убийствах польской и еврейской интеллигенции во Львове в начале июля 1941 г. является выдумкой советской пропаганды [64] . На Нюрнбергском процессе было установлено, что нацистский террор проводили немецкая опергруппа СД, вошедшая в город чуть позже «Нахтигаля». В 1946 г. советская сторона вообще не поднимала вопрос о действиях ДУН во Львове. Версия об антисемитских и антипольских погрома «Нахтигаля» была запущена советской стороной в 1959 году. Связано это было с тем, что пост министра по делам переселённых немцев в правительстве ФРГ занял Теодор Оберлендер, бывший немецкий командир «Соловья». Оберлендер до, во время и после войны был убеждённым антикоммунистом, не скрывавшим своих взглядов. К тому же пост, который он занимал, был весьма специфическим: бывший боевой офицер курировал вопросы, связанные с жизнью немцев, изгнанных из Восточной Европы в 1944–1948 годах. После войны была осуществлена самая массовая депортация за всю историю человечества — из мест своего постоянного проживания выслали около 15 миллионов жителей, из которых погибло около 2,3 млн. Депортация совершалась с нарушением всех возможных правовых норм. Поэтому изгнанные немцы в ФРГ и Австрии в послевоенные годы были довольно активной силой, стремившейся к тому, чтобы новые коммунистические хозяева Восточной Европы компенсировали переселенцам стоимость потерянного имущества или, на худой конец, хотя бы извинились за бесчинства сталинской эпохи. Понятно, что руководство советского блока кандидатура Оберлендера в правительстве ФРГ совсем не устраивала. Поэтому, не мудрствуя лукаво, власти СССР решили бросить в Оберлендера «атомную бомбу» — обвинения в военных преступлениях. Через коммунистическую прессу в ГДР, Польше, СССР и ФРГ и была запущена версия о бесчинствах «Нахтигаля» во Львове 30 июня — начале июля 1941 года.

Однако, вероятнее всего, перед найм именно тот случай, когда нет дыма без огня. Во время процесса над Оберлендером, а точнее — 5 августа 1960 г. на основании разнообразных источников государственный прокурор немецкой стороны заявил: «…Отдельные украинские солдаты батальона “Нахтигаль” самовольно участвовали в облавах на евреев в городе… Подводя итог, можно утверждать, что с большой вероятностью один взвод из 2-й украинской роты батальона “Нахтигаль” в тюрьме НКВД перешёл к насильственным действиям против собранных там евреев и повинен в смерти многих евреев» [65] .

Тем не менее, сработал принцип презумции невиновности, но фронтовика Оберлендера отправили в отставку «от греха подальше».

Вероятно, из-за отсутствия обмена новейшими историческими исследованиями фраза о «диком терроре вояк „Нахтигаля"» [66] вошла и в последнюю работу Михаила Семиряги. В ней же мы найдем странную инофрмацию о том, что ДУН являлись добровольческими частями СС [67] , хотя Абвер, как известно, в струк-туру СС не входил, а, наоборот, армейская разведка являлась конкурентом нацистским органам госбезопасности.

При этом организованная ОУН милиция 30 июня и в последующие несколько дней во Львове стала реальной властью [68] . Она принимала активное участие в еврейских погромах, которые прокатились по всей Западной Украине. И это было не случайно, ведь ещё 25 июня 1941 г. Ярослав Стецко писал Степану Бандере: «Создаём милицию, которая поможет убрать евреев и будет охранять население» [69] .

Киевский исследователь Иван Патриляк опубликовал свидетельство, проливающее свет на еще одну неприглядную страницу в краткой истории «Нахтигаля». То, что этот документ — дневник члена ОУН Виктора Харькова («Хмары») — не публиковался вплоть до конца 1990-х, позволяет утверждать, что в данном случае мы не имеем дело со сфабрикованной в КГБ фальшифкой. Автор служил в в разведывательной роте «Соловья», расстрелявшей «из мести» мирное еврейское население в Винницкой области. Нацистская пропаганда, находящая отклик в сознании украинцев, обвиняла евреев в массовых убийствах сотрудниками НКВД заключенных тюрем Западной Украины и Правобережья. Следствием всего этого стали погромы. О спонтанности подобных акций, которым германское руководство как минимум попустительствовало, косвенно свидетельствует и приводимый отрывок из дневника Виктора Харькова:

«Во время нашего перехода мы воочию видели жертвы еврейско-большевистского террора, этот вид так скрепил ненависть нашу к евреям, что в двух селах мы постреляли всех встречных евреев. Вспоминаю один эпизод. Во время нашего перехода перед одним из сел видим много блуждающих людей. На вопрос отвечают, что евреи угрожают им, и они бояться спать в хатах. Вследствие этого, мы постреляли всех встретившихся там евреев» [70] .

7 июля «Нахтигаль» вышел из Львова и 14 июля вошел в Про-скуров, позже принял участие в боях около Браилова и Винницы. Члены батальона создавали украинскую администрацию на местах и вели активную националистическую пропаганду. В середине августа часть была отправлена обратно в Нойгамер (Силезия), разоружена и распущена, а часть бойцов-оуновцев арестована.

В работе Михаила Семиряги можно прочесть: «В начале 1942 г. бандеровский легион “Нахтигаль” под командованием сотника Р. Шухевича, который дислоцировался на Волыни, начал подпольную антигерманскую деятельность. Создаваемые в разных районах Западной Украины отряды УПА сражались тогда только против немцев» [71] .

На самом деле легион «Нахтигаль» в августе 1941 года был распущен, созданный частично на его основе 201-й батальон охранной полиции исправно служил немцам большую часть 1942 г. Причем не на Волыни, а в Белоруссии. УПА же в 1942 г. существовала в виде одного небольшого отряда Тараса Бульбы (Боровца) УПА — Полесская Сечь (УПА-ПС) [72] . С немцами он особо не воевал, дислоцировался не «в разных районах Западной Украины», а только на Полесье [73] . Бандеровской УПА в 1942 г. вообще не было, о чём будет подробнее рассказано в следующем разделе. Существовало только одно формирование, которое с натяжкой можно назвать «бандеровским», но к УПА оно не имело тогда никакого отношения. Это был 201-й батальон охранной полиции.

После того, как немцы решили ликвидировать «Нахтигаль» и «Роланд», их украинский состав был переправлен во Франкфурт-на-Одере, где каждому бойцу предложили подписать индивидуальный контракт на службу в немецкой армии. Большинство оуновцев согласилось, те же 15 человек, кто отказался это сделать, были в скором времени отправлены в трудовые лагеря. Из украинцев, подписавших контракт, была сформирована новая часть — охранный батальон 201-й охранной дивизии полиции генерал-майора Й. Якоби. Командовал формированием не «сотник Р. Шухевич» (в батальоне он командовал первой сотней), а майор Евгений Побигущий, немецким шефом был инспекционный офицер капитан Моха [74] . Как правило, в украинских батальонах шуцманншафта руководство осуществлял немецкий командир, а украинский был его переводчиком.

Несмотря на то, что большинство членов 201-го батальона были бандеровцами, к политике ОУН(б) эта охранная часть прямого отношения не имела. На момент создания батальона радикальное крыло националистов находилось в подполье, а сам Бан-дера сотоварищи — в Заксенхаузене. Поскольку «Нахтигаль» и «Роланд» были ценными боевыми частями, то гитлеровцы решили использовать их состав для ведения войны, а не перестрелять или сгноить в концлагерях.

До 19 марта 1942 г. батальон проходил обучение во Франк-фурте-на-Одере, а потом тайно был переброшен в Белоруссию (район Могилева, Витебска и Лепеля), где принимал участие в охране путей сообщения от советских партизан. Во время прохождения службы батальон не потерял ни одного объекта охраны и был признан лучшей полицейской частью в тылу группы армий «Центр». Потери батальона в боях с партизанами составили 49 бойцов убитыми и 40 ранеными. По сведениям бывшего участника батальона Мирослава Кальбы, в боях против этой части советские партизаны потеряли около 2500 человек убитыми [75] .

Впрочем, какими бы бандеровцы ни были лихими и профессиональными боевиками, а убить 2,5 тысячи партизан формирование из 650 человек за 8 месяцев службы вряд ли могло. К тому же получается, что на одного убитого националиста приходится 50 убитых партизан: данные явно неправдоподобные.

64

О полемике вокруг действий «Нахтигля» см., например: Вейгман, С. Батальон «Нахтигаль»: Сражения после войны // Столичные новости. N*199

65

Bruder, Frattziska „Den ukrainischen Staat erkampfen oder sterben!" Die Organisation Ukrainischer Nationaisten (OUN) 1929–1949. — Berlin, 2007, S. 150.

66

Семиряга M. И. Коллаборационизм… C. 524.

67

Там же. С. 490

68

Кук В. Державотворча діяльність ОУН. Акт відновлення Української Держави 30 червня 1941 р. // Українське державотворення. Акт ЗО червня 1941. Збірник документів і матеріалів. Львів-К., 2001. С. XIII.

69

См. донесение Я. Стецко для С. Бандеры, 25 июня 1941 г. // Там само, с. 77–78.

70

Патриляк L К. Легіони Українських Націоналістів… С. 26.

71

Семиряга М. К Коллаборационизм… С. 495.

72

Булъба-Боровець, Т. Армія без держави…, 1996. Passim.

73

Патриляк I. К. Легіони Українських Націоналістів…. Passim.

74

Там само. С. 28–29.

75

Патриляк І. К. Діяльність Організації українських націоналістів (бандерівців) у 1940–1942 роках (військовий аспект). / Дис. на здоб, наукового ступеня кандидата історичних наук. — К.: Державний університет ім. Т.Г. Шевченка, 2001. С. 178.

arrow_back_ios