Содержание

Глава 1. Ты кто такой?

Экзамен по экономике пролетел, не успев начаться. По крайней мере, мне так казалось. Только сел, вник в вопросы и кое-что списал из куцых лекций, как вернулась преподаватель. Она окинула аудиторию хмурым взглядом (будто наверняка видела, кто и откуда списывает), затем вздохнула и спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Ну, кто готов отвечать?

Желающих не нашлось. Народ старательно продолжал что-то карябать в экзаменационных листках. Лично я обводил буквы последней списанной строки — конец мысли так и остался в лекционной тетради. Вроде и читал вчера, а вот ведь — и не вспомнишь.

— Молотов, иди сюда…

"Отлично…"

— Я еще не все написал, — попытался оттянуть момент экзекуции.

— Ничего, неси, что есть.

За спиной послышался вздох облегчения. Конечно — смерть одного дарит еще немного минут жизни остальным.

Я уселся рядом с Анастасией Павловной — заведующей экономической кафедры, положил перед ней лист А4, исписанный менее чем на треть.

— Молотов… — проговорила она и открыла журнал. — Курсовую сдал?

— Конечно! — сказал, приободрившись.

Курсовую на тему "Методы оптимальных решений" делал сам. Одну из немногих за все четыре года обучения, к слову сказать. Принцип решения задач о "почтальоне", о "коммивояжере" и иже с ними понял сразу, а потому и с курсовой разделался быстро.

— Вот и расскажи мне о ней, — Анастасия Павловна отложила в сторону лист с моими закорючками.

Я рассказывал минут пять, потом еще столько же отвечал на дополнительные вопросы по всему курсу. Знания всплывали в голове сами собой — вечернее чтение не прошло даром. Правда, с ответом на пару вопросов пришлось напрячься, так как слышал их впервые. Но заведующая кафедры уже готовилась поставить оценку в ведомость и, видимо, с этой оценкой уже определилась. Несколькими намеками ей все же удалось вытащить из меня нечто не вполне вразумительное, что она все же посчитала за правильный ответ.

— Видно — учил, — наконец проговорила Анастасия Павловна. — А как самому первому… — она замолчала, выводя оценку в ведомости.

Я глазам своим не поверил — пять! За все четыре года у меня за экзамен была всего одна пятерка. Максимум — две. Но тогда действительно знал предмет.

— Хороших каникул. — Заведующая протянула мне зачетку.

Каникул! Как же она права! Экономика — самый последний экзамен в летней сессии. Сессии, которую мне второй раз в жизни удалось закрыть вовремя.

С плеч точно тяжелый камень свалился. Я с трудом сдерживал радость. Особенно сложно это давалось теперь, при взгляде на удивленные физиономии моих товарищей, которым еще только предстояло отвечать на каверзные вопросы заведующей кафедры.

Попрощавшись с Анастасией Павловной, торопливо покинул аудиторию.

Каникулы! Свобода!

За дверью тут же попал под град стандартных вопросов ожидающих своей экзаменационной участи: "Сдал? Что спрашивала? Списывать можно?" Какие-то другие. Не уверен, что на все ответил впопад. Отдав кому-то тетрадь с лекциями и несколько шпаргалок, еще покрутился в коридоре. Прошло полчаса, а из аудитории так никто и не вышел. Я-то думал, что народ будет вылетать, как пробка из бутылки. Но, похоже, у остальных сдача затягивалась.

Домой ехать не хотелось. Все же последний экзамен требует праздника. А вот живот подводило. Есть хотелось жутко. Оно и не мудрено — дома утром почти не ел. И вот аппетит дает о себе знать. Институтская столовая сегодня закрыта, а палатки за территорией наверняка работают. Нормальной еды там нет, но на перекус хватит. Одно плохо — небо затянуло так, что, кажется, будто облака задевают кроны высоких деревьев. Тяжелые, клубящиеся, они напоминали смог. Из таких не то что дождь — града впору ждать. Но голод все же сильнее нежелания промокнуть.

Да и если немного намочит — не страшно, успею обсохнуть. Ждать остальных бедолаг, судя по всему, предстоит долго.

На улице в лицо пахнуло свежестью. Наверняка дождь уже рядом. В стороне, за главным зданием института, несколько раз сверкнула молния. И тут же небо раскололось оглушительным громом. Я даже поморщился. Такое ощущение, будто по голове треснули. Быстрым шагом направился в сторону палаток. Идти до них метров триста по аллее из тополей. Руководство института очень гордится этими деревьями. Вроде бы их посадили в день открытия нашего учебного заведения.

На лицо упали первые капли. Прибавив шагу, перешел на бег. В тени аллеи царила сумрачная прохлада. Многолетние тополя замерли в ожидании близкой стихии. Ни одна ветка, ни один листок не шелохнется.

Я успел оставить за спиной примерно половину аллеи, когда хлынул дождь. Он приблизился нарастающим равномерным шумом, в несколько секунд заполнившим весь окружающий меня мир. Листья недолго сдерживали поток дождевых капель. Где-то над головой, за густыми кронами, снова сверкнула молния. Я на чем-то оскользнулся, ноги будто выбило. Раскинув руки, повалился на асфальтовую дорожку, уже предчувствуя болезненное падение.

Звук падения потонул в шуме дождя и громе.

Но боли я не почувствовал. Плюхнулся во что-то мягкое и влажное, прокатился кубарем, остановился. Дождь продолжал барабанить по телу. Крупные капли стекали по лицу, падали на глаза, размывая обзор. Я приподнялся на руках — передо мной кусты. Странные, с колючками не только на тонких кривых ветках, но и на листьях. Откуда они здесь? Насколько помнил, аллею содержали в чистоте и порядке. Под тополями не росло ничего, кроме газонной травы. Прокатись немного дальше — и стал бы похож на дикобраза.

arrow_back_ios