Поэзия

Сортировать:
На этой странице вы можете найти и скачать книги жанра «Поэзия» бесплатно. Для поиска используйте функционал сортировки книг по рейтингу, количеству просмотров, дате публикации, c помощью него расширяются возможности, вы сами оцените простоту и удобство интерфейса. Читать книги из жанра «Поэзия» можно на мобильных устройствах с Android и iOS: iPhone, iPad, а также на Kindle. Надеемся вам понравится!
В наши трудные времена
1976
5
Когда одни в ночи лесной… Когда одни в ночи лесной Сидим вдвоём, не видя листьев, И ты всей светлой глубиной Идешь ко мне, хотя боишься. И позабыв минутный страх, Не говоря уже, что любишь, Вдруг замираешь на руках И запрокидываешь губы. И жить и мыслить нету сил… Вдруг понимаю я счастливо, Что я свой крест не зря тащил, И жизнь бывает справедлива. 1954 И прибои, и отбои… И прибои, и отбои, — Ерунда и пустяки. Надо просто жить с тобою И писать свои стихи, — Чтоб смывала всю усталость Вдохновения струя… Чтобы ты в ней отражалась Точно так же, как и я. 1954 Неустанную радость Неустанную радость сменила усталость. Вновь я зря расцветал, разражался весной, И опять только руки и плечи остались, А слова оказались пустой болтовней. Ты ошиблась — пускай… И к чему эти речи. Неужели молва так бесспорно права; И всегда остаются лишь руки и плечи, И, как детская глупость, всплывают слова? 1954 Осень в Караганде В холоде ветра зимы напев. Туч небеса полны. И листья сохнут, не пожелтев, Вянут, — а зелены. …
Шляхам жыцьця
1913
5
Каб я князем быў… Каб я князем быў ўладарным Гэтых ніў і хат, — Быў бы князем гаспадарным, Вёў бы добры лад; На пасадным мейсцы б селі Права і закон, Праўду вечную ўсе б мелі — Вечавы свой звон. Не цягнуў бы я з падданых Крыўдай соль і хлеб, — Кожны сам сабе ад рана Малаціў бы цэп. Каб я сонцам залацістым Плаваў над зямлёй, Быў бы сонейкам вячыстым Летам і зімой. Не лажыўся б на разлогі Непраглядны цень, Асьвятляў бы ўсе дарогі Ўночы і удзень. Гадаваў бы ў вечным цьвеце Поле і лугі, Распаліў бы ўсе на сьвеце Путы-ланцугі. Каб я рэчкай быў міжгорнай На зямлі маёй, Быў бы рэчкай жыватворнай Для старонкі ўсёй. Ажыўляючай крыніцай Быў бы наяву, Чыстай, шклістаю вадзіцай Змыў бы сон-траву. На засушаныя кветкі Клаўся бы расой I каціўся б праз палеткі Сьветлай паласой. Каб я птушкай быў крылатай, Пець і лётаць мог, Быў бы птушкай незаклятай, Па расе ня сох. Груганом бы я ня крумкаў, Не наводзіў сьлёз, А на крыльлях нашу думку Да Бога б панёс. Крыўду-ведзьму нашых межаў Беднату і цьму, — Ўсё б …
Стихотворения. Поэмы
1971
5
Поэтическое время в этом эпосе очень отличается от времени древнего эпоса, которое всегда является чем-то вполне завершенным п отдаленным от сегодняшнего. Нет, время у Твардовского всегда «без конца», и всегда — незавершенное настоящее, даже прошлое у него продолжается в бегущем дне и не завершено. В связи с этим его путешествия во времени не заходят в отдаленное прошлое или будущее. Путешествия Твардовского всегда ведут в дали, но прежде всего в дали непосредственно обозримые, вот за тем поворотом, за горизонтом, хотя в этом ближайшем прошлом и будущем уже содержится и размах «всех далей». Это особый историзм, продолжающий и вместе с тем видоизменяющий поэтический историзм Пушкина и Некрасова. Воспоминание не только сопоставлено с настоящим, как в поэзии XIX века, но и как бы перетекает в него; настоящее раскрывается через сложную систему многоступенчатых воспоминаний-ассоциаций, как бы вложенных друг в друга. Так, в цикле «Памяти матери» изображена скорбь настоящего, самый момент похорон …
Памяти Мануэля и Бенхамина
1976
5
Одновременно два моих собрата, два брата по работе и заботе, скончались с разницей в какой-то час, тот — затканный в Сантьяго, этот — в Такну, два несравненных, только в том сравнимых, что умерли в один и тот же день. Был первый независимым и хмурым, суровым и морщинистым душой, он, как никто другой, ценил молчанье — от жизни трудовой ему досталась рука, которая легко сходилась с гранитом и кузнечным инструментом. Его собрат был жаден на познанье, он птицей облетел все ветви жизни, снегоцентрист, похожий на вершину, слепящую молниеносным блеском. Соратники, два разных мудреца, два одиноких гордеца сегодня соединились в этой горькой вести. Я так любил двух противоположных товарищей моих, что онемел, когда их немота меня настигла, — слова и мысли от меня ушли. Теперь они застыли, привыкая к неведомым просторам темноты, один в своей сосновой прямизне, другой в своей миражности зеркальной, два путника прошли по нашим жизням, корчуя время, боронуя пашню, выращивая честные слова, насущный хлеб …
Песнь курайча Рифейских гор
5
«Что томно так свирель играет, Уныло голос издает? О чем, поведай, унывает, И наших песней не поет?» — Народ Курайча [1] вопрошает. Но сей, что отвечать, не знает, В безмолвной тишине стоит. Чудится сам премене явной, Что нрав его и ум забавный, Не зная, что сказать – молчит! Молчит – и всюду примечает Нестройность видиму во всем. Глядит – но сам не понимает И в собственном быту своем. Верховой конь в полях не рыщет, И пес хозяина не ищет, Теряет кобылиц самец, Туйгун [2] гусей не догоняет, Лисицу пес не добывает, В закутах режет волк овец. Но вот! – и хищный зверь горами Стремится к полночи бежать; И враны черные стадами Туда ж пустились отлетать [3] . Буран [4] им в том не воспящает И пуще с тылу погоняет Побитой рати на тела. Совы средь ясна дня летели, В колчанах стрелы зашумели, На луке взвыла тетива. С кольчуги ржавчина валилась, Как луч надглавник заблистал, Булатна сабля изострилась, Конец копья приправлен стал, Кони копытом землю били И пену из роту клубили, А пар от них как дым …
Стихотворения и поэмы
1966
5
Саянов вырабатывал свою собственную систему образной, эмоционально-интонационной выразительности, сочетая живость и непосредственность большого, напряженного чувства с заботой о «крепко сделанной» строке. Поэт учитывал богатый опыт старой — классической и народной — поэзии, а также достижения современных поэтов. Недаром Н. Асеев в отзыве на первую книгу его стихов говорил, что она «радует наличием новой культуры» [3] . 2 Середина двадцатых годов — когда В. Саянов вступал в литературу — это время новаторских открытий, утверждения в творчестве, многих художников метода, который был впоследствии определен как метод социалистического реализма. Но то основное и наиболее плодотворное, что осуществлялось в литературе, было осложнено столкновениями самых различных течений, объединений, вооруженных весьма разноречивыми программами. Каждое из них претендовало на то, что именно оно — и только оно — призвано наиболее успешным образом решать задачи современного искусства. Среди этих групп и объединений …
Стихи в переводах разных авторов
1990
5
ПЕРСПЕКТИВЫ «Возрастает уверенность, что нынешние усилия упрочения мира смогут предотвратить новый мировой взрыв». (Из газет). Заключаются пакты. И все тверже и тверже Раздаются повсюду, куда ни смотри, Голоса дипломатов: «есть шанс, что задержим Мировую войну номер три!» Это есть, безусловно, отраднейший факт, Что хотят задержать этот гибельный акт. И приятно, что можно войну избежать – Но, по логике, если так многи Заявленья о шансах ее задержать – То она уже, значит, в дороге. Коль земля не изменит свой вид, то она Обладает немалыми шансами Демонстрировать фильм «мировая война» Без антрактов между сеансами. Так, в течение лет, сам себя укокошит В этой серии войн человеческий род. И лишь где-нибудь там, в дебрях леса, быть может, Уцелеет один готтентот. Но и он (хоть один, вместо тысяч и сотен) Будет тешиться копьями, как в старину; И повздорит с собой – и рассердится «готтен», И объявит он «тоту» мировую войну. Это будет последняя битва на свете. Взвоет лес. Но не будет уже никого, Чтоб …
Сталин. Детство и отрочество
1944
5
ГОРИ — ПРЕДВОДИТЕЛЬ КАРТЛИ О, город, где зыблются тени Под зеленью шумных раин, Колеблемых ветром весенним, Слетевшим со снежных вершин! Повисли балконы с резьбою, Обвитые тонкой лозой; Дома — с черепицей простою, С щербатою, дряхлой стеной. Над городом ломанной глыбой Твердыня стоит у воды, А дальше, на рынке — и рыба, И в грузных корзинах — плоды. Мужали в труде палаваны, По праздникам игры вели, И в Индию шли караваны, Как к югу летят журавли. * * * Отсюда жемчуг шел в палаты Рима, А в Азию — паласы и шелка. На масляной кулак неутомимый Сшибался грозно с мощью кулака. Скрипит арба, сверкают фаэтоны, Мацонщики теснятся, как всегда. С утра у лавок не смолкает гомон, А ввечеру в пыли бредут стада. От века здесь щедры земные блага, Здесь на плоту поет ущелий сын, И дремлет город, освеженный влагой, Одетый в тень трепещущих раин. * * * Но он не спит, вскипеть готовый, — Котел над пышущим костром; Он разорвет свои оковы, Едва с нагорий грянет гром. Как отзвук неуемной боли, Сердца разящий …
Красная Москва
1997
5
* * * Косые прорези для глаз в блистающей листве. Точь-в-точь — шелом на голове. А на хоругви — Спас. Взгляд черен. Лик смертельно бел. Но августовский свет обезобразил сей портрет — углем стал мел. Я охмелел в конце концов, утратил смысл и суть и выплеснул пивную муть на стол без лишних слов. Мне показалось, что урод за столиком в пивной не зря смеется надо мной, что все наоборот: Я — жалкий раб. Он — царь и бог. Он — победивший класс. Пижон. Кутила. Лоботряс. Насмешник. Демагог. * * * По горам. По долам. По полям. Вдруг навстречу тебе — мирный житель — землепашец, машиностроитель — оба, тот и другой, впополам. Пьяным глазом глядят на меня из глубинки рабоче-крестьянской: огонек у ворот арестантской, харя борова, морда коня. Рожи корчит в кроватке дитя. В Левтолстовском районе дождя, а в Иванотургеневском хлеба ждут, уставившись в небо. Если нужно, и я подожду. Пока кровь на губах не обсохнет. Пока мой супротивник не сдохнет. Пока мой собутыльник не лопнет, ибо пьет не бордо, но бурду. …
Всегда
1976
5
Что было прежде, ревности не стоит. Приди хотя б с мужчиной за плечами, приди хотя бы с сотнею мужчин в копне твоих волос невероятных, приди хотя бы с тысячей мужчин, вместившихся на всём просторе тела, приди рекой, которая полна телами утонувших в ней когда-то, — встречает реку яростное море, клокочущая вечно пена — время! Неси их всех туда, где жду тебя. Мы всё равно всегда одни на свете, одни на свете, только ты и я, затем, чтоб жизнь на свете начиналась!
Журнал «День и ночь» 2010-1 (75)
2010
8.13
Пробуждайся! Пробуждай, тех, кто спит ещё в мёртвом. Кто способен ещё из ужасного плена уйти. Бойся сети всеобщего сна! Не касайся её, если нет в тебе силы порвать её путы. Не включай телесети, не слушай лжецов. Не ходи на поклон, к тем, кто ставит тебя на колени. Не дружи с подлецами. И не будь малодушен, когда голод души лишь забвения просит. Отстранившись от грязи, ты грязь победишь! Повторяй! Ты — Спаситель себя самого. Ты пришёл. И ты начал уже. Человек! Не люби палачей. А люби только тех, кто подобен рассвету, кто — попутчики к новому дню. Все массовые технологии управления человеческими существами рассчитаны на многократное применение. На бесконечное оболванивание одним и тем же приёмом многих волн поколений. Время скривилось. Мгновение стало огромным. Ты пройдёшь сквозь него, как лучи сквозь препятствие линзы. Перевёрнутой жизни приходит конец. Отнятый разум, вернувшись, смеётся. Душа не продажна и правит дорогой. Мир целиком состоит из любви. Она всегда тебя ждёт. Любовь! Твой …
Стихотворения. Прощание. Трижды содрогнувшаяся земля
1970
5
Великий Октябрь 1917 года сыграл решающую роль в политическом и художественном развитии поэта, всей душой стремившегося к народу и революции. Немецкий поэт услышал голос русской революции, голос Ленина, обратившегося ко «Всем, всем, всем!», и всем сердцем отозвался на первую в истории человечества победу социалистической революции. Идеи социализма, идеи Маркса, Энгельса, Ленина становятся для Бехера руководящими и ведущими. Еще в 1917 году Бехер вступает в ряды Независимой социал-демократической партии Германии, а в 1918 году в Союз Спартака, встает в ряды соратников Карла Либкнехта, Розы Люксембург, Вильгельма Пика. В отличие от некоторых попутчиков революции из рядов буржуазных и мелкобуржуазных интеллигентов, отошедших от борьбы после поражения героического ноябрьского восстания, Бехер остался в боевых рядах, был среди создателей Коммунистической партии Германии и прошел в ней долгий и славный путь. Он был деятельнейшим функционером КПГ, не только ее крупнейшим поэтом, но и членом ее …
Заметки 1917 года
1991
5
Русск<ая> революция подозрительно схожа с грандиозной германской провокацией, настолько она соответствует интересам и планам Германии, настолько в факте ее совершения заключается спасение Германии от железн<ого> кольца, которым она уже была окружена. Впоследствии мы узнаем, насколько реально действовала Германия в организации русской смуты. Но уже теперь совершенно ясно, что в мышеловке, куда мы попали, приманкой были положены герм<анской> политикой свержение старого режима, гражд<анская> свобода и социальный строй. И они знали, что мы не можем не пойти на этот кусок сала, что для нас наши внутр<енние> немцы ненавистнее, чем далекие немцы внешние, окруженные ореолом науки для интеллигенции, и <ореолом> социал-демократии для рабочих. Мы были и останемся рабами Германии, с тою выгодой, что после войны наше внутр<еннее> рабство станет рабством внешним и наша внутр<енняя> политич<еская> борьба превратится в борьбу за политическ<ую> …
Стихотворения (2)
1999
5
ВОИНСКИЕ МОТИВЫ 60(74) Изо всех друзей отважных вопль мой первый - о тебе: Юность отдал ты, чтоб рабства город не узнал родной. [19] 61 (48) Любит жестокий Арес тех, кто в бою не гнется. 62(46) Города стены - венец его; ныне они погибли. 63 (37) Полные слез он возлюбил сраженья. 64(4) И вот наш Елисий снова Свой щит черногрозный щиплет... 65(36) Бросив свой щит на берегах речки прекрасноструйной. [20] 66(84) А кто сражаться хочет, Их воля: пусть воюют! РАЗНОЕ 67 (43) Раньше ходил в рубище он и в старой шляпе войлочной, Вместо серег в мочках ушей носил кусочки дерева; Облезлой бычьей шкурою Плечи одев (шкуру содрал он со щита негодного), Жил среди шлюх плут Артемон, среди торговок мелочных, Нечестно добывая хлеб; Часто на брус шею он клал и колесом пытаем был, Часто ему шкуру витым спускали со спины бичом И выдирали бороду. Ну а теперь Кики сынок ездит в повозке, золото Носит в ушах, темя покрыв слоновой кости зонтиком, Как женщины........ [21] 68(27) Еврипилу русому забота — Артемон и его …
Гамлет, принц датский (пер. М. Лозинского)
2000
5
Сцена 2 Парадная зала в замке. Трубы. Входят король, королева, Гамлет, Полоний, Лаэрт, Вольтиманд, Корнелий, вельможи и слуги. Король Смерть нашего возлюбленного брата Еще свежа, и подобает нам Несть боль в сердцах и всей державе нашей Нахмуриться одним челом печали, Однако разум поборол природу, И, с мудрой скорбью помня об умершем, Мы помышляем также о себе. Поэтому сестру и королеву, Наследницу воинственной страны, Мы, как бы с омраченным торжеством – Одним смеясь, другим кручинясь оком, Грустя на свадьбе, веселясь над гробом, Уравновесив радость и унынье, – В супруги взяли, в этом опираясь На вашу мудрость, бывшую нам вольной Пособницей. За все – благодарим. Теперь другое: юный Фортинбрас, Ценя нас невысоко или мысля, Что с той поры, как опочил наш брат, Пришло в упадок наше королевство, Вступил в союз с мечтой самолюбивой И неустанно требует от нас Возврата тех земель, что в обладанье Законно принял от его отца Наш достославный брат. То про него. Теперь про нас и про собранье наше. …
Стихотворения и поэмы
1985
5
В 1938 году выходят две книжки. Одна — «Разбег» — сборник «авторов Сталинградской области» (эта книжечка вскоре попадет в Москву к Андрею Платонову). Другая — коллективный поэтический сборник, куда Луконин включен вместе с Турочкиным и еще двумя дебютантами из литгруппы СТЗ: Николаем Беловым и Виталием Балабиным. Называется книжка «Содружество»; она тоненькая, тираж — три с половиной тысячи, но это уже, как сказано в предисловии, «отдельный сборник». Открывает его Луконин, завершает Турочкин, который отныне берет себе псевдоним: Николай Отрада. Имена в этой книжке можно было бы и стасовать, стихи перемешать без большого ущерба — настолько все подчинено общему бравурному тону. Мотивы: конница Буденного, прочность стали, сады, плоды, изобилие, поющие от радости люди, мудрый и нежный вождь, дальняя граница, зоркий часовой, письма от любимой, горячий конь, стремительная атака… Луконин почти не выделяется. Общим потоком, самим ходом вещей выносит двадцатилетнего Луконина на уровень первого профессионального …
Том 9. Стихотворения 1928
1958
5
Рассказ литейщика Ивана Козырева о вселении в новую квартиру * Я пролетарий. Объясняться лишне. Жил, как мать произвела, родив. И вот мне квартиру дает жилищный, мой, рабочий, кооператив. Во — ширина! Высота — во! Проветрена, освещена и согрета. Все хорошо. Но больше всего мне понравилось — это: это белее лунного света, удобней, чем земля обетованная, это — да что говорить об этом, это — ванная. Вода в кране — холодная крайне. Кран другой не тронешь рукой. Можешь холодной мыть хохол, горячей — пот пор. На кране одном написано: «Хол.», на кране другом — «Гор.». Придешь усталый, вешаться хочется. Ни щи не радуют, ни чая клокотанье. А чайкой поплещешься — и мертвый расхохочется от этого плещущего щекотания. Как будто пришел к социализму в гости, от удовольствия — захватывает дых. Брюки на крюк, блузу на гвоздик, мыло в руку и… бултых! Сядешь и моешься долго, долго. Словом, сидишь, пока охота. Просто в комнате лето и Волга — только что нету рыб и пароходов. Хоть грязь на тебе десятилетнего …
arrow_back_ios