Исторические приключения

Сортировать:
Клеопатра
8.67
Больше искать здесь было нечего. Когда наше возбуждение улеглось от жары, опьяняющего запаха ароматов и мумий, я упал полумертвый на землю… Я устал писать, корабль сильно качает. Это письмо, конечно, пойдет сухим путем, а я поеду "вдоль по морю" и надеюсь быть в Лондоне дней на десять позже письма. Тогда расскажу вам при свидании о моих забавных приключениях при подъеме из склона, как мошенник из мошенников Али-баба и его достойные друзья пытались напугать меня и отнять папирусы, и как я отделался от них. Мы с вами прочитаем папирусы. Я ожидаю, что это будет простая штука, копия с "книги мертвых", но, быть может, в них есть еще что-нибудь. Разумеется, я никому не говорил о своем маленьком приключении в Египте, иначе весь Булакский музей погнался бы за мной по пятам. Прощайте, "Mafech Fineech", как говорил Али-баба". В скором времени мой друг, автор письма, действительно приехал в Лондон. Мы отправились с визитом к одному ученому, знатоку иероглифов и демотического письма. Можно представить …
Капитан Сорви-голова
2002
8.67
– Dig!.. Копай!.. Пожав плечами, бур спокойно ответил: – Я не прикоснусь к этому английскому изделию, не стану марать своих рук, да и родную землю, в которой мне суждено покоиться вечно. Принесите-ка мне кирку да лопату, славные мои орудия С их помощью я вспахал эту девственную землю, опустошаемую теперь завоевателями. Ему принесли. Он схватил рукоятки, отполированные долгим трением о его огрубевшие от труда руки, и блестящее железо зазвенело. Потом двумя длинными шагами он отмерил на красноватой земле свой гигантский рост и засек две глубокие зарубки. Английские солдаты, умеющие ценить мужество, не могли скрыть восхищения. Бур поплевал на ладони, сжал рукоятку кирки и цели-ком ушел в свою зловещую работу. – Ну-ка, Давид, – бормотал он, – пошевели-ка в по-следний разок вскормившую тебя землю. Согнув спину, напрягая руки и шею, на которых, слов-но веревочные узлы, выступили мускулы, он мощными ударами стал вгрызаться в землю вельдта * , и она, проносясь между его ног, послушно ложилась позади …
Пустой Трон
2014
8.67
Я вел отряд воинов. Мне исполнился двадцать один год, и некоторые воины за моей спиной были почти в два раза старше и во много раз опытней, но я был сыном Утреда, лордом, и потому командовал. Основная часть людей находилась в глубине леса, лишь Рэдвальд и Ситрик стояли рядом со мной. Оба были старше, и их послали, чтобы дать мне совет или, скорее, оградить меня от упрямой глупости. Я знал Ситрика всю свою жизнь, он был доверенным человеком отца, а Рэдвальд был воином, состоящим на службе у леди Этельфлед. - Может, они и не объявятся, - сказал он. Он был спокойным человеком, осторожным и старательным, я почти подозревал, что он надеется, что враг не появится. - Они придут, - буркнул Ситрик. И они пришли. Они шли быстро, с севера, отряд всадников со щитами, копьями, топорами и мечами. Норвежцы. Я склонился в седле, пытаясь пересчитать седоков, гнавших у ручья лошадей. Три команды? По меньшей мере сотня человек, и Хаки Гриммсон был среди них. По крайней мере, там было знамя его корабля. - …
Железная маска
8.65
Этот совет был принят и исполнен при участии верных и умеющих хранить тайну подданных; принц, преждевременную смерть которого оплакивали воины, окольными дорогами был привезен на остров Ормуз и сдан на руки коменданту крепости; тот заблаговременно получил приказ не показывать узника никому, кто бы этого ни добивался. Единственный слуга, хранитель этой государственной тайны, был убит в пути воинами конвоя, а чтобы он не был опознан, они кинжалами обезобразили его лицо. Комендант крепости Ормуз обращался с узником с великим почтением, сам прислуживал ему и принимал в дверях камеры блюда из рук поваров среди коих никто никогда не видел лица Джафара. Однажды принц на дне тарелки вырезал ножом свое имя Слуга, которому попалась эта тарелка, отнес ее коменданту, надеясь получить награду, но несчастный ошибся: его тут же при кончили, дабы никто не узнал столь важную тайну. Джафар долгие годы провел в крепости Ормуз. Потом его перевезли в крепость Исфахан, когда шах Аббас в благодарность за верность …
Восемь
2005
8.64
Обе незнакомки, ширококостные молодые женщины с большими руками, возвышались по обе стороны от аббатисы, словно ангелы мщения. У одной из них была бледная кожа, темные волосы и горящие глаза, тогда как другая походила на Мирей кремовым цветом лица и каштановыми волосами, чуть темнее выгоревших локонов девушки. Женщины держались как монахини, но почему-то были одеты в серые дорожные платья непонятного фасона. Аббатиса подождала, пока закроется дверь и монахини рассядутся по местам. Когда в комнате наконец наступила тишина, она заговорила голосом, который всегда напоминал Валентине шуршание сухого листа. — Дочери мои, — сказала настоятельница, сложив руки на груди, — почти тысячу лет назад правитель Монглана стоял на этой скале, призывая нас отдать долг человечеству и послужить Господу. Хотя мы оторваны от мира, до нас донеслись обрывочные сведения о волнениях в стране. Сюда, в этот заброшенный уголок, доносятся печальные известия, способные в корне изменить нашу безмятежную жизнь, которой …
Ангарский Сокол
2010
8.64
— Я вас помню, — сухо заметил Русаков, — ваши эксперименты с каналом стоили государству немалого расхода средств, а пятьдесят шесть человек безвозвратно исчезли. — Это трагическая ошибка! И она сейчас может быть исправлена. Я и моя команда работали эти годы над усовершенствованием нашей аппаратуры, и нам это удалось! — возбуждённо уверял собеседника Сергиенко. — Удалось что? — тихо проговорил Русаков. — Мы сможем открывать и закрывать канал между мирами, независимо от прихоти сил, его контролирующих. — Пальцы профессора, лежащие на столе, мелко подрагивали от нервного напряжения. — Но как? Силы природы — это вам не игрушки, мы до сих пор не познали всю её суть, как вы можете заявлять о полном контроле?! — убеждённо воскликнул Павел. — Дискретные вихревые потоки электрического смещения поля — вам что-нибудь это говорит? — Нет, я не физик. Меня назначили управлять людьми, проектами, бюджетами, сметами, распределением и логистикой денежных средств, специалистов и прочее. Я же не буду вам сыпать …
Каббала власти
2008
8.64
Из многих добрых дел, которые можно делать на нашей старой доброй Земле, помогать палестинцам — лучшее и самое приятное. Кибуц не сравнится с этим. Молодые кибуцники обычно скучны и замкнуты, а старые… они и есть старые. В кибуце ты либо в компании других иностранцев, либо один. А палестинцы дружелюбные, открытые, разговорчивые. Гости согреваются их теплом, живут в этих сказочно красивых деревнях, видят это тёплое голубое небо над несравненным пейзажем палестинских холмов и наслаждаются невероятным гостеприимством крестьян. А то, что иногда они становятся мишенью для пуль поселенцев или солдат — невысокая плата за всё это удовольствие, дополнительное развлечение, любезно организованное Армией обороны Израиля. В конце концов, это же самураи. Люди, которые помогают палестинцам, отличаются от добровольцев, работающих в кибуце. Состав их более разнороден: от 19-летнего студента из Упсалы до домохозяйки из Брайтона, от священника из Джорджии до учителя из Бостона, от французского фермера до …
Двадцать лет спустя (иллюстрации Боже)
1881
8.62
Но особенно дерзко восстали против новых налогов президент Бланмениль и советник Брусель. Огласив эдикты, король вернулся в Пале-Рояль. Народ толпился на его пути. Все знали, что он возвращается из парламента, но неизвестно было, ходил ли он туда, чтобы защитить народ, или для того, чтобы сильнее притеснить его. Вот почему на всем пути его не раздалось ни одного радостного крика, ни одного приветствия по случаю его выздоровления. Лица горожан, напротив, были мрачны и беспокойны; на некоторых выражалась даже угроза. Хотя король вернулся во дворец, войска остались на своих местах, — боялись, как бы не вспыхнул мятеж, когда станут известны результаты заседания парламента. И правда, едва лишь разнесся слух, что король, вместо того чтобы облегчить налоги, еще более их увеличил, люди сейчас же стали собираться кучками, послышались громкие жалобы и крики: «Долой Мазарини! Да здравствует Брусель! Да здравствует Бланмениль!» Народ знал, что Брусель и Бланмениль говорили в его пользу, и хотя …
Катриона
8.62
— Еще и недели нет, как я перешел границу, — сказал я. — Меньше недели назад я был на склонах Бэлкиддера. — Бэлкиддера? — воскликнула она. — Неужели вы были в Бэлкиддере? От одного этого звука у меня радуется сердце. Быть может, вы пробыли там долго и встречались с кем-нибудь из наших друзей или родичей? — Я жил у честнейшего, доброго человека по имени Дункан Ду Макларен, — ответил я. — О, я знаю Дункана, и вы совершенно правы! — воскликнула она. — Он честный человек, и жена его — тоже честная женщина. — Да, — подтвердил я, — они очень славные люди, а местность там прекрасная. — Лучше не найти на всем свете! — воскликнула она. — Я люблю каждый запах тех мест и каждую травинку на той земле. Я был бесконечно тронут воодушевлением девушки. — Жаль, что я не привез вам оттуда веточки вереска, — сказал я. — И хотя я поступил нехорошо, заговорив с вами на улице, но раз уж у нас нашлись общие знакомые, …
Долина лошадей
2006
8.61
– Дарк, деточка моя… – всхлипывала Эйла, пряча лицо в руках. – Почему Бруд забрал тебя? Она оплакивала сына и оставленный ею Клан, Айзу, единственную мать, о которой она хоть что-то помнила, и себя – такую маленькую и такую беззащитную – перед лицом этого бескрайнего и неведомого мира. Креба, любившего ее так же сильно, как самого себя, она не вспоминала – слишком свежей и болезненной была эта рана. Далеко внизу шумело и ярилось море. Огромные валы, увенчанные пенистыми гребешками, раз за разом набрасывались на темные скалы и, злобно шипя, отступали обратно. Прыгнуть вниз и разом покончить со всеми печалями… – Нет! – Она затрясла головой и, поднявшись на ноги, отступила от края скалы. – Он мог забрать моего сына, выгнать меня, наложить на меня проклятие, сделать все, что угодно, но только не заставить меня покончить с собой! Она почувствовала солоноватый вкус своих слез и криво улыбнулась. Как расстраивали ее слезы Айзу и Креба. Люди из Клана не умели плакать, даже маленький Дарк, ее сыночек. …
Возрождение
2009
8.61
Федерико рассмеялся. – Хорошо. Я понял, о чем ты. Он оглянулся. Только трое или четверо из их людей было серьезно ранено и осталось на поле боя, и сейчас они со стонами поднимались, но лица у них были радостными. Схватка была жестокой, но обошлось без переломов. На другой стороне валялась добрая полудюжина сторонников Пацци, не представляющих интереса, и один или двое довольно хорошо одетых. – Думаю, наши поверженные враги не откажутся поделиться с нами нажитым. – Подсказал Федерико. – Тем более нам эти деньги нужнее, чем им. Держу пари, ты не сможешь облегчить их ношу, пока они не очнулись. – Посмотрим, – отозвался Эцио, и с воодушевлением занялся делом. Прошло всего несколько минут, и он обзавелся достаточным количеством золотых монет, найденный в кошельках обоих врагов. Эцио победно посмотрел на брата и демонстративно звякнул монетами. – Достаточно, – скомандовал Федерико. – Оставь им мелочь, чтоб смогли добраться до дома. В конце концов, мы не воры, а это военная добыча. И мне по-прежнему …
Почему поют русалки
2010
8.6
ГЛАВА 3 Покинув Двор Старого дворца, Себастьян направился туда, где ряд ступеней спускался к Темзе. Чтоб срезать путь, он прошел позади массивных каменных стен палаты лордов. Туман под лучами пробуждающегося солнца начал рассеиваться, в ясном утреннем свете река казалось плоским серебряным зеркалом. «Я больше не хочу этого», – подумал Себастьян, останавливаясь на верхней ступени и глядя, как ритмично и медленно работает веслами лодочник. Ему совсем не хотелось снова оказаться в гуще тех уродливых эмоций, что ставят целью разрушать человеческие жизни. Он устал от убийств, устал от смертей. Прошлую ночь он провел в объятиях женщины, которую сделал бы своей женой, если б получил ее согласие. Но она снова отказала ему. Сегодня Себастьян оставил ее постель еще до восхода солнца и, едва успев войти в дверь своего дома на Брук-стрит, встретился с констеблем, посланным к нему Лавджоем. Молодой человек в нерешительности провел ладонью по небритым щекам и пожалел, что не остался у Кэт. Себастьян …
Порт-Артур. Том 2
1985
8.6
– До рассвета не успеем его как следует обшарить. В пять светает, через полчаса выступим. На поиск останется всего четыре часа. Надо спешить. – И он вышел, чтобы отдать необходимые распоряжения. Через полчаса отряд выступил. Кондратенко, как всегда, напутствовал солдат. В зеленой форме пограничники были совершенно незаметны в ночной темноте. Мягкие соломенные туфли-зори делали движения солдат бесшумными, хорошо пригнанная амуниция нигде не звенела и не скрипела. Традиционные у пограничников папахи были заменены защитными фуражками. – К утру будет туман, – потянул носом воздух Бутусов. – С моря тянет влагой, и звезды сильно мигают. Я, ваше превосходительство, беру с собою трех китайцев, в том числе садовника генерала Белого. Они жители тех деревень, где сейчас находятся японцы, и послужат нам проводниками ночью. При нужде останутся и на день в японском тылу для розыска батареи. – Доверия-то они заслуживают? – спросил генерал. – У одного японцы изнасиловали и убили жену, у другого зарезали …
Боярин
2007
8.58
Кровавая пелена накатила на глаза… Он упал на колени… В шее хрустнуло… Шад завалился набок… Судорожно дернулся и затих. Он уже не видел, как комната озарилась ярким светом факелов. Как невысокий молодой человек, одетый в блестящую кольчугу, подошел к его телу, присел, нагнулся, прижал ухо к груди шада, затем снял с его шеи петлю и высоко поднял ее над головой. – Шад умер! – торжественно провозгласил он. – Ты уверен, Якоб? – спросил его другой человек, вошедший следом, и ростом повыше, и летами побогаче. – Да, каган, – кивнул Якоб и протянул петлю вошедшему. – Вот и славно, – вздохнул каган, принимая удавку. – Долгая память шаду! – крикнул молодой. – Долгая жизнь кагану Иосифу! – подхватили пышно разодетые люди, быстро заполнившие маленькую комнатку. – Что там с мальчишкой? – бросил Иосиф кому-то. – Завтра его должны доставить в город. – Должны?! – каган попробовал порвать удавку, не смог и довольно цокнул языком. – Доставят, – ответили ему поспешно. – Хорошо, – кивнул он и привесил удавку …
Когда умирают боги
2009
8.56
ГЛАВА 3 Чарльз, лорд Джарвис, занимал в Павильоне анфиладу комнат, специально для него отведенную кузеном, принцем-регентом. Любовь принца к маленькому прибрежному городку Брайтон длилась уже лет тридцать или больше, с той поры, когда он был молодым, красивым и, что самое невероятное, популярным у народа. Вспоминая теперь об этом, Джарвис не переставал удивляться. Принц до сих пор наведывался сюда при первом удобном случае: он окунал в морскую воду свое расплывшееся тело и устраивал бесконечную вереницу музыкальных и карточных вечеров, а также планировал сделать новые дорогостоящие пристройки к своему Павильону. Сейчас комнаты Джарвиса были обставлены мебелью из имитации бамбука, их украшали люстры с инкрустациями в виде драконов и переливчатые синие обои с экзотическими зверями из листового золота. Но еще до конца лета убранство вполне могло измениться и воссоздавать, скажем, томную атмосферу султанского гарема или дворца махараджи. Лично Джарвис не имел пристрастия к восточному стилю, …
Под стягом победным
8.55
Чудовищная канонада могла означать только одно: под покровом тьмы в бухту проскользнула эскадра и теперь бортовыми залпами разносит стоящие на якоре корабли. В полумиле от него разыгрывается величайшее морское сражение, а он не видит – это сводило его с ума. Он попробовал было зажечь свечу. Дрожащие пальцы не справились с кремнем и огнивом – он бросил трутницу на пол, нашарил в темноте и надел сюртук, штаны, башмаки, и тут же яростно заколотил в дверь. Он знал, что часовой за дверью – итальянец, сам же он по-итальянски не говорил, только бегло по-испански и чуть-чуть по-французски. – Officier! Officier! – кричал Хорнблауэр. Наконец он услышал, как часовой зовет сержанта, а затем и различил унтер-офицерскую поступь. Лязг и топот во дворе уже стихли. – Что вам нужно? – спросил сержант. По крайней мере, так Хорнблауэр догадался – слов он не понял. – Officier! Officier! – не унимался Хорнблауэр, продолжая молотить по тяжелой двери. Залпы гремели без перерыва. Хорнблауэр что есть силы лупил …
Последние Каролинги
2001
8.55
Императрица даже привстала в седле, опираясь на парчовое плечо канцлера. А когда оглянулась на Гугона, не узнала его всегда пронизанного усмешкой свежего старческого лица. — Это Эд, иначе Одон, — проскрипел Гугон, сжимая тонкие губы. — Сын покойного Роберта Сильного, герцога. Ба, да уж не для него ли вы желаете бенефиций? Рикарда опустилась в седло, раскрыла "зонтик, покрутила им. — Хм, вот уж ничуть. Просто хотелось обратить ваше внимание, какая у того всадника королевская осанка. А что это вас так взволновало? Вы бледны? Эй, кто там, позвать врача! Но к канцлеру вернулось его вышколенное спокойствие. — Не надо врача. Вы, как всегда, правы, мудрейшая! У того молодчика действительно в жилах течет струйка королевской крови, хотя он и бастард. Но фонтан крови разбойничьей, увы, ее заглушает! — Так он бастард! — протянула императрица. — Незаконнорожденный… Однако что ж, из незаконнорожденных бывают и герцоги, и даже короли! Но канцлер предпочел переменить тему разговора: — Светлейшая! …
Капитан Сорви-голова(изд.1956)
1956
8.55
Солдат отстегнул подвешенную на поясе, пониже рюкзака, валлийскую лопатку, которыми снабжена вся английская пехота, и подал ее буру, а старший сержант, указав пальцем на землю, пояснил: — Dig!.. Копай!.. Пожав плечами, бур спокойно ответил: — Я не прикоснусь к этому английскому изделию, не стану марать своих рук, да и родную землю, в которой мне суждено покоиться вечно. Принесите-ка мне кирку да лопату, славные мои орудия. С их помощью я вспахал эту девственную землю, опустошаемую теперь завоевателями. Ему принесли. Он схватил рукоятки, отполированные долгим трением о его огрубевшие от труда руки, и блестящее железо зазвенело. Потом двумя длинными шагами он отмерил на красноватой земле свой гигантский рост и засек две глубокие зарубки. Английские солдаты, умеющие ценить мужество, не могли скрыть восхищения. Бур поплевал на ладони, сжал рукоятку кирки и целиком ушел в свою зловещую работу. — Ну-ка, Давид, — бормотал он, — пошевели-ка в последний разок вскормившую тебя землю. Согнув спину, …
arrow_back_ios