Содержание

Глава 1

Я проснулась в кромешной тьме. Тяжелые шторы были задернуты наглухо, и сквозь них нельзя было определить, что за ними - ночь или день. Высунула покрасневший и опухший из-за насморка нос из-под одеяла и тут же громко чихнула. Потянулась за платком, который оставила на прикроватном столике. Совсем неженственно высморкалась. Зябко поежившись, покосилась на будильник. Неоновые стрелки показывали половину пятого утра. А сна ни в одном глазу. Супер. Этого мне только не хватало.

Холодно. Надо бы стекло в окне поменять. Уже неделю, как дома, а все руки не доходят. Хотя какие там руки. Еле ноги волочу. Мой отпуск медленно, но верно перетек в стадию - "продли счастье больничным".Да, лучше бы я на работу пошла... Если бы могла.

Увы, когда меня вышвырнуло из портала и немилостиво шмякнуло об пол, я еще минут пять только и могла, что хлопать глазами и хватать ртом воздух, борясь за свое дыхание. В таком виде - распластанную на холодном полу в гостиной - меня и нашли родители. Они только вернулись из круиза и первым делом решили заглянуть ко мне. Это было очень мило с их стороны, так как подняться самой мне не удалось. Мое тело, словно резко прибавило в весе - килограмм на пятнадцать. Отец поднял меня на руки и перенес в комнату, уложил в постель, и, не сдержался, все-таки фыркнул, что я совсем извела себя со своими диетами.

На вопросы я отвечала уклончиво. "Где была? Что пила?" - вовсе игнорировала. Меня естественно заподозрили во всех самых тяжких....Пока... Пока мама не измерила температуру, и с воплем: "Да, ты горишь!" - не начала пичкать меня таблетками, которые остались после круиза. Сбегала к соседке и привела еще сонную и растрепанную Светлану Анисимовну, та, увидев меня, моментально взбодрилась, навыписывала пачку рецептов и пообещала оформить больничный.

Я рассказала родителям о смерти бабушки. Они как-то странно переглянулись, и, по-моему, вздохнули с облегчением. А вот новость о том, что ее вещи переслали мне, их сильно удивила и встревожила. Папа, насупив брови, потребовал, чтобы я срочно избавилась от "этого барахла", но мама предложила отправить коробки бабушкам, и путь они разбираются. Я согласно кивала, все равно ничего полезного в ящиках больше не осталось.

Всматриваясь в обеспокоенные лица родителей, я задумалась, что, на самом деле они знают о бабушке Маше, а, о чем, только догадываются?

Когда мама ушла на кухню, готовить ужин - так как было уже темно - папа тихонько присел на край постели. Убрав челку со лба, он погладил меня по голове, и сказал:

-- Доча, нам нужно поговорить.

Отец часто использовал этот маневр в детстве. Сядет, конфетку в рот мне сунет, погладит по головке и начнет допытывать.

-- Да, пап, - устало вздохнула я, зная наперед, что от разговора не отвертеться, - О чем ты хочешь поговорить?

-- Об испорченном линолеуме... например, - ехидный тон отца, насторожил меня, - И о том, о чем ты, медвежонок, умалчиваешь.

Я повернула голову, чтобы посмотреть ему в глаза и удивленно вскрикнула. Тусклый свет уличных фонарей осветил его профиль, сглаживая родные черты, а знакомый зеленоватый блеск уже нельзя было списать ни на отражение, ни на отсвет. Мой папа - Владимир Константинович всегда был привлекательным мужчиной. Роста в нем метр семьдесят восемь, крепок, строен, подтянут. Волосы светло-русые, вьются на концах, глаза зеленые с искорками - лукавые. Не смотря на то, что папа разменял пятый десяток, больше тридцати пяти ему никто не дает. И теперь я знаю почему.

-- Папа, ты эльваф?!!
- воскликнула я.

-- Тихо, - шикнул он, - Не так громко. Я полукровка.

-- Но как?!

-- Долгая история.

-- А мама знает?

-- Не совсем, - с покаянным выражением лица, выдавил из себя папа.

-- Па-па.

-- Я слово дал.

-- Кому?

-- Марии, чтоб ей на том свете икалось.

-- Значит это правда, - цокнула я языком, - во мне есть кровь эльфов.

-- Можно и так сказать, - поморщился папа.

-- То-то мне швея из княжеского терема, твердила, что у меня корни эльфячьи. А я ей еще с пеной у рта доказывала, что я чистокровный человек.

-- Так и есть, медвежонок, в тебе практически нет крови эльвафов....

-- Папа, не пудри мне мозги.

-- Медвежонок, не груби старшим.

-- И не называй меня так, - надулась я, - Я уже не маленькая.

Папа нежно улыбнулся, сощурив кошачьи глаза.

-- Ты для меня всегда будешь моей маленькой любимой дочуркой.

-- Па-а-а!
- засопела я, упиваясь теплотой его взгляда.

В коридоре загремело. Видимо мама решила прибрать, пока я недееспособна. Или подслушать? Хотя, вряд ли. Ей легче папу за грудки потрясти и он все сам выложит.

Папа чуть склонил голову, чтобы только я могла услышать. Какая непривычная таинственность.

-- Так она сделала, то, о чем грозилась?

-- Кто?

-- Ма'Арийа.

-- Не знаю, но теперь я и наследница, и преемница в одном лице.

-- Проклятье!
- скрипнул зубами папа и его глаза снова замерцали зеленью, точь-в-точь, как у Леля.

-- Ты, что-нибудь знаешь об этом?

-- Этого я и боялся.

Отец вскочил и начал расхаживать взад-вперед, о чем-то усердно размышляя.

-- Ты должна отказаться.

-- Поздно.

Папа резко затормозил.

-- Что?

-- Я говорю: "Поздно". Я уже конкретно вляпалась.

-- Но ты здесь?
- приподнял бровь отец.

Я кивнула, хотя далось это нелегко.

-- Значит там, остался кто-то другой.

-- Славик.

-- Какой еще Славик?

-- Сын тети Риты.

-- Это тот паршивец, который тебя с козырька столкнул?

-- Он самый, - подтвердила я, но переосмыслив наш диалог, спросила, - А ты откуда знаешь? Я же никому не рассказывала.

-- Тот, кто тебя поймал, тот и рассказал, - отмахнулся папа.

-- А кто меня поймал?
- насторожилась я.

Отец закашлялся.

-- Па-па.

-- Тебе его имя ничего не скажет.

-- А, давай попробуем.

-- Нина, - нахмурился отец, - Он не хотел бы, чтобы ты знала об этом.

-- О чем, папа?.. И ради бога, сядь.

Папа сел на край постели, закинув ногу на ногу, но тут, же сменил позу. Нервничает? С чего бы это?

-- Папа, все тайное всегда становится явным. Колись.

-- Доча!
- возмущенно воскликнул папа.

-- Я все равно не отстану.

-- Прямо, как твоя мама.

-- Папа, я ее дочь.

-- Хорошо. Сдаюсь. Его зовут Лассаиндиар... Ну, я сказал. Что это тебе дало?

Слабость моментально испарилась.

-- Ласснир!!!

Я подскочила на постели и вытаращилась на отца, который, не ожидая от меня такой прыти, едва не упал.

-- Ласснир?

-- Лассаиндиар.

-- Черный дракон?

-- Да, - опешил папа, - Откуда ты знаешь? Вы встречались?

Отец выглядел удивленным, но я заметила мелькнувшее в его глаза удовлетворение, словно то, что я знаю Ласснира, его устраивает.

-- Видеть его не хочу, - зло рявкнула я, - Обманщик.

Папа сделал бровки домиком.

-- Даже так.

-- Если бы он все рассказал сразу, ничего бы не произошло. Из-за него у меня одни неприятности. Пошел он со всеми своими тайнами, знаешь куда!?...

-- Догадываюсь, - поспешил прервать мое возмущение папа.

Я захлопала глазами, чтобы смахнуть непрошеные слезы. Гад красноглазый. Все из-за него.

-- Все. Я очень устала. Хочу спать.

Папа не стал спорить. Правильно сделал. В таком состоянии я могу наговорить много лишнего, о чем потом сильно пожалею.

-- Мы еще поговорим, медвежонок. Я хочу знать, какая кошка между вами пробежала.

-- Конечно, папа. Поговорим. Но не сейчас.

Через несколько дней, после хорошего отдыха и маминой стряпни, я без последствий смогла встать с постели, но меня тут же подкосила простуда. Как объяснил папа - это из-за того, что мой организм все еще находится в состоянии стресса из-за резкого перехода.

-- Встала?
- заглянула в комнату мама, - Если не спится - вставай. Я пирог испекла.

О-о, хорошая мотивация, чтобы встать, а не валяться в постели. У родителей еще остались несколько дней отпуска в запасе и они решили погостить, пока не поправлюсь. Мама хлопотала по дому. Отец, хм...мой папа оказался еще тем конспиратором. Пока мама ходила по магазинам или еще куда, он пытал меня на тему знакомства с черным драконом и нехотя рассказывал, как он сам оказался на Земле.

-- В своем мире, доча, я преступник. Да-да. Я совершил весьма дерзкий и недостойный порядочного эльвафа поступок.

-- Украл что-нибудь?

-- Нина, - сурово посмотрел на меня отец.

-- А что? Убить ты не мог - не в твоем это характере.

-- Почему это?
- озадачился папа, - Хотя ты права. Нет, я никого не убивал. И даже не покушался.

-- И, что же такого страшного ты мог сделать?

-- Сбежал.

-- Куда?

-- От кого?
- поправил отец, - Я должен был жениться на дочери одного весьма влиятельного чиновника.

Я не выдержала и расхохоталась.

-- Нина, не смейся.

-- Ой, не могу, рассмешил.

Отец грустно покачал головой. Я сдержанно хмыкнула и вопросительно посмотрела на него.

-- Доча, это не смешно. Мне, по крайней мере, не до смеха.

-- Па?

-- Да, медвежонок, отказаться от выгодного брака с чистокровной эльвафой весьма серьезное преступление. Ты уже знаешь - я полукровка.

-- Ну и что?

-- Скажем так, полукровок не любят, - папа свел брови на переносице, - Сильно не любят. Но мирятся с их существованием.

Я напряглась.

-- Попробую объяснить. Дело в том, что чистокровные эльвафы, хм..., - папа тщательно подбирал слова, но не найдя подходящих, махнул рукой и сказал, -внешность у них несколько специфическая.

arrow_back_ios