Содержание

Константин Протасов

"Человек Вспоминающий"

Ты узнаешь историю о Походе. Мой сын помогал тебе. Он в тебя верил. Значит, и я не останусь в стороне.

Люди не знают, а точнее, не помнят, что могут оторваться от оболочки планеты, которая притягивает к себе, заставляет думать о еде, тепле, спаривании. Вспомнив, они могли бы освободиться от этого и стать самими собой, свободными от сферы своего обитания. Ведь сущность свободного человека — не человек-тело и не человек-дух, но человек-единство, способный веками пребывать в белом блаженстве, еще на века опускаться в черную печаль, а вселенские просторы пересекать быстро и непринужденно одной лишь силой мысли…

Ло

Есть Отец-Всесоздатель.

Он постижим нами как та часть мира, в которой мы существуем.

Иногда я боюсь Всесоздателя.

Ту Его часть, которая мне недоступна.

Хотя мне доступно многое…

Я часто не знаю, поступаю плохо или хорошо, ведь Отец не говорит мне об этом.

Он вообще ничего не говорит.

Или я не слышу…

Гай

Часть первая

ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ

Я бы выпил целое море,

Я бы делал странные вещи,

Я бы делал, что ты хотела,

Лишь бы мы с тобой были вместе…

I. Подмена

День начала Похода

Девушка таинственно улыбалась. Ведь ничто не предвещало беды.

Она играла с принцем. В очередной раз спряталась за древесным стволом, потом осторожно выглянула, увидела его, изобразила невинный испуг и снова исчезла.

Рурт молча созерцал. У него, напротив, был очень серьезный вид. Он стоял неподвижно, скрестив мускулистые руки на груди. Несмотря на сильное волнение, старался выглядеть невозмутимым и терпеливо ожидал, что будет дальше.

Игра возобновилась. Вот из-за толстого серого ствола показался сначала кончик девичьей ноги, потом ступня. Очень плавно загорелая ножка девушки выплыла уже до колена и продолжала двигаться дальше… Какие линии! Их красота не могла оставить равнодушным молодого Рурта! Да и все остальное за деревом было таким же красивым. Принц знал: его избранница — само совершенство!

Она стояла, одной рукой держась за свисающую ветку и пытаясь не упасть. Другой — потянула юбку, открывая глазам Рурта волнующее бедро.

Бриза затаила дыхание. Вот-вот к ее обвивающей дерево ножке прикоснется сильная рука того самого мужчины — мужчины ее мечты, для которого она устроила этот зазывающий танец. А потом прикоснутся губы…

Перед глазами быстро проносились картинки: их первая встреча, все разговоры и свидания, приятные до глубины души комплименты. И взгляды! Восторженные взгляды Рурта Дер Валерона!

Конечно, это были взгляды влюбленного мужчины. Особенно те короткие, такие, чтоб она не заметила, на ее выступающие под платьем бугорки. Тогда Бриза ждала, наливаясь соками молодости. Месяцы, годы ждала сегодняшнего и последующих дней их новой, совместной жизни — в любви и согласии. Но сейчас девушка не была так терпелива. И прошли лишь мгновения, а она уже волновалась: «Почему Рурт бездействует?! Может быть, я что-то делаю не так?»

Бриза Гоинамон все делала правильно. В свое время так делала и ее мама. А еще раньше — мама ее мамы. Перед тем как стать молодыми женами, так делали все девушки их страны. Все, совершающие обряд Целования. Согласно многовековой традиции, так должно было случиться и у нее…

Свадебный обычай включает в себя несколько важных моментов. В преддверии совершеннолетия парень обращается к своей избраннице с предложением прогуляться к Поляне Всех Влюбленных. Та берет паузу на раздумье. Молодые задолго готовятся к Предложению — порой годами, поэтому чаще всего девушка соглашается. В свой День Рождения будущий жених получает ответ и объявляет публично о предстоящей Прогулке. Этот момент называется Объявлением. Затем пара отправляется на Поляну Всех Влюбленных. Там парень целует большой палец левой ноги избранницы, после чего они становятся женихом и невестой. Остается только назначить день и сыграть веселую свадьбу.

Свадебная традиция нерушима. Веками существует она. Но не всем удалось пройти путь от Предложения до Целования…

Дядя Рурта, Алеандр Дер Валерон, встречался со своей возлюбленной не один год. В положенный срок он предложил девушке Прогулку. Но в день, когда ему исполнилось восемнадцать, Наира просто исчезла. Через два года тщетных поисков отчаявшийся дядя ушел в Воалию.

О дальнейшей судьбе дядюшки принц ничего не знает. Он не посвящен в дела Воалии и даже то, что знает, знает не до конца. В жизни его другие приоритеты. Рурт будет править своей страной и сделает все на ее благо. Так, как велят сердце и разум, наполненные заботой о благополучии родного народа.

А еще он будет любить девушку по имени…

Для Бризы время как будто остановилось.

«Ничего не происходит!.. — переживала девушка и сама себя успокаивала: — Куда я спешу?! Сейчас он припадет на колено и поцелует мой палец, сейчас…»

Больше не было сил стоять в неудобной позе, и Бриза сдалась. Нога ее стала опускаться, скользя вниз по гладкому стволу, но что-то остановило ее!..

«Наконец-то! — восторжествовала девушка. — Все в порядке! Это просто я такая глупая — от страха мгновение показалось вечностью! Чуть было все не испортила!»

Но пока радовалась, поняла, что ногу остановила вовсе не ладонь подоспевшего принца, а всего лишь бугорок на древесном стволе. «О нет!..»

Нога скользнула вниз, где пятку больно встретил выступающий из земли корень. Бриза не обратила внимания на боль. Сейчас только одно стало важным — увидеть принца, понять, что происходит. Ведь она была уверена в нем, как в самой себе! Просто так он не мог отказаться от Целования!

«А может быть — мог?.. Сейчас все узнаем!»

Она выглянула из-за ствола и тут же, вскрикнув, бросилась к Рурту. Парень лежал в густой траве, широко раскинув руки и ноги. Голова его была слегка приподнята, глаза закрыты, словно он крепко спал. Но слишком бледным казалось его лицо…

Бриза упала на колени рядом с возлюбленным. Ужас отразился в ее глазах — ведь принц если и спал, то уж точно не таким сном, каким люди спят ночью в своих теплых постелях. И под головой его была вовсе не мягкая пуховая подушка. А большой, вросший в землю камень, окрасившийся в багровое струйками крови.

Девушка осторожно приподняла белокурую голову принца. Чуть ниже макушки она увидела страшную рану…

Удар о камень был сильным. Очень сильным. Инстинктивно Бриза прикрыла рану рукой. Теплая кровь тут же просочилась сквозь пальцы, тонкой струйкой потекла по внешней стороне ладони. На миг девушке стало дурно. Но она справилась с собой.

— Потерпи, мой миленький! Только не умирай!

Свободной рукой Бриза попыталась оттолкнуть камень, но поняла, что не сможет — слишком крепко врос в землю. Решила оттащить принца чуть в сторону. Рурт был очень тяжел, но она справилась.

— Сейчас, сейчас я тебе помогу…

На глаза накатывались слезы. Однако слезами любимому не помочь! Нужно было перевязать голову принца, для чего оторвать от платья кусок материи. И Бриза уже собиралась убрать ладонь от кровоточащего затылка, когда почувствовала нечто…

Чей-то взгляд жег ей спину. И не посмотреть, чей именно, девушка не могла. Таким острым было это чувство. Поддавшись желанию, она резко обернулась.

Настоящий лесной дедушка — скиам — стоял в нескольких шагах позади. Совсем как в детских сказках, которые ей рассказывала на ночь мама! Но теперь он пришел наяву.

Дед опирался на кривой посох, покрытый зелеными пятнами моха. Длинный потрепанный балахон был таким же серым, как многовековые деревья Каимского леса. Широкий капюшон закрывал верхнюю часть лица так, что оттуда проглядывал лишь крючковатый морщинистый нос, больше похожий на сучок.

— Не бойся меня, прекрасное дитя, — продребезжал старик голосом древним, как и он сам. Губ его не было видно из-за густых серых усов, слившихся с широкой бородой. И говорил он, казалось, не открывая рта.

— Помогите… — растерянно проговорила Бриза. Былая решимость ее куда-то исчезла, и девушка надеялась теперь только на таинственного старца. Она его не боялась. Более того — доверяла! Указывая на свою беду, она снова склонила голову над теряющим признаки жизни принцем и громко, навзрыд заплакала.

Старик, ничего не ответив, стал медленно приближаться. Он двигался, но не шел. Скорее, плыл вдоль поляны, шелестя полами балахона в высокой траве. Когда скиам оказался совсем близко, девушка услышала какое-то невнятное бормотание, обращенное явно не к ней.

Волна необычного перелива тепла и холода, блаженства и судороги прошла сквозь тело, затуманила разум, но обострила чувства. Слезы исчезли, а в нос ударил сильный запах древесной трухи. Бриза немного отодвинулась, подпуская к принцу лесного дедушку. Руку от раны она убирать не стала.

Спокойно и неторопливо старец склонился к ее избраннику. Древние суставы скиама заскрипели, в ушах Бризы отозвавшись тысячей скрипнувших дверей с давно не смазываемыми петлями. Широкий серый капюшон навис над разбитой головой парня, закрыв от взгляда любимое лицо.

Сразу стало непривычно тихо: ветер перестал играть листвой окружающих поляну деревьев, птицы оставили свои звонкие песни, насекомые замерли, и легкие бабочки не поднимались в воздух, боясь нарушить тишину взмахами невесомых крыльев. Даже единственное на небосклоне облачко приостановило полет. Как показалось поднявшей голову девушке, оно приняло форму человеческого лица и с любопытствующим видом стало наблюдать за происходящим. Будто весь мир замер вместе с Бризой в ожидании чуда. И это облако — не исключение.

arrow_back_ios