История советского библиофильства

Берков Павел Наумович

Берков Павел Наумович - История советского библиофильства скачать книгу бесплатно в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Размер шрифта
A   A+   A++
Читать
Cкачать
История советского библиофильства ( Берков Павел Наумович)

А.А.Сидоров

Друг книги — советский библиофил

В одном месте чудесной книги, посвященной Людям и Книгам, он, крупнейший ученый, обаятельный человек и умный — очень умный! — читатель признался:

«Книги эти заинтересовали меня судьбой либо людей, которые их создавали, либо людей, о которых в них говорится. Что может быть для человека интереснее человека?»

— здесь, во вступлении к посмертному изданию его последней книги, сказать надо прежде всего о нем самом…

Автор первой во всей нашей, и не только нашей, литературе «Истории советского библиофильства», профессор литературоведения, член-корреспондент Академии наук СССР Павел Наумович Берков был во всем незаурядным человеком. Его авторитет и талант, его изумительная культурность и глубина знаний в избранной им области — истории русской литературы XVIII в., — снискали ему международное признание. Число работ его, опубликованных на многих европейских языках, почти необозримо. С редкою щедростью и блистательностью подлинного дарования в обобщающих трудах и множестве монографически-специальных статей, в прекрасных по содержательности и по форме изложения лекциях и докладах профессор Ленинградского университета, гость зарубежных академий социалистических стран и бессменный председатель секции книги Ленинградского Дома ученых Павел Наумович Берков был одинаково ценим как исследователь и популяризатор драматургии русского XVIII в., просветительства Петровской эпохи, — и поэзии Валерия Брюсова. Широта интересов подлинного друга литературы сочеталась во всей деятельности Павла Наумовича Беркова с проникновенной точностью детальнейшей аналитики, характерной для настоящего «мастера науки». И был Павел Наумович Берков всегда скромен, внимателен и принципиально требователен к себе и к своим друзьям. Свою специальность, литературу, любил он самоотверженно и безотказно. И был другом книги и книг, равного которому, быть может, не осталось у нас после (безмерно всех его многочисленных друзей опечалившей) его кончины в 1969 г. в возрасте семидесяти трех лет, после достойно и плодотворно прожитой жизни.

О заслугах его в исследовании истории русской и зарубежной литературы, о его педагогическом даре, о его общественной деятельности рассказали уже и расскажут многие другие. Здесь, на немногих страницах «вступления» к публикуемому, подготовленному совсем незадолго до конца его жизни, блестящему и интересному очерку истории советского библиофильства сказать надо именно об этом последнем: о П. Н. Беркове как книголюбе. Больше: как о философе самого книголюбия. У нас были поэты книги. Были и есть ее самоотверженные друзья, растут ряды собирателей и изучателей книги. Были и философы книги: таким выступает в своем труде, написанном еще в 1920-х годах, крупный и вдумчивый ученый, профессор М. Н. Куфаев. Но П.Н. Беркова надо оценить, и понять, и приветствовать как методолога, психолога, историка и философа именно книголюбия, библиофилии, библиофильства. Именно П. Н. Берков установил и заставил нас продумать различие оттенков трех близких аспектов одного и того же: любви к книге, общественно-социального и глубоко личного, человечного значения этой любви.

О любви к книге писали многие, — столь многие, что повторять их имена здесь не надо. Но любовь к книге бывала разной. Страстной и пристрастной, самоотверженно-бескорыстной и скупой. Фрейдисты сравнивали страсть библиофила к собственным, только к своим личным книгам, с ревнивой страстью древневосточного властелина к своему гарему. О собственничестве как особой побудительной силе книгособирательства так называемого «Геннадиевского толка» весьма подробно писал сам П. Н. Берков в своем труде «Русские книголюбы» 1967 г. Еще один вариант любви — библиомания — сумасшедшая любовь к книге, рождавшая и преступления порою, воровство — с ним встречаются, увы, и поныне наши библиотеки, — убийства и «захоронения», запирание книг на замок, «библиотафия», — все это аберрации, болезни, что угодно! А без доли «сумасшедшинки» не удается ни одно личное творческое собирательство, никакое более или менее успешное коллекционирование, без которого и не должно и не может обойтись планомерное общественно-государственное строительство библиотек или музеев. Вместе с тем понятия «друг книги» и «книголюб», «библиофил», «библиофилия» и «библиофильство» — различны! П Н. Берков в своей книге «О людях и книгах» 1965 г. защищал удачно и умно различные аспекты любви к книге, в «Русских книголюбах» 1967 г. — самое выражение «книголюб». Добавить к его очень тонким и верным замечаниям здесь почти нечего, а вместе с тем следует. Публикуемая «История советского библиофильства» П. Н. Беркова осталась не совсем завершенной. В предисловии к ней преждевременно ушедший от нас автор говорит о примечательных накопленных им уже материалах к «Словарю советских библиофилов», книголюбов, книгособирателей последних десятилетий. Автор этого «вступления» в переписке и в личном общении с П. Н. Берковым не все успел и сумел сообщить жившему в Ленинграде автору «Истории советского библиофильства» по истории московских книжных дел 1920-х годов. И сказать в этом вступлении желательно нечто, представляющееся существенным, по общим вопросам темы, которой посвящены три последние книги П. Н. Беркова, «О людях и книгах», «Русские книголюбы» и публикуемая «История советского библиофильства», посмертная.

Друг книги! Это самое емкое, самое простое и широкое, самое понятное и человечное и самое вместе с тем неотчетливое выражение всей темы или области, в которой работают библиотекари и читатели, библиографы и статистики, книгопродавцы и покупатели книг, собиратели и посетители выставок книжной графики, издатели и художники… И фантасты, как Рэй Бредбери, описывающий жуткий мир торжествующей капиталистической псевдоцивилизации, в котором все книги уничтожаются. И деятели электронной микроинформации, стремящиеся заменить книгу перфорационной лентой или микрофильмом, не являются ли такими же врагами книги, как грибоедовский персонаж, желавший «собрать все книги бы да сжечь». Особость Друга книги — это его приверженность к книге — как к слову. Сообщение, информация, общение, речь, обучение, сведения, знания — все это смысл, содержание «книги», которая «огромная сила» (слова В. И. Ленина, сказанные им А. В. Луначарскому в первую ночь Октября). И это — главное. Здесь основным является чтение, освоение книги. «Читать» можно и статистические таблицы, где наборного текста меньше, чем цифр, и фотоальбом. Друг книги — тот, кто распространяет, ценит, так или иначе участвует и сотрудничает в общем деле неисчерпаемых возможностей книжного делания. Он — просветитель. Он будет бороться во имя этого с употреблениями во зло печатного станка, во имя информации — с дезинформацией. Друг книги — прежде всего и в самой своей сути — общественный человек. Деятель. «Собственником», собирателем, он быть не обязан. Быть может, исключительным примером друга книги является скромный и бескорыстный библиотекарь (история русской культуры помнит таких), который именно потому, что он друг книги, становится незаменимым другом читателя

А библиофил? Тот, кому острые, чуть насмешливые слова посвятил Анатоль Франс, умело характеризованный П. Н. Берковым в одной из его опубликованных уже «книжных книг»? И В. И. Ленина, и А. М. Горького мы предпочитаем называть друзьями книг в том широком смысле, какой мы постарались придать выше этому понятию. В более специальном и сознательном смысле друг книги становится неизбежно книголюбом. Это — требовательный не только друг, но и критик книги. В. И. Ленин дает тому замечательный пример. Он оставил нам не только золотые слова: книга — огромная сила, которые надо было бы начертать над входом в каждую библиотеку. Ленин писал же М. Елизарову и сестре своей: «Типографская аккуратность и изящество очень важны». В. И. Ленин объявил же выговор своему ближайшему соратнику В. Воровскому за неряшливое издание важной брошюры и подписал постановление Совнаркома в один из самых первых и трудных годов революции о выпуске сугубо ученого труда академика И. П. Павлова «в лучшей типографии в роскошном издании». Это — дружба с книгой, переключенная в подлинную, полную уважения любовь к ней. Тысячи переходов! Дружба и любовь — нераздельны, переходят одна в другую, являются в сути взаимоопределяющими. И все же — различаемыми! Дружба может быть строго рациональною, любовь всегда горячо эмоциональна. Она может вызвать — опять золотое слово В. И. Ленина! — ощущение, что «без книг — тяжко». И любовь к книге может не быть страстью к книгоприобретению. И любить, и ценить книгу можно в общественной и государственной библиотеке не меньше, чем «у себя», в библиотеке личной. И любоваться книгой можно тоже не только «собственной». Книголюб — бескорыстен! Его радует книга, вызывая его внимание и волнение, интерес, затрагивая его ум, совесть, — всегда и везде. Был книголюбом А. М. Горький, даривший книги из своей библиотеки тем, кто в них нуждался. Был книголюбом прославленный генерал 1812 г. А. П. Ермолов, на старости лет научившийся переплетать свои книги. Был книголюбом А. С. Пушкин, перед смертью обратившийся к книгам своей библиотеки со словами: «Прощайте, друзья». Можно было бы сказать, что книголюб — это такой друг книги, который чувствует и знает, что книга — жива, что книга — его друг, что — «книги — это руки, протянутые чрез века», как написал автор этого вступления в стихотворении, достоинством которого было то, что посвящено оно было П. Н. Беркову…

Скачать книгуЧитать книгу

Предложения

Фэнтези

На страница нашего сайта Fantasy Read FanRead.Ru Вы найдете кучу интересных книг по фэнтези, фантастике и ужасам.

Скачать книгу

Книги собраны из открытых источников
в интернете. Все книги бесплатны! Вы можете скачивать книги только в ознакомительных целях.