Рейтинг книги:
5 из 10

Podniat' pieriskop!

Vasilievich Lysak Sierghiei

Уважаемый читатель, в нашей электронной библиотеке вы можете бесплатно скачать книгу «Podniat' pieriskop!» автора Vasilievich Lysak Sierghiei в форматах fb2, epub, mobi, html, txt. На нашем портале есть мобильная версия сайта с удобным электронным интерфейсом для телефонов и устройств на Android, iOS: iPhone, iPad, а также форматы для Kindle. Мы создали систему закладок, читая книгу онлайн «Podniat' pieriskop!», текущая страница сохраняется автоматически. Читайте с удовольствием, а обо всем остальном позаботились мы!
Podniat' pieriskop!

Поделиться книгой

Описание книги

Серия:
Страниц: 8
Год:

Содержание

Отрывок из книги

VII . Сто тридцать шесть килограммов взрывчатки, если мне не изменяет память. И если эта бочка ахнет, всем тошно будет... – Герр капитан... А зачем Вы сказали, чтобы если что... шли к Азорским островам? Ведь если рванет, могут уже никуда не дойти... – Нельзя отнимать у людей надежду, Отто... Все сейчас на взводе. Не хватало, чтобы у кого-нибудь истерика началась. А там и до паники недалеко. Если хотим выжить, надо собрать всю волю в кулак и действовать, как на учениях. – Герр капитан, простите, можно еще один вопрос? А то... Вдруг, потом не смогу... – Можно, Отто. Сейчас все можно. – Герр капитан, а это правда, что Вы русский? И воевали в прошлую войну против Германии? – Правда, Отто. Только, не совсем русский. Мать русская, а отец немец. Потомок тех, кто приехал в Россию еще во времена Петра Великого. И в прошлую войну я воевал против Германии, так как был офицером Российского Императорского флота и присягал своему императору. И не пожелал присягать большевикам после октябрьского переворота в семнадцатом году. И за это вся моя семья была уничтожена комиссарами, а я сам чудом уцелел. Это чтобы тебе было понятнее, почему я здесь. – Простите, герр капитан... – Ладно, Отто... Что ворошить прошлое... Давай лучше английским “гостинцем” займемся... Время шло, мерно стучали дизеля, и лодка двигалась в ночной темноте. Сигнальщики напрягали зрение, вглядываясь в ночную темень, но океан был пустынен. Волны догоняли лодку, приподнимали ее на гребень и уходили вперед. Небо было ясным, над горизонтом взошла Луна и осветила все вокруг призрачным светом. Одинокая “волчица” скользила по поверхности, все дальше и дальше удаляясь от того места, где ее очередная охота чуть не стала последней. Вахтенный офицер поглядывал время от времени на командира и старшину торпедистов, возившихся возле бомбы, но не лез с вопросами и советами. Он, как и все остальные на лодке, верил, что Старик обязательно справится и с этой проблемой. Потому, что иначе просто не может быть... Шумела вода за бортом. Лунный свет придавал какую – то нереалистичность всему происходящему. Блестели гребни волн, вода накатывалась на палубу и лодка, как призрак, вынырнувший из морских глубин, неслась вперед. Курс строго по волне избавил от заметной бортовой качки, но работа все равно не двигалась. Бомба лежала в довольно неудобном положении. Утешало только то, что это все-таки не мина, где можно нарваться на какой-нибудь сюрприз, специально установленный для затруднения разминирования. В глубинных бомбах устанавливать подобные вещи нет смысла. Провозившись больше часа, Отто развел руками. – Нет, герр капитан, ничего не получается. Чтобы добраться до взрывателя, надо развернуть бомбу. А трогать ее опасно. – Ясно. Значит, будем действовать русским способом. – Это как? – Ломом и кувалдой. – Герр капитан, Вы что?! – Шучу, Отто, шучу. Давай, неси ножовку, изоленту, нож и хороший крепкий трос. Растительный, разумеется. Диаметр не меньше двадцати миллиметров и длиной не менее тридцати метров. И захвати еще пару человек покрепче. Когда Отто вернулся с подмогой, командир разъяснил план действий. – Слушайте внимательно, камрады. Сейчас обвязываем бомбу тросом, фиксируем трос по периметру изолентой, чтобы он не соскочил. Обносим трос вокруг станины зенитки. Отпиливаем участки леера, которые держат бомбу. После этого вы двое спускаетесь на палубу, а мы вываливаем бомбу с мостика и начинаем осторожно потравливать трос. Ваша задача – придерживать бомбу руками и не давать ей биться о рубку. Когда она будет на уровне палубы, направить ее за борт. Только привяжитесь к леерам на рубке, чтобы за борт не смыло. Задача ясна? – Так точно, герр капитан! – Вперед. Теперь Ваша задача, лейтенант. Предупредите машину, чтобы были готовы дать полный ход двумя дизелями. Перед сбросом бомбы стоп машина и только удерживать лодку строго по волне, чтобы не было сильной бортовой качки. Задача ясна? – Так точно, герр капитан! – Выполняйте. Ну а мы давайте снова займемся нашим гостинцем... Как ни странно, но этот способ сработал. Когда Отто отпилил часть леера, и бомба пошевелилась, она была уже прочно обвязана манильским тросом. Михель сам держал конец троса, обнесенный вокруг станины зенитки, а Отто, взяв в помощники еше двух сигнальщиков, находившихся здесь же, осторожно вывалил бомбу за пределы мостика. Потравливая трос, бомбу опускали все ниже. Двое матросов, стоящих на палубе возле рубки, придерживали опасный “подарок” руками, не давая ему раскачиваться. Вахтенный офицер уже остановил машины и только небольшими толчками вперед удерживал лодку на курсе, не давая ей развернуться бортом к волне. Вот бомба коснулась палубы и пошла дальше, скользя по округлому корпусу субмарины. Все, кто находился наверху, судорожно глотали слюну. Наконец, бомба скрылась в воде, продолжая натягивать трос. – Лейтенант, внимание! Отто, обрезать трос! – Готово!!! – Обе полный вперед!!! Оба дизеля, глухо ворчавшие до этого момента, взревели на максимальных оборотах. U-177 рванулась вперед, стремясь как можно быстрее удалиться от этого места. Михель стоял на мостике и глядел за корму, отсчитывая секунды. Время шло, но взрыва не было. Значит, им действительно сказочно повезло. Бомба, попавшая прямо в лодку, имела какой-то дефект. Командир знал, что порядка полутора процентов бомб этого типа не срабатывали. Значит, им удалось нарваться именно на эти полтора процента. Есть все-таки военное счастье на свете. Не обманули его сорок лет назад... – Все... Лейтенант, сбавляйте обороты до экономического хода. Курс на Лорьян. Камрады, благодарю всех за проделанную работу. Свободным от вахты отдыхать... Спустившись вниз, командир первым делом составил радиограмму и отдал радисту. Хочешь, не хочешь, а сообщить об инциденте придется. Правда, во второй флотилии “Зальцведель”, к которой имела честь быть приписана U – 177, за ней уже давно закрепилась репутация удачливой лодки, которая выпутывается из самых безнадежных ситуаций. Так же, как и репутация счастливчика за ее командиром, Михелем Корфом, бывшим чем – то вроде местной достопримечательности. Рядом с другими командирами лодок, не говоря о прочих офицерах, он выглядел настоящим реликтом, свидетелем ушедшей эпохи. Те, кто видел его впервые, ничего особого не замечали, но когда узнавали, что седому, но подтянутому и подвижному, как электрон на орбите атома, корветтен – капитану больше шестидесяти лет и он успешно командует субмариной, то впадали в ступор. Михель, правда, относился ко всему спокойно, нос не задирал и со всеми старался поддерживать дружеские отношения. Этому также способствовало то, что на подводных лодках Кригсмарине (****), в отличие от надводных военных кораблей, нравы были более либеральные, но ни о какой расхлябанности речь не шла. Просто дисциплина в экипажах подводных лодок держалась, в основном, на самодисциплине самих подводников. И новички понимали это очень быстро, так как из-за одного разгильдяя могли погибнуть все. С командиром флотилии, корветтен-капитаном Виктором Шютце, у Михеля тоже сложились нормальные деловые отношения. Не смотря на то, что командир флотилии был значительно моложе его и находился в одинаковом звании, Михель сразу дал понять – он во флотилии простой командир лодки, как и все остальные. Не более того. И вести интриги за его спиной не собирается. Закончив с делами, Михель отправился в каюту. Пока есть возможность, надо поспать. А то неизвестно, что будет завтра. Этот район Атлантики находится за пределами радиуса действия английской авиации, но сейчас они направляются к берегам Франции, где опасность быть обнаруженным возрастает многократно. Много подводных лодок с начала войны уже отправилось на дно. И кто бы мог подумать, что авиация может стать таким эффективным инструментом в борьбе с субмаринами. Даже если самолет и не уничтожит лодку атакой бомбами, то сообщит о ее местонахождении и наведет военные корабли. Ладно, учтем... – Михель, можно к тебе? – в переборку постучал главмех. И по его физиономии командир понял, что друг пришел не с пустыми руками. – Заходи, Фридрих. Ты по делу, или как? – Считай, что по делу. Со вторым днем рождения тебя, командир. Да и всех нас заодно. Если бы не ты... – Ладно, ладно. Давай, доставай. Вижу же по твоей физиономии, что не с пустым карманом пришел. – Ну, герр капитан, ничего от тебя не скроешь! Доставай рюмки... Главмех извлек из кармана плоскую флягу и водрузил на стол, на котором уже стояла пара маленьких серебряных стаканчиков, вполне успешно игравших роль коньячных рюмок. Держать стеклянную посуду было опасно, после первой же бомбежки она рисковала разлететься вдребезги. Хоть на борту лодки выпивка и не одобрялась, но на небольшие дозы, в пределах разумного, Михель закрывал глаза. За что главмех был ему благодарен. И они иногда пропускали по несколько рюмок хорошего французского коньяка. Особенно, если был соответствующий случай. А уж сегодня случай был – дальше некуда. Хоть командир и старался не подавать виду, но весь экипаж прекрасно понимал, что сегодня они все во второй раз родились на свет. Разлив коньяк, командир с главмехом подняли стаканы. – Ну, с днем рождения, Фридрих! Кстати, сколько раз тебе говорить, что это же форменное святотатство – наливать коньяк в металлическую флягу. – А что делать, Михель? В стекле опасно, сколько бутылок уже при бомбежке разлетелось. А фляжке ничего не станется. Жаль, что ты уходишь. Неизвестно, кого вместо тебя пришлют. – Ничего не могу поделать, Лев распорядился. Ты же знаешь, что его лучше не злить. – Ладно, дай бог, чтобы на новом месте у тебя все сложилось. Да и нам прислали кого-нибудь адекватного. Команда вся расстроена, что ты уходишь. Кстати, тебя уже наделили чуть ли не мистическими способностями. Говорят, что у простого человека так не бывает. – Вот людям делать нечего. Какие мистические способности? Просто каждый хорошо делает свою работу, только и всего. – Ой, не скажи... А прорыв с мелководья под огнем сторожевика возле американского побережья, когда не было возможности погрузиться на большую глубину? И ты приказал вести артиллерийскую дуэль с этим недомерком, но не погружаться ни в коем случае, пока мы не выйдем на достаточные глубины? А таран английского эсминца, когда он только погнул нам перископ, а мог бы разрубить пополам? А атака самолета, когда было поздно погружаться, и ты снова рискнул, оставшись на поверхности и лично открыв огонь из зенитки? И умудрился сбить его, когда он был уже на боевом курсе и приготовился бросать бомбы? А сколько раз мы уходили от преследования эскорта после атаки конвоев практически без повреждений? И в довершение всего сегодняшний случай. Сначала игра в прятки с эсминцами почти сутки, а потом и неразорвавшаяся бомба на мостике. От которой мы все с божьей и с твоей помощью все же избавились. Михель, я с ними в чем – то согласен. Так не бывает! Как будто судьба тебя хранит. Да и нас всех вместе с тобой заодно. – Фридрих, ты сейчас можешь договориться до того, что я продал душу дьяволу, как доктор Фауст. Ведь все очень просто. Когда мы гнались за танкером возле американского побережья и зашли на мелководье, то погружаться там было нельзя категорически. Глубина под килем была не более двадцати метров. Если бы мы погрузились, то стали бы беззащитной мишенью для этого, как ты сказал, недомерка. Это рыболовное корыто в прошлом, которое переименовали в корабль противолодочного патруля, вооружив небольшой пушчонкой и загрузив глубинными бомбами, шутя могло бы расправиться с нами на мелководье. По такой мелкой и верткой блохе попасть торпедой почти невозможно. И он бы просто забросал нас бомбами, так как наша подводная скорость была бы значительно ниже, чем у него. А в надводном положении мы превосходили его как в скорости, так и в вооружении. И когда он только бросился к нам и начал стрелять, надеясь, что мы уйдем под воду, а вокруг него начали рваться наши 105-миллиметровые снаряды, то это было для него неприятной неожиданностью. И он счел за благо развернуться и попытаться удрать, пока к нему не прилетел в корпус один из наших “гостинцев”. Хоть наши ребята в него и не попали, но свою задачу выполнили. Прогнали этого наглеца и дали возможность добраться до больших глубин, где мы сразу и нырнули, так как этот недомерок вызвал авиацию. Как видишь, никакой мистики. Мы все просто хорошо выполняли свою работу. Точно также могу разобрать по полочкам и остальные случаи. Просто, нельзя зацикливаться на инструкциях. Они не могут охватить абсолютно все случаи. И иногда приходиться подходить творчески к их выполнению. Иными словами, как говорил император Петр Великий: “Не держись устава, аки слепой стены”. То есть, действовать надо сообразно обстановке. – Эх, Михель... Надо ведь еще и знать, когда и как отходить от инструкций... Ладно, давай еще по одной и отдыхай. Тебе надо выспаться. А то, неизвестно, что завтра будет. А я в машину схожу, погляжу. От сотрясений корпуса при бомбежке там все же кое – что разболталось. – Ничего опасного нет? – Если бы было, я бы сразу сказал. Так, мелочи... Когда главмех ушел, Михель растянулся на койке и закрыл глаза. Сон не шел, и он в который раз прокручивал в уме события последних суток. Да, сегодня им по – настоящему повезло, как бы он не успокаивал главмеха. Одна бомба в них все же попала. И если бы она взорвалась, то это гарантированно отправило бы U – 177 в ее последнее плавание – на дно Атлантики. Вместе со всем экипажем. Надо признать, что “девятки”, не смотря на свою хорошую мореходность, автономность, вооружение и более лучшие бытовые условия экипажа, чем на “семерках” (*****), все же сильно проигрывают им в маневренности под водой. Меньших размеров, более легкая и маневренная “семерка”, обладающая практически одинаковой подводной скоростью с “девяткой”, быстрее погружалась в случае опасности, и на ней было легче ускользать от погони. Главный недостаток “семерок” – невозможность действовать на большом удалении от баз. Запасов топлива не хватает. И если для “девяток” походы в южную Атлантику и в Индийский океан – обычное дело, то для “семерок” это невозможно. Они оперируют не дальше центральной Атлантики. Первые походы “семерок” к берегам США были возможны только за счет расположения дополнительных запасов топлива в балластных цистернах и уменьшения запаса торпед на борту. Значит, на первых порах можно уже определиться, на что делать ставку. А там видно будет... (*) “Девятка” – немецкая подводная лодка типа IX. До появления лодок типа

Популярные книги

Podniat' pieriskop!

Поделиться книгой

arrow_back_ios