О диалектике абстрактного и конкретного в научно-теоретическом познании

Ильенков Эвальд Васильевич

Ильенков Эвальд Васильевич - О диалектике абстрактного и конкретного в научно-теоретическом познании скачать книгу бесплатно в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Размер шрифта
A   A+   A++
Читать
Cкачать

Известно, что абстрактной истины нет, что истина всегда конкретна. С другой стороны, столь же общеизвестно, что абстракция, абстрактное есть всеобщая форма, в которой и посредством которой мышление может достигать объективной истины.

Абстрактное и конкретное тем самым являются неразрывными внутренними противоположностями, в живом диалектическом единстве которых только и может осуществляться процесс теоретического познания, логический процесс. Основы для решения и освещения вопроса о диалектике абстрактного и конкретного в научно-теоретическом познании заложил Карл Маркс в своем знаменитом фрагменте, известном под названием «Введения» к «К критике политической экономии». Мысли, развитые там, естественно, и должны послужить для нас исходным пунктом при анализе данной проблемы.

* * *

Маркс определяет конкретное, конкретность как «единство многообразного». С точки зрения старой, традиционной логики это может показаться парадоксальным: ведь сведение чувственно данного многообразия к единству, в нем обнаруживающемуся, кажется, на первый взгляд, задачей выработки абстракции, задачей выработки общего, «родового» понятия.

Если понимать задачу мышления как сведение чувственно данного многообразия к некоторому отвлеченному единству, к «абстрактно общему», то выражение Маркса и в самом деле может показаться просто необычным, не принятым в логике словоупотреблением.

Однако в этом кратком, афористическом определении конкретности подытожена вся суть марксовой, диалектико-материалистической логики во всем ее принципиальном отличии от логики старой. Если развернуть краткое определение Маркса, то оно может быть выражено так: конкретность есть прежде всего объективная характеристика предмета познания, совпадающая по своему смыслу с понятием внутренней взаимообусловленности, взаимосвязи всех сторон, черточек, граней, качеств, форм или условий существования объекта, притом взаимосвязи, специфичной именно для данного и ни для какого другого объекта.

В соответствии с высказываниями Маркса только такое знание может и должно быть квалифицированно как конкретное (а тем самым и как объективно истинное), которое отражает, духовно воспроизводит эту внутреннюю взаимосвязь исследуемого объекта.

Поэтому единственной субъективной формой, в которой может быть отражена, схвачена, воспроизведена объективная конкретность, является «единство многообразных определений», то есть система логически связанных между собой категорий, каждая из которых по своему объективному содержанию есть отражение одной из сторон, характеризующих специфику исследуемого объекта. [42]

Это весьма важный для логики пункт марксовых взглядов: конкретная истина возможна только в форме системы категорий.

С другой стороны, абстракция, абстрактное как таковое, с этой точки зрения, есть не более как односторонность, синоним односторонности знания. Поэтому вопрос о соотношении абстрактного и конкретного в мышлении, в научно-теоретическом познании выступает прежде всего как различие между односторонним и всесторонним знанием о предмете.

Следует особенно подчеркнуть, что абстрактное и конкретное различается Марксом с самого начала с точки зрения объективного, но ни в коем случае не субъективно-психологического критерия. Они различаются с точки зрения объективной характеристики знания, выражаемого в тех или иных теоретических представлениях, а не с точки зрения той субъективной формы, в которой это знание выражено.

В этом пункте резко выявляется различие диалектико-материалистической теории познания по сравнению с гносеологическими представлениями старого, метафизического материализма, который, как правило, отождествлял конкретность с непосредственно-чувственным образом, а специфическим свойством рационально-логической ступени познания считал абстрактность.

В свете марксистского, диалектико-материалистического понимания смысла, содержания этих категорий все выглядит существенно по-иному. Мышление, логический процесс не только может, но и должен осуществлять конкретное познание. При этом понятие конкретности познания ни в коем случае не совпадает с признаком чувственной наглядности. Это категорически подчеркивает и Энгельс, указывая, что общий закон изменения, формулируемый мышлением, «гораздо конкретнее, чем каждый отдельный «конкретный» пример этого», хотя пример, естественно, всегда нагляднее общетеоретической формулы.

Если сознание человека выявляет и фиксирует в форме общих терминов отдельные более или менее случайно выбранные стороны объекта, оно действительно крайне абстрактно в самом строгом и точном смысле этого слова. Примеры в данном случае могут только замаскировать абстрактность знания, но никогда не сделают его конкретным. И в этом случае вообще не может идти речь о мышлении как о высшей познавательной способности человека. Ведь даже в простом пересказывании человек так или иначе обрисовывает связь между фактами, между отдельными сторонами события. Тем более это относится к мышлению. Мышление есть всегда размышление, то есть сознательно совершаемая деятельность, посредством которой достигается связное понимание фактов, понимание фактов в их необходимой связи. Там, где этого нет, нет и мышления, не говоря уж о мышлении научно-теоретическом, имеющем своей целью достижение объективной истины.

Если объективная истина есть «такое содержание наших представлений, которое не зависит ни от человека, ни от человечества», и если логика есть наука о формах и путях достижения именно такого содержания, то с самого начала следует подчеркнуть, что о теоретическом мышлении в строгом смысле этого слова следует говорить не в тех случаях, когда налицо вообще акт абстрагирования, но лишь в тех случаях, когда абстрагирование производится с сознательной целью достигнуть с его помощью объективной истины, когда оно с самого начала выступает как вполне сознательный шаг на пути к постижению конкретного.

Нам думается, что никак невозможно, не отступая от марксова понимания этих категорий, говорить, что спецификой человеческого мышления (а тем более научно-теоретического) является абстрактность.

Абстракция абстракции рознь. Бессознательные абстракции производят и животное. Каждое слово выражает собой лишь общее, содержит в себе абстракцию. Но слово еще не есть понятие, речь еще не есть мышление. [43] В противном случае, как остроумно заметил Фейербах, величайшие болтуны были бы величайшими мыслителями. Мышление есть нечто большее, чем простой пересказ явлений, чем простое выражение «общего». Для мышления характерно внутреннее единство абстрактности и конкретности, аналитического и синтетического моментов.

Материализм XVII–XVIII веков никогда не мог четко расчленить психологический и гносеологический планы рассмотрения явлений познания. Поскольку понятие конкретности при этом обязательно связывалось с признаком чувственной наглядности, с тем, что можно непосредственно увидеть, ощупать, осязать или обонять, то есть с единичными вещами, постольку специфичным свойством мышления он и считал абстрактность. Это понимание особенно резко проявляется у сенсуалистов — у Локка, Гельвеция и др.

В этой связи и понятие рассматривалось им как термин, в котором удержано, зафиксировано лишь то общее, одинаковое, что можно увидеть в целом ряде (роде, классе) единичных вещей. А это уже с неизбежностью вело к чисто номиналистической позиции в логике. Из науки о формах отражения объективной истины логика при этом необходимо превращалась в свод правил оперирования терминами, суждениями и умозаключениями, толкуемыми чисто формально.

С этой точки зрения мышление действительно никогда не может быть конкретным. Оно навсегда обрекается на движение в сфере абстракции, в сфере общего, одинакового, не специфичного ни для одного из индивидуальных предметов рассмотрения. Конкретность в этом понимании подвластна лишь непосредственной чувственности. Критерием истинности связи общих понятий между собою неизбежно оказывается непосредственная чувственная достоверность или формально-логическая правильность. Тем самым исследователь ориентируется такой теорией познания на грубый эмпиризм.

Скачать книгуЧитать книгу

Предложения

Фэнтези

На страница нашего сайта Fantasy Read FanRead.Ru Вы найдете кучу интересных книг по фэнтези, фантастике и ужасам.

Скачать книгу

Книги собраны из открытых источников
в интернете. Все книги бесплатны! Вы можете скачивать книги только в ознакомительных целях.