Невидимые руки

Сетербаккен Стиг

Сетербаккен Стиг - Невидимые руки скачать книгу бесплатно в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Размер шрифта
A   A+   A++
Читать
Cкачать
Невидимые руки (Сетербаккен Стиг)

1

Я понимал, конечно, что рано или поздно мне придется отправиться к матери пропавшей девочки, но вот уже вторые сутки я почему-то медлил, все чего-то ждал. Под ногами, на подтаявшем снегу, чернело собачье дерьмо. Вся улица казалась загаженной, и пешеходы ступали по мостовой осторожно, будто у них под ногами не твердая земля, а неустойчивая палуба тонущего корабля. Я стоял у киоска, укрывшись от ветра, и держал в руках только что купленную газету, которую не собирался читать, а взял просто так, чтобы поддержать разговор с продавцом. Помню, когда мы были в Кракове, у меня и Бернарда водились деньги, но они кончились, и поляки потеряли тогда к нам всякий интерес и помогали нам в расследовании просто из чувства долга, совершенно формально, так что толку от их помощи не было никакой. Человек с раздувшейся щекой подошел ко мне и показал что-то, припрятанное в рукаве. Я толком не понял, что он мне показывает, но позволил себе немного развлечься и вынул служебное удостоверение. Убегая, он походил на испуганного зверька. Я подумал, будь моя воля, я так и остался бы стоять здесь, под козырьком, у газетного киоска, прячась от ветра и дождя, весь оставшийся день.

Дом № 18 на противоположной стороне улицы был построен еще в начале прошлого века и сильно обветшал. Квартплата росла, кровля прохудилась и требовала ремонта, по фасаду шли трещины. Свет горел только в нескольких окнах. Где-то наверху, сидя в своей тускло освещенной комнатке, она и ждала меня.

— Здесь, похоже, одни пенсионеры живут, — услышал я, как пробурчал какой-то парень, проходивший мимо.

Может быть, он и был прав. Вот одна пожилая женщина появилась во входной двери с тремя большими пластиковыми пакетами в руках. Я поднял над головой газету, перебежал через улицу и как раз успел схватить ручку двери перед тем, как она захлопнулась. Жестом я показал, будто хотел просто помочь ей, услужливо придержать дверь. Чувство благодарности сбило ее с толку, и она не поняла, что на самом деле я просто хотел попасть на лестницу. А вообще-то, что ей нужно на улице, под дождем, в одной вязаной кофте, сваливающейся с плеч? Я так и представил себе, как дождь вымочит ее до нитки и эта прогулка для нее добром не кончится. В доме, где жила моя бабушка, была консьержка, которую я сейчас почему-то вспомнил.

На лестнице пахло рыбьим жиром. На почтовом ящике два имени: Ингер и Мария. Приклеенная переводная картинка с подсолнухом выделяла ящик среди всех остальных. В этом чувствовался какой-то вызов. Поднявшись на три этажа, я увидел на входной двери такую же картинку. Что это? Символ их семьи? Сигнал окружающему миру, мол, здесь мы еще боремся и выживаем, так, что ли? Из соседней двери донеслись голоса, сначала я даже подумал, что они звучали из их квартиры. Громкий мужской голос, потом в ответ более нежный голос — то ли ребенка, то ли женщины, слов не разобрать. Затем грохот. Что-то разбилось. Наступила тишина.

Я попытался представить себе ее, увидеть воочию, какая она, та женщина, которую я через мгновение встречу. Чем она занималась все эти бесконечные дни, одна в квартире? О чем думала по утрам, просыпаясь? Особенно в тот день, когда поняла, что ее любимой дочери больше нет в живых?

Я не хотел туда идти. Не хотел с ней встречаться. Не хотел разговаривать с ней и вообще заниматься этим проклятым делом. Однажды я уже расследовал дело о пропавшей девушке, и тогда ее быстро нашли. Она лежала под брезентом, на дне лодки, внутри старого лодочного сарая. Между ног торчала пивная бутылка, а в рот ей забили шарф с такой силой, что чуть не оторвали язык.

Лицо, появившееся в щелке двери, изумило меня. Это было красивое лицо. Как могла женщина, потерявшая ребенка, оставаться такой красавицей?

— Я думала, что вы уже не придете, — сказала она, когда я себя назвал. Потом открыла дверь нараспашку.

Лицо ее было серым, это я увидел, войдя. От света, падавшего из прихожей, горе на лице стало проступать, словно на фотографии в растворе проявителя, и мне нужно было определить к этому свое отношение. Похоже, ее лицо свыклось с горем. Это была серая маска застывшего, безнадежного отчаяния. Я разулся. Стоял, держа в руках ботинки, с которых на пол падали капли. Понял, что носки тоже промокли, и представил себе блестящие следы, которые будут оставаться за мной, когда я пойду по полу. Мокрые следы на полу чужой квартиры. Она улыбнулась, вид у меня был наверняка невероятно смешной. Я чувствовал себя взрослым человеком, втиснувшимся в кукольный домик. Она взяла ботинки из моих рук и пригласила пройти в комнату.

Проходя по мягкому ковру коридора, я вдруг представил себе всю нелепость происходящего. Мне нельзя было соглашаться на встречу с ней. Только один раз я говорил с ней по телефону. Она позвонила в тот день, когда дело о пропаже ее дочери было формально передано в мои руки. Я только-только начал просматривать список документов, когда раздался звонок. Но, может быть, она интуитивно чувствовала любые изменения в расследовании дела, ведь речь шла о ее ребенке? Она сразу стала расспрашивать, что я собираюсь предпринять, что нового внесу в расследование, что собираюсь изменить, чтобы направить его по новому пути, и, наконец, сколько времени, по моему мнению, пройдет, пока я найду девочку? А что я мог сказать? Мое задание было: закрыть это дело. Мне было запрещено предпринимать что бы то ни было, если только не всплывут новые обстоятельства. Я должен заниматься расследованием и в то же время ничего не делать, сидеть молча и, так сказать, бодрствовать до утра у гроба покойного.

Но для нее все это ничего не значило. Она хотела знать, когда я к ней приду, чтобы поговорить. Она хотела со мной все обсудить.

Как только мы вошли в комнату, она принялась меня расспрашивать. И вместо безнадежного отчаяния, встретить которое я, должен признаться, в некоторой степени был готов, я увидел трезво думающего человека, который безо всякой подготовки стал выкладывать голые факты яростно, почти агрессивно. Она задавала вопросы. Требовала ответов. Я понял, что она давно не разговаривала с представителями полиции, поэтому откликнулась так быстро, когда появился я. Она, вероятно, думала, что с появлением нового детектива все начнется с начала, все откроется и шансов найти девочку будет так же много, как и год назад. С появлением надежды проснулось и ее горе. Отчаяние кроется в надежде. За минувшие месяцы ее боль стерлась, она к ней привыкла, и повседневность стала походить на прежнюю, нормальную жизнь, но вдруг она вновь испытала страх, оттого что прошлое придется испытать заново.

Ответы, которые я мог дать ей, были, вероятно, путаными и беспомощными. Этого она тоже боялась. Для нее было сущим адом выслушивать мои бессодержательные заверения. Да-да, делаем что можем. Да-да, проверяем каждый след. Как только что-то новое появится, все ресурсы пустим в ход.

Это была чистая комедия. Все было наигранно, весь диалог, и ее отчаянные требования, и мои неуклюжие отговорки. Впрочем, все, что она говорила, тоже носило омерзительный характер пустопорожней болтовни, выученных наизусть, набивших оскомину готовых реплик. Все это она говорила раньше, и говорила сотни раз, как только ей давали возможность выговориться, как только кто-то был готов ее выслушать. Она забалтывала моих коллег каждый раз, когда кто-то из них появлялся поблизости. Это объясняло те кошмарные истории, которые рассказывали о ней у нас в уголовной полиции. В отделе расследований ее не любили.

Все продолжалось слишком долго, результатов практически не было, ни один сыщик из числа работавших над этим делом не сумел сохранить в себе сочувствие к ней. Из матери, которой им очень хотелось помочь, она превратилась в палача, сражаться с которым они были бессильны. Недовольство, раздражение из-за отсутствия результатов, которое испытывали полицейские, и ее полное бессилие помочь следствию лишь увеличивали пропасть между ними. Казалось бы, они должны были сотрудничать, но на самом деле вместо взаимопонимания между следователями и матерью пропавшей девочки возникали отчуждение и плохо скрываемая ненависть. Она поносила их, они упрекали ее. Амбиции на скорое раскрытие дела увяли. Надежда пропала. Никто из них больше не имел сил. Сотрудники отдела стояли за моей спиной, пряча счастливые улыбки, оттого что эта чаша их миновала, в тот день, когда мне передавали документы дела. Тогда я яростно шлепнул папку с бумагами на мой рабочий стол.

Скачать книгуЧитать книгу

Предложения

Фэнтези

На страница нашего сайта Fantasy Read FanRead.Ru Вы найдете кучу интересных книг по фэнтези, фантастике и ужасам.

Скачать книгу

Книги собраны из открытых источников
в интернете. Все книги бесплатны! Вы можете скачивать книги только в ознакомительных целях.