Содержание

Лорел К. Гамильтон

БОЖЕСТВЕННЫЕ ПРОСТУПКИ

Мерри Джентри — 8

Глава 1

Запах эвкалипта всегда напоминал мне о Южной Калифорнии, о моем доме вне дома, теперь же он мог быть навсегда переплетен с запахом крови. Я стояла среди длинных листьев, шелестящих на странно горячем ветру. Он запутывал мое летнее платье в ногах, развевал волосы алой вуалью на лицо. Приходилось придерживать волосы руками, чтобы видеть лучше то, что не хотелось видеть. Латексные перчатки тянули волосы. Все же перчатки предназначены не оставлять отпечатки на вещдоках, а не для удобства. Мы были окружены почти ровным кругом высоких, бледных стволов деревьев, посреди которых была поляна, заполненная телами.

Пряный запах эвкалипта почти скрывал аромат крови. Но если бы это были обычные человеческие тела, то у эвкалипта не было бы шанса, но это были маленькие тела. Крошечные по человеческим стандартам, настолько крошечные, что походили на кукол. Тела были когда-то не больше фута ростом (около 30,5 см), а некоторые были меньше 5 дюймов (12,7 см). Они лежали на земле яркими бабочками и мотыльками, словно застывшими посреди движения. Их мертвые ручки все еще обнимали поникшие бутоны, словно кто-то жестоко прервал веселую игру. Они были словно изломанные куклы Барби, за исключением того, что Барби никогда не лежали настолько реалистично, или так совершенно спокойно. И как маленькая девочка, мне хотелось попробовать согнуть их руки, но тела оставались жесткими и негнущимися. Они закоченели, но были осторожно уложены, как будто застыли в странно изящных танцующих позах.

Детектив Люси Тейт подошла и встала рядом со мной. На ней был брючный костюм с жакетом и белой рубашкой, застежка которой была немного натянута на груди, потому что у Люси, как и у меня, была слишком пышной в этом месте для большинства застежек на рубашках. Но я не была полицейским детективом, а значит не должна была притвориться, что я человек, и не должна попытаться вписаться. Я работала в частном детективном агентстве, которое использовало факт, что я была Принцессой Мередит, единственной фейри королевской крови, рожденной на американской земле. Я работала на детективное агентство Грея: сверхъестественные проблемы, волшебные решения. Людям нравилось платить деньги, чтобы увидеть принцессу, которая выслушает их проблемы, я начинала себя чувствовать участницей фрик-шоу. Сегодня же я предпочла бы вернуться в офис и выслушивать какие-нибудь людские проблемы, которые совершенно не нуждались в моих специфических способностях, но были достаточно богаты, чтобы оплатить мое время. Сейчас я предпочла бы многие вещи, чем стоять здесь и Я сделала бы много вещей, чем стояла бы здесь, глядя на мертвых фей.

- Что скажешь?
- Спросила она.

Я же была рада, что тела были малы настолько, что деревья маскировали большую часть запаха, но признаться в этом, значит признаться в слабости, что при работе с полицией можно было допустить только в крайнем случае. Нужно быть профессиональной и жестокой или они начинали думать о тебе хуже, даже женщины-полицейские, возможно, особенно они.

- Они разложены как из какого-то сборника детских сказок - в танцующих позах и с цветами в руках.

Люси кивнула.

- Это немного не точно так, как здесь.

- Что?
- Переспросила я, глядя на нее.

Ее темные волосы были подстрижены короче, чем мои и заплетены в плотную косу так, чтобы ничто не мешало ее зрению, и ей не нужно было бороться со своими волосами. Она выглядела спокойной и профессиональной.

Рукой в латексной перчатке она протянула мне упакованную в пластик страницу. Она протягивала это мне, а я понимала, что не смогу коснуться этого даже в перчатках. Я была гражданским лицом, и я очень хорошо это понимала, особенно пока шла мимо полицейских к центру их деятельности здесь. Полицейские всегда недолюбливали частных детективов, несмотря на то, что показывают по телевидению, ко всему прочему, я еще и не была человеком. Конечно, если бы я была человеком, то они не пригласили бы меня на место убийства. Здесь я была в первую очередь потому, что я была принцессой фейри и подготовленным детективом. Не будь я ни тем, ни другим и я не оказалась бы за полицейским ограждением.

Я уставилась на страницу. Ветер попытался выхватить пакет из руки Люси, и она взяла его обеими руками, чтобы дать мне рассмотреть. Это была иллюстрация из детской книги. Танцы фей с цветами в руках. Мой взгляд зацепился за рисунок чуть больше секунды, затем я посмотрела на лежащие на земле тела. Я заставила себя сравнивать их застывшие позы и иллюстрацию.

- Они похожи, - сказала я.

- Думаю, да, хотя мы нам нужен будет эксперт по цветам, который подтвердит, что цветы совпадают по форме и расцветке, но за исключением этого наш убийца повторил сцену.

Я смотрела то на счастливые смеющиеся лица на иллюстрации, то на тела, лежащие на земле. Их кожа уже начала менять оттенок на синевато-фиолетовый.

- Он, или она, должен был одеть их, - указала я.
- Сколько бы ты не видела иллюстраций с этими маленькими платьями или в набедренных повязках, феи-крошки за пределами волшебной страны так не одеваются. Я видела их в костюмах-тройках и в вечерних платьях.

- Ты уверена, что они здесь не носили подобную одежду?
- Спросила она.

Я покачала головой.

- Они такое не одели бы, если бы не планировали что-то конкретное.

- Мы думали, что их заманили сюда для съемок в короткометражке, - сказала она.

Я подумала об этом, затем пожала плечами.

- Возможно, но они все равно оказались бы в круге.

- Почему?

- У фей-крошек особая любовь к естественным кругам.

- Объясни.

- Человеческие сказки предупреждают лишь не входить в кольцо поганок, или в круг танца фей, но это может быть любой естественный круг. Цветы, камни, холмы или деревья, как этот круг. Они приходят, чтобы танцевать в кругу.

- Значит, они здесь появились, чтобы танцевать, а он принес одежду? – Она, нахмурившись, глядела на меня.

- Ты думаешь, что это лучше, чем если бы он уговорил их появиться здесь для съемок?

- Да.

- Возможно, или он следил за ними, - сказала я, - а значит, он знал, что они появляются тут в определенные ночи, чтобы танцевать.

- Это означало бы, что он или она преследовал их, - сказала Люси.

- Да.

- Если я решу снимать фильм с ангелами, я найду костюмы напрокат, рекламу для актеров и для короткометражки.
- Она руками показала "кавычки" на слове "короткометражки".

- Если он только преследователь и нашел костюмы, тогда тебе проще будет искать его.

- Не говори "он". Ты не знаешь, что убийца - он.

- Ты права, не буду. Ты думаешь, что убийца не человек?

- А должна?
- Спросила она нейтральным голосом.

- Я не знаю. Я не могу вообразить человека достаточно сильного или достаточно быстрого, чтобы смог захватить шесть фей-крошек и перерезать им горло прежде, чем другие смогли убежать или напасть на него.

- Они действительно такие беззащитные, как выглядят? – Спросила она.

Я почти улыбнулась, только вот желания закончить улыбку уже не было.

- Нет, детектив, они нет. Они намного сильнее, чем выглядят, и невероятно быстрые.

- Значит, мы ищем не человека?

- Этого я не говорила. Я лишь сказала, что физически люди не могли сделать этого, но есть волшебство, которое могло бы помочь им сделать это.

- Какое волшебство?

- Я имею в виду не чары. Я не человек. Я не нуждаюсь в чарах, чтобы использовать против другого фейри, но я знаю, что есть рассказы о чарах, которые могут сделать нас слабыми и уязвимый.

- Но, как предполагается, разве фейри не бессмертны?

Я посмотрела на крошечные безжизненные тела. Проще всего ответить "да", но я росла среди низших фейри Неблагого Двора, и некоторые из них умирали, падая с лестницы, или по другим мирским причины. Их бессмертие не было обыкновенной вещью, но рассказывать об этом людям не стоит. Люди ошибались, когда считали, что они не могли причинить нам вред, и это должно было остаться секретом. Кто-то из людей узнал правду и воспользовался этим знанием? Смертность среди низших фейри увеличилась? Или они были бессмертными, но чары украли бессмертие у них?

- Мерри, ты тут?

Я кивнула и посмотрела на нее, с облегчением отведя взгляд от тел.

- Прости, я никак не могу привыкнуть в виду таких вещей.

- Привыкнешь, - сказала она.
- Но надеюсь, что ты не увидишь так много трупов, чтобы очерстветь.
- Она вздохнула, как будто ей было жаль, что она не очерствела сама.

- Ты спросила меня, бессмертны ли феи-крошки, ответ "да".
- Это было все, что я могла сказать ей, пока не узнаю, распространяется ли смертность среди фейри. Пока в волшебной стране было только несколько случаев.

- Тогда, как убийца сделал это?

Я видела только еще одну фею-крошку, которую убили не холодным железом. Лорд Неблагого Двора был убийцей. Дворянин волшебной страны и мои кровные родственники. Сидхе был убийцей, хотя он сказал, что не хотел убивать ее. Он только хотел ранить ее сердце, как она ранила его сердце, когда ушла от него - поэтический и романтический бред для тех, кто привык жить в окружении существ, которые продолжали жить и после того, как им отрубали головы. Последнее давно уже не работало даже среди сидхе, но мы не делились этим. Никому не нравится признавать факт, что наш народ теряет магию и свою силу.

Действительно ли убийца был сидхе? Так или иначе, но я так не думала. Они могли бы убить низших фейри из высокомерия или чувства превосходства, но у этого убийства был вкус чего-то намного более замысловатого. Повод, который понимал только сам убийца.

Я тщательно поразмышляла над своим рассуждением, чтобы быть уверенной, что не говорю как представитель Неблагого Двора, Темной толпы, которые были подозреваемыми. Двора, в котором мне предложили править, а я отказалась ради любви. Таблоиды все еще говорили об окончании сказки, но умерли люди, некоторые из них от моей руки, и, как большинство сказок, в этой было больше о крови и верности, чем о любви. Любовь была эмоцией, которая привела меня к тому, что я действительно хотела, и кем я действительно была. Догадываюсь, что есть худшие эмоции для подражания.

arrow_back_ios