После обеда

Льоса Хулио Кортасар

Льоса Хулио Кортасар - После обеда скачать книгу бесплатно в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Размер шрифта
A   A+   A++
Читать
Cкачать

После обеда я хотел посидеть у себя в комнате и почитать, но почти сразу же пришли папа и мама и сказали, что сегодня я должен вести его гулять. Первым делом я ответил, что нет, пусть с ним гуляет кто-нибудь другой, пожалуйста, дайте мне позаниматься у себя. Я собирался сказать еще много чего, объяснить, почему мне не нравится с ним гулять, но папа шагнул вперед и уставился на меня этим взглядом, какого я не могу выносить: он впивается в меня глазами, и я чувствую, что они все глубже втыкаются мне в лицо, мне кажется, я вот-вот закричу, и я отворачиваюсь и отвечаю: да, конечно, сию минуту. Мама в таких случаях ничего не говорит и не смотрит на меня, она стоит чуть позади, сложив руки, и я вижу седые волосы, падающие ей на лоб, и отворачиваюсь и отвечаю: да, конечно, сию минуту. Они тут же вышли, больше ничего не добавив, а я стал одеваться, утешая себя лишь тем, что сумею обновить желтые туфли, которые так ярко блестят.

Когда я вышел из комнаты, было два часа, и тетя Энкарнасьон сказала, что он в задней комнате, куда он всегда любит забиваться после обеда. Должно быть, тетя Энкарнасьон поняла, в каком я отчаянии, что должен идти с ним гулять, потому что она погладила меня по голове, а затем наклонилась и поцеловала в лоб. Я почувствовал, как она положила что-то мне в карман.

— Купи себе что-нибудь, — сказала она мне на ухо. — И не забудь дать ему немножко, так будет лучше.

Чуть повеселев, я поцеловал ее в щеку и прошел мимо двери в гостиную, где папа и мама играли в шашки. Наверное, я сказал им «пока», что-то в этом роде, а потом вынул бумажку в пять песо, хорошенько разгладил ее и спрятал в свой кошелек, где уже была одна бумажка в один песо и несколько монет.

Я обнаружил его в углу комнаты, ухватил как можно крепче, и мы вышли через двор в садик перед домом. Раз-другой мне очень хотелось выпустить его, вернуться назад и сказать папе и маме, что он не хочет со мной идти, но я был уверен, что они все равно притащат его и заставят меня довести его до калитки, выходящей на улицу. Они никогда не просили меня свозить его в центр, это было бы нечестно с их стороны, ведь они прекрасно знают, что единственный раз, когда меня заставили прогуляться с ним по тротуару, произошел этот ужас с котом Альваресов. У меня перед глазами все еще стоит лицо полицейского, разговаривавшего с папой у калитки, и потом папа налил ему два стакана каньи [1] , а мама плакала в своей комнате. Было бы нечестно с их стороны просить меня об этом.

Утром прошел дождь, а тротуары в Буэнос-Айресе становятся все хуже и хуже, почти невозможно ходить, чтобы не попасть в лужу. Я очень старался выбирать самые сухие места и не мочить новые туфли, но сразу же увидел, что ему нравилось лезть в воду, мне приходилось дергать его изо всех сил, чтобы заставить идти рядом. Несмотря на это, он умудрился найти место, где одна плита опустилась чуть ниже других, и не успел я опомниться, как он был уже мокрый насквозь и весь облепленный сухими листьями. Мне пришлось остановиться, почистить его, и все время я чувствовал, как соседи смотрят на нас из своих садов, они ничего не говорили, но смотрели. Не хочу врать, в сущности мне не так уж важно, что на нас смотрят (смотрят на него и на меня, гуляющего с ним), но хуже всего было стоять вот так, с этим платком в руках, становившимся все мокрее и грязнее, в темных пятнах и частичках сухих листьев, и в то же время удерживать его, чтобы он опять не сунулся в лужу. Кроме того, я привык ходить по улицам, держа руки в карманах штанов, и при этом насвистывать или жевать жвачку, или читать комиксы на ходу, угадывая краем глаза плиты тротуаров, которые прекрасно изучил на всем пути от дома до остановки трамвая, так что я знаю, когда прохожу мимо дома Титы или когда подхожу к углу улицы Карабобо. И теперь я не мог делать ничего этого, к тому же от платка постепенно промокала подкладка кармана, я чувствовал, как влага холодит ногу, просто поверить нельзя, что может быть столько невезенья сразу.

В это время трамваи ходят довольно пустые, и я молил про себя, чтобы мы с ним смогли занять одно сиденье, я посадил бы его к окну, чтобы он меньше мешал. Не то чтобы он очень ерзает, но людям все равно неприятно, я это понимаю. Поэтому я расстроился, что трамвай оказался почти полный, не было ни одной свободной скамейки целиком. Путь слишком длинный, чтобы оставаться на площадке, кондуктор велел бы мне сесть и посадить его куда-нибудь, так что я сразу втащил его внутрь и усадил в середине вагона, где место у окна занимала одна дама. Лучше всего было бы сесть сзади, чтобы следить за ним, но трамвай был полный, и мне пришлось пройти вперед и сесть довольно далеко. Пассажиры особенно не пялились, в это время люди переваривают обед, трамвай покачивается, и все дремлют. Но к несчастью, кондуктор остановился возле скамейки, куда я его посадил, постукивая монетой по металлическому рулону с билетами, так что мне пришлось повернуться и делать ему знаки, чтобы он подошел и взял деньги у меня; я показывал ему монеты, чтобы до него дошло, что мне нужно два билета, но кондуктор был из этих тупоумных, что видят и не хотят ничего понять, знай себе стучит и стучит монетой по рулону. Мне пришлось встать (теперь несколько пассажиров уже смотрели на меня) и подойти к нему самому. «Два билета», — сказал я. Он оторвал один, поглядел на меня секунду, протянул билет и взглянул вниз, словно искоса. «Два, пожалуйста», — повторил я, уверенный, что теперь весь вагон был уже в курсе. Кондуктор оторвал второй билет, дал мне его и хотел что-то сказать, но я сунул ему деньги и, широко шагнув два раза, вернулся на свое место, больше не глядя назад. Хуже всего было то, что мне то и дело приходилось оборачиваться и проверять, сидит ли он спокойно на своем заднем сиденье, этим я привлекал внимание некоторых пассажиров. Сначала я решил, что буду оборачиваться только на каждом углу, но кварталы казались мне ужасно длинными, и я боялся, что вдруг услышу какой-нибудь возглас или крик, как тогда с котом Альваресов. Тогда я стал считать до десяти, как в боксе, и это получалось примерно полквартала. Досчитав до десяти, я оборачивался как бы невзначай, например, точно поправляю воротник рубашки или сую руку в карман куртки, что угодно, пусть бы это казалось нервным тиком, чем-то в этом роде.

Примерно через восемь кварталов, не знаю почему, но мне показалось, что дама, сидевшая у окна, собралась выходить. Это было самое худшее, потому что она скажет ему что-нибудь, чтобы он ее пропустил, а когда он не обратит внимания или не захочет обратить внимания, вдруг дама рассердится и решит протиснуться силой, но я знал, что произойдет в этом случае, и просто места себе не находил, так что начал оборачиваться, не доезжая до каждого угла, и тут мне показалось, что дама уже вот-вот встает, я готов был поклясться, что она сказала ему что-то, так как смотрела в его сторону и вроде бы двигала губами. Как раз в этот момент толстая старуха поднялась с сиденья недалеко от меня и двинулась по проходу, я шел за ней, желая толкнуть ее, пнуть ее по ногам, чтобы она поторапливалась и дала мне подойти туда, где дама уже подняла с пола корзину, или что-то еще, и вставала, чтобы выйти. В конце концов, кажется, я толкнул старуху, услышал, как она завозмущалась, и уж не знаю как добрался до его сиденья и успел вовремя его поднять, чтобы дама смогла выйти на углу. Тогда я посадил его к окну и сам сел рядом, счастливый донельзя, хотя четверо-пятеро идиотов таращились на меня с передних сидений и с площадки, где, наверное, тупоумный кондуктор им что-то сказал.

Мы уже ехали по Одиннадцатой, снаружи сияло чудесное солнце, и улицы были сухие. В этом месте, если бы я ехал один, я бы спрыгнул с трамвая и отправился в центр пешком, для меня ничего не стоит дойти с Одиннадцатой до Майской площади, как-то раз я засек время и решил, что дойду ровно за тридцать две минуты, конечно, порой я бежал, особенно в конце. Но сейчас, наоборот, мне надо было думать об окне, однажды кто-то сказал, что он способен рывком открыть окно и выброситься наружу, просто потому, что ему так захочется, как столько раз ему хотелось чего-то совершенно необъяснимого. Раз-другой мне казалось, что он вот-вот откроет окно, и мне пришлось протянуть руку за его спиной и придерживать раму. Может, это мне только представлялось, я не могу утверждать, что он собирался открыть окно и выброситься. Например, когда вошел контролер, я полностью забыл об окне, и однако он не выпрыгнул. Контролер был высоким и худым, он появился на передней площадке и начал пробивать билеты с любезным видом, какой бывает у иных контролеров. Когда он подошел к моему месту, я протянул ему два билета, и он пробил один, посмотрел вниз, потом на второй билет, собрался его пробить и замер, держа билет в щели щипцов, и все время я молил про себя, чтобы он наконец пробил билет и вернул мне, мне казалось, что пассажиры в трамвае смотрят на нас все больше. Наконец он, пожав плечами, пробил второй билет, вернул мне оба, и я услышал, как на задней площадке кто-то громко засмеялся, но конечно, не стал оборачиваться, снова протянул руку к окну и ухватился за раму, делая вид, что мне больше нет дела ни до контролера, ни до всех остальных. На углу Сармьенто и Либертад люди начали выходить, и когда мы доехали до Флориды, вагон был уже почти пустой. Я подождал до улицы Сан-Мартин и вышел с ним через переднюю площадку, потому что не хотел проходить мимо кондуктора, который мог бы что-нибудь мне сказать.

Скачать книгуЧитать книгу

Предложения

Фэнтези

На страница нашего сайта Fantasy Read FanRead.Ru Вы найдете кучу интересных книг по фэнтези, фантастике и ужасам.

Скачать книгу

Книги собраны из открытых источников
в интернете. Все книги бесплатны! Вы можете скачивать книги только в ознакомительных целях.