Рейтинг книги:
5 из 10

Излучатель доброты (Похищение, Исчезновение профессора Лу Фу)

Булычев Кир

Уважаемый читатель, в нашей электронной библиотеке вы можете бесплатно скачать книгу «Излучатель доброты (Похищение, Исчезновение профессора Лу Фу)» автора Булычев Кир в форматах fb2, epub, mobi, html, txt. На нашем портале есть мобильная версия сайта с удобным электронным интерфейсом для телефонов и устройств на Android, iOS: iPhone, iPad, а также форматы для Kindle. Мы создали систему закладок, читая книгу онлайн «Излучатель доброты (Похищение, Исчезновение профессора Лу Фу)», текущая страница сохраняется автоматически. Читайте с удовольствием, а обо всем остальном позаботились мы!
Излучатель доброты (Похищение, Исчезновение профессора Лу Фу)

Поделиться книгой

Описание книги

Серия:
Страниц: 5
Год:

Отрывок из книги

Глава вторая ИСЧЕЗНОВЕНИЕ Комиссар Милодар, шеф земной службы Интернациональной Галактической полиции, позвонил своему агенту Коре Орват среди ночи, потому что имел гадкую манеру звонить всегда не вовремя. Сам он почти не спал и не выносил, когда спали его подчиненные. Спросонья Коре показалось, что обвалился потолок и оттуда в спальню ворвалась стая визгливых гиен. А это был всего-навсего звонок видеофона. - Ты что делаешь? - сурово спросил комиссар. Кора достаточно проснулась, чтобы ответить: - Собираю апельсины. Ее шутка не возымела действия, потому что комиссар удивленно откликнулся: - Кто тебе сказал про апельсины? Кора окончательно открыла глаза и посмотрела на часы: четыре часа тридцать пять минут. Самое время для того, чтобы поговорить об апельсинах. - Мне приснился сон, - ответила Кора, - что я собираю апельсины и варю из них компот. - Чепуха! Я не верю в сны! Признавайся, откуда ты узнала про апельсины? - Комиссар, если вы будете на меня и дальше кричать, я выключу связь. - Нельзя. Раз ты проснулась, значит, начался рабочий день. - Тогда расскажите мне тихим голосом, что произошло, - попросила Кора. Только очень тихим голосом. У меня разыгрались нервы. - Неправда! Ты еще такая молодая, у тебя нет нервов! - Еще тише, умоляю! - Еще тише невозможно. Я сам себя не услышу. - Это совсем не обязательно, - сказала Кора. - Вы же знаете, о чем хотите мне сообщить. Милодар тяжело вздохнул. Он не любил упрямства Коры и ее умения оставить за собой последнее слово, но признавал ее профессиональный дар. - Говорит ли тебе что-нибудь, - спросил он приглушенным голосом, - имя Лу Фу? - Разумеется, как и любому интеллигентному человеку, - ответила Кора. Это великий китайский ученый, физик и философ, лауреат Нобелевской премии. Каждый школьник знает о четырех принципах Лу Фу. Шестьдесят лет назад он изобрел гравитационный двигатель, и благодаря ему мы можем за считанные дни пересечь всю Галактику. - И это все? - Я знаю, что он очень старый и живет где-то в горах или в пустыне, где разводит розы. - Молодец, девочка! - похвалил Кору комиссар Милодар. - У тебя хорошая память. Я могу добавить только, что уважаемому профессору Лу Фу через неделю должно исполниться сто лет и во всех странах мира, а также на многих планетах готовятся к этому празднику. Ведь Лу Фу воспитал сотни учеников, не говоря уж о почитателях. - И вы разбудили меня, чтобы сообщить об этом? - Ты ошибаешься, Кора. Дело куда серьезнее. - Меня выбрали в делегацию ИнтерГпола, которая повезет букет великому ученому? - Не говори глупостей! В делегацию выбирают солидных людей, а не рядовых агентов. - Тогда в чем дело? - А в том, что профессор исчез, и вернее всего - убит. - Быть не может! Кора вскочила с кровати, сна - ни в одном глазу. - Ну чего же вы молчите, комиссар! Я вас слушаю! - Смотри-ка, проснулась! - усмехнулся Милодар. - Уже готова к бою! - Какие будут приказания, шеф? - Я решил поручить это дело тебе! - Но ведь есть более заслуженные агенты, более опытные. - Наоборот, мне нужен агент молодой, быстрый, отважный и, кроме того, знающий китайский язык. А это ты, Кора Орват! Итак, через пятнадцать минут прошу быть у меня в кабинете. - Я не успею, - ответила Кора. Но конечно же комиссар Милодар не стал ее слушать. Кора представила, как ее начальник включает хронометр, сидит перед ним, попивая кофе, и считает секунды. Он уверен, что она не уложится в пятнадцать минут, потому что это невозможно. Ах так?! За двенадцать секунд Кора выскочила из постели, добежала до ванной и через семьдесят секунд уже была на кухне - умытая, причесанная и полностью одетая. А кухня, привыкшая к тому, что ее хозяйка всегда спешит, уже сварила кофе, залила молоком кукурузные хлопья и выжала сок из грейпфрута. Завтрак занял почти минуту - пришлось подкрепиться, потому что неизвестно было, когда удастся поесть в следующий раз. Хрустя кукурузными хлопьями, Кора включила компьютерную энциклопедию и сразу увидела на экране доброе лицо старого профессора Лу Фу. Профессор был совсем лыс, у него были тонкие белые усы, кончики которых спускались к подбородку, и редкая, клинышком, седая борода. Затем компьютер показал Коре дом профессора. Оказывается, он уже двадцать лет как отошел от работы в институте, вышел на пенсию и поселился в очень странном для пенсионера месте - на краю громадной, грозной пустыни Такла-Макан, одного из последних не освоенных людьми мест на Земле. - Сейчас вы увидите дом профессора Лу Фу, - произнес низкий голос диктора. Он говорил по-китайски. На дисплее потянулась бескрайняя каменистая пустыня, над которой кое-где поднимались гигантские барханы. Затем показались низкие голые холмы, между ними - зеленое пятнышко. Пятнышко росло, пока не превратилось в цветущий оазис, защищенный холмами от ветров и песчаных бурь. Посреди оазиса, рядом с маленьким синим прудом, располагался небольшой белый дом, окруженный плодовыми деревьями. На плоской крыше дома поблескивала стеклянная башенка. - Здесь, в тишине и вдали от суеты, профессор проводит свои спокойные годы, размышляя о смысле жизни и стараясь по мере сил принести пользу людям, - сообщил диктор. Лу Фу вновь появился на экране. На этот раз он трудился в саду, разрыхляя мотыгой грядку. С дерева рядом упал апельсин и покатился к профессору. Ах, вот почему комиссар удивился сну Коры! Кора выключила компьютер. Прошло уже четыре минуты из отпущенных ей комиссаром Милодаром. "Какой благородный старик", - подумала она, выбегая на улицу к своему флаеру. - Что готовить на обед? - крикнула из окна кухня. - К обеду меня не жди, - ответила Кора. - Когда же это наконец кончится! - взвыла кухня. Дверца флаера открылась. Садясь в машину. Кора сказала ей: - У нас есть девять минут, чтобы долететь до Антарктиды, где меня ждет в штабе комиссар Милодар. - Не успеть, - ответил флаер. - А ты постарайся. - Пробки, - ответил тот. - Воздушные пробки над Малаховкой и Бермудским треугольником. Меньше десяти минут не гарантирую. - Я тебя очень прошу. Это дело чести. - Ну тогда держись! - предупредил флаер. - Ты хорошо пристегнулась? Они были над Антарктидой через восемь минут тридцать секунд, трижды нарушив правила движения и чуть не врезавшись в мыс Горн. Еще через полминуты на скоростном лифте Кора понеслась вниз сквозь двухкилометровый ледяной щит Антарктиды. Там, в глубине и безопасности, находится штаб ИнтерГпола - Интернациональной Галактической полиции. С опозданием в четыре секунды Кора вошла в кабинет комиссара Милодара. Тот постучал согнутым пальцем по хронометру и сказал: - Я бы на твоем месте не успел. Что будешь пить? Джин, виски, самогон, коньяк? Кора не успела открыть рот, чтобы ответить, как Милодар уже протянул ей высокий бокал парного молока. - Спасибо, шеф, - сказала Кора. - Я готова к работе. * * * - Сейчас ты увидишь прилетевшего из Урумчи свидетеля, - сказал комиссар Милодар. - Этот человек последним видел профессора живым. И первым попал к нему в дом после его исчезновения. Он сообщил обо всем в криминальную полицию Урумчи. После этого свидетель нашел в себе силы первым же лайнером прилететь сюда, чтобы дать показания. - Я ничего не понимаю, - сказала Кора, глядя на часы. - Сейчас половина шестого утра. Когда же ваш свидетель успел посетить сегодня профессора, узнать, что он исчез, вернуться в Урумчи, дать показания полиции и прилететь сюда... - Тебе ли быть такой наивной, Кора! - расстроился комиссар. - В каком месте я тебя разбудил? - Под Вологдой, - ответила Кора. - Была половина пятого. - А сколько в это время было в пустыне Такла-Макан? - Наверное, часов на пять-шесть больше. У них уже утро... - Умница! Значит, за несколько часов наш свидетель успел прийти, увидеть и принять меры. Как Юлий Цезарь. Кора хотела было поправить комиссара, так как, по ее сведениям, изречение Юлия Цезаря звучало не совсем так, как цитировал его Милодар, но потом решила оставить комиссара в неведении. Тем более что она и в самом деле вела себя как наивная девочка, которая прогуляла урок о часовых поясах и теперь думает, что Земля плоская. - А здесь у меня время произвольное. Как-никак полюс, - продолжал комиссар. - Вот вы и встретились на равных. Милодар щелкнул пальцами. - Ввести свидетеля! - произнес он. Такой жест приводил в изумление посетителей, попавших к комиссару в первый раз и не знавших, что за происходящим в кабинете внимательно наблюдает любимая секретарша комиссара, подлинное имя которой за последние годы забылось. Но сотрудники ИнтерГпола именовали ее Церберовной. И стоит комиссару щелкнуть пальцами, как любое его пожелание исполняется. Дверь в кабинет отворилась, и вошла высокая девочка лет двенадцати, светловолосая и голубоглазая. Девочка была одета в дорожный комбинезон с вышитой на груди эмблемой юных биологов Земли - птицей дронтом. Эту эмблему придумал замечательный натуралист и любитель животных Джеральд Даррелл. Птицу дронта много лет назад истребили охотники, и ни одного дронта в мире не осталось. И, прикрепляя к груди изображение вымершей птицы, юные биологи клянутся: мы будем охранять всех живых существ. - Познакомься, Кора, - сказал комиссар Милодар. - Это Алиса Селезнева. Она живет в Москве. Должен сказать, что Алиса не совсем обыкновенная девочка, потому что в своем возрасте она установила рекорд - побывала на двадцати трех планетах. - На двадцати четырех, - ответила Алиса. - Нет, на двадцати трех. Я проверил твое досье, - повысил голос комиссар. - У меня хорошая память, - сказала девочка. - К сожалению, вы ошибаетесь. Коре захотелось захлопать в ладоши, чтобы поддержать девочку. Молодец, что не оробела под орлиным взглядом комиссара Милодара. Ну, теперь держись! - Досье на детей с неустойчивой психикой составляется суперкомпьютером, сообщил Милодар, - который просто не способен ошибиться. - У меня и психика неустойчивая? - спросила Алиса. - А ты что думала? Разве может быть устойчивой психика ребенка, который к двенадцати годам облетел половину обитаемой Галактики? - Но ведь большей частью меня возили туда взрослые. - Значит, это были взрослые с неустойчивой психикой, - заявил комиссар. - Я им скажу о вашем мнении, комиссар, - сказала Алиса. - Им будет интересно его услышать. Надеюсь, оно официальное? - Совершенно неофициальное! - быстро воскликнул комиссар. Он умел вовремя отступить на заранее подготовленные позиции. Ведь среди людей, с которыми летала Алиса, могли оказаться и персоны, которым не понравится критика Милодара. Лучше не рисковать... - Кстати, - продолжал Милодар, обращаясь к Коре, - Алисочка отличница, можно сказать - лучшая ученица в классе. Кроме того, она успешно занимается биологией. Именно в качестве юного биолога Алиса посетила профессора Лу Фу. Алиса между тем рассматривала молодую женщину, с которой ее только что познакомил комиссар Милодар. Женщина казалась несколько заспанной, видно, ее вы дернули из постели куда раньше, чем ей того хотелось. С первого взгляда Алисе понравилось в новой знакомой то, что в ней все было настоящее, свое. Ведь не секрет, что женщины конца XXI века широко пользуются косметикой и хирургией, чтобы казаться красивыми. Некоторые изменяют себе лицо, другие удлиняют ноги, третьи даже отращивают небольшие крылышки или третий глаз во лбу, но большинство превращают себя в длинноногих блондинок. Бывает, попадешь на пляж и видишь - тысяча одинаковых красавиц! Непонятно, как их знакомые мужчины различают. А вот у Коры все было свое: и рост - метр восемьдесят пять, и синие глаза, и русые волосы, прямые и коротко остриженные, и даже зубы, не такие белые, чтобы быть фарфоровыми. Кора сказала: - Мне очень приятно познакомиться с юным биологом. У меня еще никогда не было знакомого биолога. И незаметно для Милодара она подмигнула Алисе. - Вот и отлично! - воскликнул комиссар. - Мы познакомились, и можно переходить к делу. Алиса, расскажи нам о последней встрече с профессором Лу Фу и о том, что случилось сегодня утром. А моя секретарша угостит нас душистым кофе со сливками. Он щелкнул пальцами. - Через три минуты, шеф! - послышался из-под потолка голос Церберовны. Алиса рассказала Коре и комиссару о том, как она решила наговорить письмо старому физику и получила от него приглашение. Как прилетела в Урумчи и встретилась со студенткой Ичунь. Как потом они прилетели в пустыню Такла-Макан к озеру Лоб-Нор и нашли там зеленый оазис профессора. Комиссар, который уже слышал рассказ Алисы, и Кора, услышавшая обо всем впервые, часто перебивали девочку, чтобы уточнить детали. Их все интересовало: и как выглядел Лу Фу, и как вела себя Ичунь, и кто такая Фатима, и какие плоды дал с собой Алисе старый профессор. Особенно они вцепились в Алису, когда она перешла к описанию отлета. Они три раза просили девочку повторить рассказ о том, как профессор пригласил ее прилететь к нему еще раз, чтобы поговорить об установке генератора доброты в Москве. Наконец, выпотрошив Алису как цыпленка, они успокоились, и Милодар приказал: - Продолжай. Рассказывай, что было после вашего возвращения в Урумчи. - Ничего, - ответила Алиса. - Мы прилетели в город и отправились в общежитие, где живет Ичунь. Она провела меня к себе в комнату, и мы посидели там, поговорили. - О чем? - В основном о том, какой великий человек профессор и какой он чудесный старик. Ичунь обожает своего учителя. - А Фатима? Она его не любит? - спросил Милодар. - С чего вы взяли? - удивилась Алиса. - Фатима тоже его любит. Но ее с нами не было, потому что она местная, из Урумчи, живет в доме своих родителей и вечером ушла домой. - Итак, тебе ничего не известно о том, что делала Фатима, - уточнил комиссар. - Продолжай. - Что продолжать? Потом мы пошли ужинать в маленький уйгурский ресторан... - Почему в ресторан? - спросил Милодар. - Не рано ли вам ходить в ресторан, госпожа школьница? - Нет, - вежливо ответила Алиса. - Не рано. Там хорошо кормят. Даже лучше, чем в студенческой столовой. - Это выдумки! - Это правда, - вставила Кора. - Вы, комиссар, институтов не кончали, а я имею высшее образование и должна вам сказать, что не очень любила бывать в нашей студенческой столовой. - Клевета! - Милодар настаивал на своем. - Я читал, что полезнее всего питаться в студенческих столовых. - Продолжай, Алисочка, - попросила Кора. - Из ресторана мы пошли... - Алиса с опаской взглянула на комиссара, и тот, перехватив взгляд, закусил губу, готовый ринуться в бой. - Правду и только правду! - потребовал он. - Мы пошли на дискотеку, - упавшим голосом призналась Алиса. - Так я и думал! - Милодар явно расстроился, а Кора рассмеялась. - Я провела детство в приюте, - призналась Кора. - И если бы ты только знала, как мы мечтали о дискотеке! Впервые я побывала на ней на первом курсе института, зато скажу тебе, что провела там лучшие ночи моей жизни! - Почему меня не поставили об этом в известность? - возмутился Милодар, дергая себя за кудри. - Почему я узнаю о своих агентах порочащие их сведения через несколько лет? - Во-первых, комиссар, - возразила Кора, - в дискотеке нет ничего порочащего. Именно там я в совершенстве овладела рок-дропом и рок-джампом. - Этого еще не хватало! - Во-вторых, там я знакомилась с хорошими мальчиками. - Еще того хуже! Там не может быть хороших мальчиков. - Может, вы хотите, комиссар, чтобы мы с Алисочкой показали вам, как танцуют рок-дроп и рок-джамп? - Или рок-скок? - спросила Алиса. - Это новая московская мода. - Вы зачем здесь собрались? - грозно спросил Милодар, чувствуя свое бессилие перед девушками. - Мы обсуждаем важную проблему! Каждая минута на вес золота. Я не намерен тратить время на пустые воспоминания испорченных девиц! Мы немедленно продолжаем допрос. Алиса, что необычного произошло той ночью на дискотеке? - Ничего, комиссар. - Как жаль. Продолжай. - После дискотеки мы долго гуляли по улицам, - сказала Алиса. - Ичунь провожали ее друзья, а я гуляла с ними. - Кто эти друзья? - насторожился Милодар. - Студенты и школьники, - ответила Алиса. - Их фамилии? - Я не спрашивала их фамилий. Там были два китайца, два уйгура и узбек. - Они спрашивали тебя о профессоре? - И не думали, - сказала Алиса. - Они спрашивали об Ичунь. - Тогда продолжай. Итак, вы вернулись домой... - Мы вернулись домой и легли спать. Утром проснулись, но Ичунь не могла встать с постели. Ночью ведь шел снег, а она гуляла с непокрытой головой. - А я что говорил! - обрадовался комиссар, который всем и всегда велел надевать головные уборы. - На улице свирепствует грипп! - Ичунь потеряла голос, и у нее начался страшный насморк. Я дала ей лекарства, но лететь со мной к профессору она не могла. Так что она отдала мне ключ от своего флаера, чтобы я могла слетать к Лу Фу. - Значит, ты летела туда одна? - прищурился комиссар, словно и не знал об этом. - Совсем одна, - ответила Алиса. - И жалею об этом. Лучше бы со мной кто-нибудь был. Вы не представляете, как мне было страшно! - Ладно, ладно, - сказал комиссар, который не выносил женских страхов и женских слез. - Ничего особенного. Ты ведь даже трупа не видела. - Но вы представьте, - Алиса обратилась к Коре, которая ее понимала куда лучше, чем этот курчавый цыган с безжалостными глазами. - Вы представьте: я посадила флаер у ворот. Ворота были приоткрыты. Я думала, что профессор открыл их специально для меня... Я прошла внутрь. И что-то меня сразу встревожило. Как будто сад был не таким, как вчера. - Почему не таким? - взвился комиссар. - Подробнее! - Милодар, - вмешалась Кора, - через час или два мы с вами будем на месте преступления и тогда сами все почувствуем. Продолжай, Алиса. - Сад был неживой. Там не было птиц и насекомых - все куда-то попрятались. Я прошла к дому. Дверь в него тоже была открыта. Я позвала профессора, потому что удивилась, что он не вышел меня встретить. Никто не откликнулся. Я тогда еще не испугалась - решила, что, наверное, профессор работает и не заметил, как я пришла. Я вошла в первую большую комнату. Там профессора не было. Но вид комнаты меня удивил... нет, даже испугал. - Почему? - спросил Милодар. - Там все было разбито, раскидано, словно... словно там побывало стадо слонов. Нет, не слоны, там побывали какие-то сумасшедшие. - Дальше! - Я стояла у входа в первую комнату и кричала: "Профессор, профессор!" Но никто не отзывался. И было так тихо, вы просто не представляете, до чего там было тихо. Даже мухи не летали... - Алиса замолчала. Она снова переживала страх, который овладел ею в доме профессора. - И ты вошла в следующую комнату? - подсказал Милодар. - Я долго не решалась, - ответила Алиса. - Я все прислушивалась. А вдруг профессор просто заснул? Потом мне показалось, что кто-то смотрит на меня снаружи. Я подбежала к окну. Тут как раз налетел холодный дождь со снегом, и стало сумрачно. - А за окном никого не было? - спросил комиссар. - За окном никого не было. Только сыпались листья. - Ты это заметила? - Я уверена, - сказала Алиса. - Я смотрела, а листья падали. Их срывало ветром. - Продолжай, - попросил Милодар. - Я все-таки решилась и заглянула сначала на кухню. Там был жуткий беспорядок. Потом я сунула нос в спальню профессора. Но и там было пусто. И вся мебель была перевернута, словно кто-то сошел с ума. Но я боялась увидеть мертвого профессора и даже обрадовалась, что его нет. - И никаких следов профессора? - спросила Кора. - Нет. Я даже поднялась на крышу, - сказала Алиса, - чтобы лучше осмотреть оазис. - А что было на крыше? - Кто-то разбил стеклянную башню и опрокинул, уничтожил генератор доброты. Видно, люди, которые напали на профессора, совершенно не представляли, на что они подняли руку. - Или слишком хорошо представляли, - мрачно заметил комиссар Милодар. Слушая Алису, он ходил по своему кабинету из угла в угол, стараясь не приближаться к Алисе и Коре, которые стояли у стола. Объяснялось это просто: великий сыщик комиссар Милодар был на две головы ниже Коры Орват агента № 3 в его команде. Но это еще куда ни шло - обиднее оказалось то, что девочка Алиса тоже была выше Милодара. Так что он хоть и метался по комнате, но к собеседницам не приближался. - Я попыталась позвонить в Урумчи, но связь в доме профессора была выведена из строя - там не осталось ни одной целой металлической или пластиковой вещи. Тогда я побежала к флаеру и из него вышла на связь с полицейским управлением. Я рассказала дежурному, что случилось, и дежурный был очень удивлен. Он даже сначала мне не поверил. Потом велел ждать, пока прилетит патруль. Я хотела сказать дежурному, что мне страшно здесь ждать одной, но постеснялась. Тут мне позвонил следователь Лян Фукань, которому доложили о том, что случилось. И следователь спросил меня, не хочу ли я вернуться в город, если мне страшно. И тогда мне стало совсем не страшно. - Алиса улыбнулась. - Я сказала ему, что ничего не случится, я подожду во флаере. А если замечу что-нибудь подозрительное, то сразу подниму машину в воздух. Следователь сказал мне, что я молодец, и еще спросил, где я так хорошо выучила китайский язык. - А ты что ответила? - А я ответила, что каждый культурный человек в двадцать первом веке знает китайский язык. Тогда следователь сказал, что он больше за меня не боится, но советует быть внимательной и осторожной. А дальше вы все знаете. - Да, дальше мы все знаем, - согласился Милодар. - Как только следователь и полицейская группа примчались в оазис профессора Лу Фу, осмотрели дом и оазис и пришли к решению, что профессора нигде нет, они тут же отрядили поисковые группы в пустыню. Может быть, подумали они, профессор по какой-то причине ушел из дому и заблудился. Но тут следователь Лян Фукань обнаружил в спальне опрокинутый стул, на опрокинутом стуле - обрывки веревки, а также капли крови на полу под стулом. Стало ясно, что кого-то, вернее всего хозяина дома, привязывали к стулу и ранили его. Тут уж ни у кого не осталось сомнения, что в дом к профессору проникли злоумышленники, мучили профессора, пытаясь что-то у него выведать, а затем увезли его с собой. Но кто были эти преступники, еще следовало узнать. К тому же непонятно, у кого профессор мог вызвать такую ненависть, чтобы его мучили и полностью разгромили его скромный дом... Наверное, это было самое загадочное дело в практике следователя Лян Фуканя! * * * Каково же было разочарование следователя, когда, доложив об исчезновении профессора в Пекин, он узнал, что вести это дело он будет не один - к нему присылают на помощь агента № 3 ИнтерГалактической полиции, потому что авторитет профессора в Галактике настолько велик, что дело подлежит расследованию на высочайшем уровне. Лян Фуканя попросили не обижаться ведь у ИнтерГалактической полиции куда больше возможностей и опыта. Вернее всего, преступление задумано и совершено преступниками высочайшего класса, профессионалами, с которыми провинция Урумчи давно не сталкивалась. Если даже следователь Лян Фукань и был разочарован или обижен, он никак этого не показал. Он поклонился начальнику управления, который сообщил ему новости с экрана видеосвязи, и спросил, где ждать коллегу. Начальник попросил Лян Фуканя завершить осмотр места происшествия и встретить агента ИнтерГпола на аэродроме Урумчи. - Хорошо, - сказал следователь. Он обследовал пустыню и долину Тарима, а тем временем в Центре управления комиссар Милодар заканчивал инструктаж агента № 3 Коры Орват. - Тебе придется работать в тесном сотрудничестве с китайскими коллегами, говорил он. - Тебе надо будет показать, что ты не вмешиваешься в их дела, а помогаешь всеми доступными способами. Ясно? - Ясно. - Ты готова к отлету в Урумчи? - Готова. - А я? - спросила Алиса. - А тебе что надо, девочка? - удивился комиссар, который уже забыл о существовании Алисы. - Ты разве не улетела домой? - А мне что делать? - настаивала Алиса. - Ты лети домой, к маме, - отмахнулся Милодар, занятый своими заботами. Тебе обедать пора. - Спасибо за совет, - сказала Алиса, - но я им не воспользуюсь. - Это еще почему? - Комиссар не терпел, когда ему перечили. - Мне надо вернуться в Урумчи. - И не думай. Там не место маленькому ребенку. - Спасибо за то, что вы считаете меня маленьким ребенком, - сказала Алиса. - Только я все равно полечу в Урумчи, с вашей помощью или без вашей помощи. - Прости, Алиса, - сказала Кора Орват. - А зачем тебе надо в Урумчи? - Во-первых, у меня все вещи в общежитии остались. А Ичунь сойдет с ума, если увидит, что я пропала. - Я ей скажу. - Она вам может не поверить. К тому же нельзя так вот запросто бросить в беде человека, который дал тебе кров. Представляете, каково сейчас Ичунь и Фатиме. Им ведь кажется, что, если бы они остались со старым профессором, ничего плохого не случилось бы. - Наверное, ты права, - сказала Кора. - Может, Алиса полетит с нами? спросила она Милодара. - Лишнее все это! И вообще во флаере тесно, - проворчал тот. Алиса расстроилась. Каждому станет обидно, если ему уже двенадцать лет, а его считают бесполезным ребенком. Когда они поднимались на скоростном лифте на поверхность ледяного щита Антарктиды, Кора вдруг тихо спросила Алису: - Ведь это не главная причина, почему ты хочешь вернуться в Урумчи? - А какая главная? - спросила Алиса. - Главная заключается в том, что ты, Алиса, обожаешь загадки и тайны и тебя никакими конфетками не выманишь из пустыни Такла-Макан, пока не разгадана тайна исчезновения профессора. - Но он же мне не чужой человек! - сказала Алиса. - Он мой коллега, он пригласил меня в гости, я еще не получила от него чертежей генератора добра для нашей биологической станции. Разумеется, я никуда не улечу из пустыни. И не мечтайте меня выгнать! - А кто тебе сказал, что я мечтаю тебя выгнать? Я же сама тебя позвала. Комиссар не отрывался от своей видеозаписной книги, которую изучал, пока они поднимались на лифте с глубины в два километра, и не слушал разговора. Но для порядка спросил: - Вы о чем шепчетесь? - Извините, комиссар, - сказала Кора. - Мы о своем, о девичьем. - Вот именно, - согласился комиссар, - о девичьем. А надо - о деле! - Я согласна, чтобы ты осталась со мной, - сказала Кора Алисе. - Только ты должна дать мне слово, что без моего разрешения не будешь соваться в опасные места. - Обещаю! - обрадовалась Алиса. - Я ведь давно уже не тот легкомысленный ребенок, каким меня знают по фильмам и книжкам. Я даже могу поклясться, что буду вас слушаться! - Не надо, я тебе верю, - сказала Кора. - Но и ты меня не подведи. Лифт вылетел на сверкающую снежную поверхность ледяного щита Антарктиды. У замаскированной под торос двери лифтовой шахты стоял скоростной флаер служебная машина Милодара, кстати, снабженная гравитационным двигателем конструкции профессора Лу Фу. - Комиссар, - сказала Кора, - Алиса летит с нами в Урумчи. - Но ведь я же сказал, - воскликнул комиссар, - что детям не место в служебном флаере! - Алиса оставила вещи в студенческом общежитии. Она их заберет, поговорит со студентками, а потом, если захочет, может улететь в Москву на рейсовом лайнере. - А если не захочет? - насторожился комиссар. - Тогда и решим... Да вы забирайтесь во флаер, комиссар, забирайтесь. В ногах правды нет. По дороге все обсудим. Флаер Милодара оказался просторным и комфортабельным. В нем даже нашлось место для штанги и пианино. И Алиса никому не помешала. Но у Милодара не было детей, и он не знал, как с ними обращаться. Флаер резко забрал в небо и понесся к северу. - Кора, ты что-то хочешь сказать. По глазам вижу! - Вы, как всегда, угадали, - откликнулась Кора. - Мне хотелось бы попросить Алису, если у нее, конечно, найдется для этого время, слетать со мной в оазис профессора. - Это еще зачем? - Голос комиссара был строг. - Она уже была там два раза и может мне помочь при расследовании. - Голос Коры тоже был строг. - Чем тебе может быть полезен маленький ребенок? - Мне нужен единственный свидетель, который был у профессора перед смертью и первым после его исчезновения. - Вообще-то ей лучше бы лететь домой, - произнес комиссар таким голосом, что даже Алиса поняла, что они с Корой выиграли сражение. Милодар тут же углубился в свои видеозаписи, потом вышел на связь с какой-то группой № 6 на Марсе, которая что-то потеряла или нашла, и забыл о спутницах. - Спасибо вам, Кора, - сказала Алиса. - Я никогда этого не забуду... - Во-первых, не вам, а тебе - не так уж велика у нас разница в возрасте. Я старше тебя раза в два, не больше. Во-вторых, ты и в самом деле можешь мне пригодиться. Кто знает... Следствие есть следствие, а расследование в пустыне Такла-Макан для меня нечто новенькое. Так что будем считать, что мы с тобой обо всем договорились к общему удовольствию. В Урумчи я даю тебе полчаса, чтобы домчаться до общежития, взять свои вещи и девушку по имени Ичунь, которая нам может понадобиться. Догоните нас в оазисе. - Есть, капитан! - откликнулась Алиса. * * * Алисе потребовалось полчаса для того, чтобы успокоить Ичунь и убедить ее в том, что профессор скорее всего жив. А потом Алиса уговорила Ичунь полететь на флаере в оазис. Ичунь все время плакала, слезы катились по ее тугим щекам, волосы растрепались, глаза распухли и превратились в узкие щелочки. - Что же будет, - повторяла она, - что же теперь будет! - Что ты имеешь в виду? - спросила Алиса. - Но ведь через две недели у нас юбилей! Профессору исполнится сто лет. Уже избран почетный комитет, съедутся гости. Как ты не понимаешь таких простых вещей! - Чего я не понимаю? - Что будут делать гости, если не будет хозяина? На этот вопрос Алиса ответить не смогла. Она лишь представила себе, как гости растерянно бродят по пустыне в поисках профессора. Когда они прилетели в оазис, Милодар и Кора Орват их уже ждали. Алиса увидела следователя Лян Фуканя, толстенького, очень вежливого человечка в строгом черном костюме и при галстуке, что выглядело в пустыне необычно. - Я очень рад, - сказал следователь, - что Алиса возвратилась в оазис профессора Лу Фу, потому что я надеюсь на ее помощь, и мне приятно также видеть Ичунь. - Почему? - спросила Ичунь и тут же залилась слезами, потому что увидела, какой разгром в доме профессора. - Вы можете заметить, что отсутствует, пропало, - сказал следователь. Ичунь со следователем ушли в дом. Алиса осталась в саду. Ей не хотелось возвращаться в разоренный, испоганенный дом. Сад был уже не так пустынен, как утром. Эксперты и сыщики деловито шныряли по дорожкам, рылись в ворохах листьев, ползали между грядок, искали микроследы на дорожках... Куда бы Алиса ни ступила, ей говорили, шептали, ворчали, приказывали: - Девочка, отойди, девочка, ты мешаешь, девочка, не наступи на вещественное доказательство! Девочка, что ты тут делаешь? Девочка, неужели тебе не сказали, что детям сюда вход воспрещен? Алиса послушно отступала, отпрыгивала, отходила, она понимала, что специалисты заняты делом, а она и в самом деле может нечаянно наступить на пылинку, оставленную преступником или, что еще хуже, принести лишнюю пылинку на своей подошве. Несмотря на подавленное настроение, Алиса смогла сделать важное наблюдение: сад, лишенный помощи генератора добра, на глазах погибал. Манговые деревья и финиковые пальмы, испугавшись холода, поспешили сбросить листья, виноград и сливы, тронутые ночным морозом, катились по дорожке, гулко падали апельсины, стайкой поднялись бабочки и полетели к озеру - видно, надеялись укрыться в густых тростниках. Но если муравьи могут зарыться в землю, змеи - спрятаться в норы, бабочки и птицы улететь, то растения лишены этой возможности. Они умирают там, где живут, им не положен заграничный паспорт. Порыв холодного ветра принес с собой заряд мокрого снега. Стало сумрачно, словно вечером. Алиса поняла, что ей вовсе не хочется стоять здесь и мерзнуть. Пришлось пройти в дом. Там горел свет - сыщики обследовали помещения и снимали их с разных точек. - Не спешите, - услышала Алиса голос Лян Фуканя, - сосредоточьтесь. Вы бывали в этом доме много раз. Неужели вы не помните, чего не хватает? Были у профессора деньги? - Зачем ему деньги? - послышался голос Ичунь. - Если ему что-нибудь было нужно, все сразу присылали из города Урумчи. Но профессор был очень скромным человеком, он старался ни у кого ничего не просить. К тому же он был вегетарианцем и мог обходиться плодами собственного сада. Мы с Фатимой привозили ему лишь рис, вермишель и соевое масло. Нет, деньги профессору были не нужны. - Но посмотрите, - настаивал следователь. - Здесь стояли очень дорогие приборы и компьютеры. Откуда они? Алиса осторожно вошла в гостиную и остановилась у двери, слушая разговор. - Странный вопрос, господин Лян Фукань, - удивилась студентка. - Ведь профессору достаточно было мигнуть глазом, чтобы ему прислали любой прибор китайского, да и не только китайского производства. Комиссар Милодар статуей командора возвышался в углу комнаты. Он вертел головой, но не двигался с места. Дальше, за открытой дверью в спальню, была видна Кора Орват, которая вместе с уйгурским экспертом рассматривала веревки, которыми ученого привязывали к стулу. Второй эксперт брал для анализа щепки, испачканные кровью. - Была ли у профессора какая-то особо ценная вещь? - продолжал спрашивать маленький кругленький следователь толстенькую робкую Ичунь. - Подумайте. Может быть, он показывал ее? Алиса подумала, что они похожи, как дочь и отец. - Профессор не любил вещей, - ответила студентка. - Он говорил нам, что забрался в сердце пустыни не для того, чтобы брать с собой в изгнание красивые вещи. Пускай, говорил он, они поживут дома, в Шанхае, и доставят удовольствие многим людям. - И все же, - сказал из угла комиссар Милодар, - они что-то искали. Я бы даже сказал, что какая-то вещь их интересовала больше, чем сам профессор. И если уважаемый следователь Лян Фукань позволит, я бы предположил, что у профессора выпытывали, где спрятана эта вещь. - Значит, они убили профессора? - испугалась Ичунь. - Не знаю, - ответил Милодар, - Надеюсь, что его увезли с собой. Им нужны знания, им нужна информация, которая спрятана в голове профессора. Но если им была нужна только та информация, зачем переворачивать все вверх дном? Ичунь только развела руками. Лишь во второй половине дня следователи закончили осмотр сада профессора. К сожалению, ничего достойного внимания они не нашли. Если преступники и оставили следы, то на территории оазиса их затоптали, а снаружи их сдуло ветром и смыло дождем. Так как погода стояла отвратительная - моросил холодный дождь, - никому не хотелось дальше оставаться в оазисе. И когда Лян Фукань с экспертами улетел в Урумчи, за ними последовал и комиссар Милодар с помощницами. В гостинице Урумчи, в комнате Коры Орват, Милодар попрощался со своим агентом. - Желаю удачи, - сказал он. - Спасибо. - Я буду тебя постоянно контролировать, - сказал комиссар, - так что не надейся, что сможешь отдыхать или смотреть видео. - Я и не надеюсь. Я постараюсь вообще не спать. Милодар обернулся к Алисе. - Наверное, твои родители беспокоятся? - строго спросил он. - Я звонила маме из Урумчи, - ответила Алиса. - Мама не беспокоится. Она привыкла. - Жаль, - вздохнул комиссар. - Но, надеюсь, ты сегодня улетишь? Алиса взглянула на Кору Орват. Неужели она не поддержит ее? Кора Орват молчала, обернувшись к окну. - Я полечу завтра, - сказала Алиса. - На лайнере. Уже вечерело, и последний в тот день лайнер круто взмыл с летного поля, которое начиналось сразу за гостиницей. Если захочешь, из окна можно наблюдать за взлетом и посадкой кораблей. - Ну что ж, мои дорогие, мне пора лететь. Сегодня надо успеть переделать еще целый воз работы, - сказал комиссар. С этими словами Милодар помахал девушкам изящной рукой и медленно растворился в воздухе. - Значит, он был не он? - спросила Алиса. - Как всегда, - ответила Кора. - Это его голограмма. Комиссар не любит появляться на людях самолично. Из-за этого бывает много смешных случаев. - А отличить нельзя? - Пока он не начнет брать в руки вещи, ты не заметишь разницы. Впрочем, можешь спросить, хочет ли он выпить чашечку кофе. Если это настоящий комиссар, он согласится, а если голограмма, то с благодарностью откажется. - Где я буду спать? - спросила Алиса. - А ты не раздумала оставаться со мной? Дома ведь лучше. - Нет, если можно, я останусь с вами, Кора, до тех пор, пока профессора не отыщут. Мне неловко уезжать. - Ну хорошо, я тебя не тороплю. Сейчас закажем ужин. Они легли спать в тот день совсем рано - ведь Кора и Алиса поднялись на рассвете, а день выдался долгим и трудным. * * * Гостиница, в которой провели ночь Алиса с Корой, стояла рядом с аэродромом, в ней останавливались большей частью пилоты, стюардессы и те люди, чьи дела могли срочно позвать в дорогу. Это надо знать, чтобы не удивиться встрече, которая утром следующего дня произошла неподалеку от гостиницы. - Алисочка, - сказала Кора, стараясь перекричать шум душа. - Сбегай вниз, в аэропорту есть магазин. Купи там для нас с тобой жевательной резинки, шоколада, яблок, бананов и других нужных в путешествии продуктов. Возможно, нам с тобой придется провести в пустыне несколько часов, а то и сутки. Продуктов у профессора в доме нет, а на сад рассчитывать не приходится. Он уже засыхает. Деньги у меня в сумке. - Правильно, - согласилась Алиса. - Многие экспедиции срывались и гибли, потому что путешественники брали слишком мало продуктов. Так случилось с экспедицией капитана Скотта. - Прости, - откликнулась из душа Кора, - я провела лучшие годы в детском доме. Там про Скотта не проходили. Ты мне потом о нем расскажешь. Аписа спустилась вниз, перебежала площадь, где располагалась стоянка флаеров и наземных экипажей, а также велосипедов. В Урумчи живет немало пенсионеров, которые селятся здесь из-за чудесного горного воздуха и сухого климата. Они борются за чистоту окружающей среды и отказываются ездить на машинах или летать во флаерах. Они используют для поездок велосипеды или бегают с рюкзаками. За стоянкой располагалось длинное здание аэропорта. Алиса увидела вывеску магазина и побежала туда. В магазине она провела полчаса и выбралась наружу, толкая перед собой тележку, наполненную фруктами и сладостями: ведь если тебе доверили снабжение экспедиции, на тебя ложится тяжкая ответственность. А вдруг Кора погибнет, если в резерве не окажется молочного шоколада? А что, если придется весь день провести без пепси-колы? Так что Алиса предпочла взять больше, чем недобрать. Экспедиция должна выжить. Алиса вышла из магазина как раз в тот момент, когда к зданию вокзала на стоянку мягко опустился большой туристический летающий автобус. Из него спускались один за другим туристы, обвешанные своим скарбом, а некоторые трофеями. К своему удивлению, Алиса узнала среди них вчерашних попутчиков. "Ой, - удивилась она, - эти отважные Магелланы провели в пустыне и на озере Лоб-Нор всего два дня! Ничего себе, смелые ребята!" Тут из дверей автобуса показался господин Кнут Торнсенсен. Он тащил за собой байдарку, которая казалась бесконечной, а Алиса стояла как зачарованная, глядя на это зрелище. Из салона автобуса были слышны возмущенные голоса задержанных этой выгрузкой туристов. Торнсенсен отбросил рюкзак и тащил байдарку, лицо его стало вишневым, и Алиса испугалась, что он сейчас лопнет. Но обошлось. Из последних сил сингапурский норвежец все же вытащил из автобуса свое сокровище, и байдарка вылетела наружу, как пробка из шампанского, а за ней, потеряв равновесие, выскочила и мадам Торнсенсен, потерявшая парик. Толстенная мадам, разумеется, не удержала равновесия и растянулась на мостовой. С грохотом покатились во все стороны кастрюли, миски, соковыжималки и прочие хозяйственные принадлежности, которые, как выяснилось, мадам брала с собой в пустыню. К счастью, находившиеся поблизости пассажиры успели подхватить мадам Торнсенсен и с трудом поставить ее на ноги, а Кнут Торнсенсен, задержавшийся из-за оплошности жены посреди стоянки, закричал на нее, держа байдарку за нос: - Ну давай же! Скорее! Сколько можно тебя ждать? Ты опять копаешься! Мадам поднялась и начала исследовать оцарапанную коленку, для чего ей пришлось наклониться, а сделать это при ее комплекции нелегко. Тут из автобуса выскочила Ма Ми с большим рюкзаком за плечами и вытянула за собой чехол с удочками. Она хотела помочь мадам Торнсенсен и склонилась к ее коленке, но мадам не стала ждать. Под грозным взглядом супруга она заковыляла к корме байдарки, с трудом приподняла ее и, хромая, побрела за мужем. Ма Ми пришлось собирать посуду и рассыпанные по земле предметы. Алиса подкатила коляску к Ма Ми и хотела помочь ей. - Ах! - воскликнула та испуганно, когда тень Алисы упала на нее. - Что ты здесь делаешь, Алиса? Ты меня выслеживала? - Я хотела тебе помочь, - сказала Алиса, но так как она держала за ручку коляску, полную продуктов для путешествия, и не сообразила отпустить ее, то помочь Ма Ми она не могла. - Спасибо, мне не надо помощи! - сказала Ма Ми. - Ты меня боишься? - спросила Алиса. - Зачем мне тебя бояться? - удивилась Ма Ми, ползая по земле и кидая в мешок кастрюли, терки, сковородки, кофеварки и чашки. - А почему вы возвращаетесь? - спросила Алиса. - Холодно? - Ужасная погода! - воскликнула Ма Ми. - Папа заболел бронхитом. Алиса отпустила тележку и стала помогать Ма Ми. Вдвоем они за три минуты собрали все вещи в мешок, Ма Ми взвалила его на спину, а Алиса взяла тяжелый чехол с удочками, положила его поперек тележки с продуктами и покатила следом за Ма Ми. - Тебе понравилось на озере Лоб-Нор? - спросила Алиса. - Ты не представляешь, как там ужасно! - откликнулась Ма Ми. - Ночью пошел снег, а потом на озере была буря, у мамы начался страшный насморк, два туриста чуть не утонули, папа Кнут раскашлялся, из пустыни летели тучи песка... Мы еще успели выбраться оттуда живыми. - Девочка права! - воскликнул шедший сзади тучный турист в меховой шубе до земли. - Это просто чудо, что мы остались в живых. Но больше всех рисковал отец этой девочки. Он пытался рыбачить в озере. Он мог утонуть в своей байдарке. - Да, именно так, - согласилась Ма Ми. - Я была с ним! Они вошли в высокий зал аэровокзала. Кнут Торнсенсен и его жена стояли посреди зала, соединенные длинной байдаркой: Кнут держал ее спереди, а его жена - сзади. Кнут увидел дочь. - Ма Ми, ты сведешь маму с ума! - крикнул он. - Сейчас же сюда! Не задерживайся, мы опоздаем на лайнер! - Спасибо, Алиса, за помощь, - сказала Ма Ми. - Надеюсь, что мы еще увидимся. Она схватила чехол с удочками и, с трудом волоча мешок, рюкзак и чехол, побежала к приемным родителям. Алиса осталась в растерянности, она даже попрощаться толком не успела. Хотя Ма Ми ей, честно говоря, очень понравилась. Она хотела бы с ней дружить. - Счастливо! - крикнула она вслед девушке. Но та не обернулась. Наверно, и не услышала, потому что Кнут Торнсенсен выговаривал за что-то приемной дочке, а она, как побитая собачонка, семенила рядом с этой нелепой байдаркой, похожей на гигантский коричневый банан. Так эта семейка и исчезла в дверях, ведущих к летному полю. Когда Алиса возвратилась к Коре, та была поражена количеством продовольствия, которое следовало взять с собой экспедиции. - Не бойся, - сказала Алиса. - Не забудь, что нам с тобой еще надо позавтракать. - Твое счастье, - сказала Кора, - что у меня тоже хороший аппетит. Иначе я тебя оставила бы в пустыне, пока не перемелешь все эти запасы. - А что поделаешь? - вздохнула Алиса. - Я ведь расту. Перед вылетом Кора позвонила следователю Лян Фуканю и сказала ему, что она вылетает в оазис профессора Лу Фу, чтобы еще раз не спеша осмотреть дом без свидетелей и специалистов. - Я вас понимаю, коллега, - согласился следователь. - Надеюсь, что вы не забудете сообщить мне, если отыщете что-нибудь интересное, пропущенное невнимательными глазами моих сотрудников. - Обязательно, уважаемый следователь, - сказала Кора. - Хотя вряд ли ваши сотрудники что-нибудь упустили. - Он обиделся? - спросила Алиса, когда Кора прекратила связь. - Не совсем так, - ответила Кора. - Следователь Лян Фукань - профессионал. Он хотел бы сам распутать это дело и найти профессора. Но он понимает, что похищение профессора, скорее всего, международное преступление и корни его могут находиться далеко от Урумчи. Конечно, ему немного обидно, что дело передали такой... такой девчонке, как я... Лучше расскажи мне, что ты видела, пока ходила в магазин. А то тебя не было так долго, что можно подумать, будто ты встретила друзей. Пока они загружались во флаер, переданный им следователем, Алиса рассказала о встрече с Торнсенсенами, которые бежали с озера Лоб-Нор, испугавшись снега и ветра. Она смешно изображала туристов, показывая, как семья норвежцев тянула байдарку. Кора слушала Алису не перебивая. Флаер был уже высоко в небе, когда Алиса наконец закончила свой рассказ и Кора спросила: - А девочка Ма Ми старше тебя? - Ей лет пятнадцать. - А родители ее в самом деле норвежцы? - Они живут в Сингапуре. - А что делает этот господин... Торн... - Торнсенсен. У него магазин детских игрушек. - Очень любопытно. И притом он - рыболов? - Да. Так мне Ма Ми сказала. Он даже пытался рыбачить под снегом на озере Лоб-Нор. Флаер летел высоко над пустыней на автопилоте, впереди уже показалась зеленая точка оазиса. Алиса выглянула в окошко. - Тебе не кажется, что листва пожелтела? Даже отсюда видно, - сказала она. Кора в ответ только кивнула. Она о чем-то напряженно думала. Алиса принялась разглядывать быстро приближающийся оазис. Теперь она уже не сомневалась. За сутки, что прошли с их вчерашнего визита сюда, на оазис как будто накатила осень. Даже Кора, хоть и думала о другом, удивилась, когда флаер опустился перед воротами, теперь наглухо закрытыми. Над забором поднимались кусты и деревья, состарившиеся за ночь, пожелтевшие, побуревшие. Все апельсины уже осыпались, порыв ветра принес охапку бурых листьев... - Это ужасно! - воскликнула Алиса. - Сломав излучатель доброты, они загубили столько невинных растений. Алиса хотела было вылезти из флаера, но тут увидела, что Кора набрала на пульте номер и спросила: - Следователь Лян Фукань может подойти? - Его нет в управлении, - ответил женский голос. - Можно мне выйти с ним на связь? - Следователь просил его не беспокоить. - У меня срочное дело, связанное с исчезновением профессора Лу Фу. Я Кора Орват. - Подождите минутку, я попытаюсь его вызвать, - сказала женщина. Через несколько секунд Алиса услышала голос следователя. - Простите, коллега, - сказал он. - Я сейчас в бассейне. Надо поддерживать себя в форме. - Простите, что я вас отрываю от занятий, - сказала Кора, - но у меня дело большой важности. - Говорите, коллега Орват. - Скажите, пожалуйста, проверяли ли вы туристов, которые ночевали позавчера на озере Лоб-Нор неподалеку от оазиса профессора? - Разумеется, коллега, - ответил следователь. - Мы проверили обе группы туристов, которые ночевали на озере Лоб-Нор. Никто не покидал лагерь, но за сутки они так продрогли и промокли, что в полном составе помчались по домам. - Вы совершенно уверены? - У меня нет никаких сомнений. - В голосе следователя звучало недовольство недоверием Коры. - Знаете ли вы, - спросила Кора, - что у семьи Торнсенсен была большая байдарка? - Разумеется, - ответил следователь. - Торнсенсен - заядлый рыболов. Мы даже связались с Сингапуром и выяснили, что это чистая правда. Отпуск он проводит в своей любимой байдарке. - Заглядывал ли кто-нибудь в его байдарку? - спросила Кора. - Почему мы должны подозревать уважаемого человека, хорошо известного в кругах торговцев детскими игрушками? За него могут поручиться сотни людей. Алиса подумала, что они испортили Лян Фуканю купание. Ни один следователь не любит, если намекают на то, что он что-то упустил или не заметил. - И все-таки я очень прошу вас дать сигнал в Ташкент, чтобы там под любым предлогом заглянули внутрь байдарки, - попросила Кора. - Зачем? - спросил следователь. - Может, вы подозреваете, что там спрятан труп профессора Лу Фу? - Чтобы выяснить, нет ли в байдарке скоростного двигателя, который позволил бы ей за ночь долететь от озера Лоб-Нор до оазиса профессора Лу Фу. - Хорошо, хорошо, - сказал Лян Фукань. Каково ему было подчиняться этой самоуверенной девчонке из ИнтерГпола! Рассерженный следователь отключил связь. - Нехорошо получилось, - произнесла Кора. - Нам же вместе работать, а он, кажется, мною недоволен. - Я с ним согласна, - сказала Алиса. - Мой опыт общения с людьми показывает, что эта семья - не преступники. Я разговаривала с Ма Ми. Она нормальная, хоть и не очень счастливая девочка. - И все равно, - упрямо сказала Кора. - Если есть хоть маленькое подозрение, его надо развеять. Ведь ты же не знаешь, куда делся профессор. И я не знаю. Но неразрешимых тайн не бывает. Кто-то, хотя бы похититель или убийца, знает, что случилось. И если мы его выследим, то и сами все узнаем. Они вошли в сад. Сад словно проснулся, удивился тому, в какой суровой, зимней, неприветливой пустыне он расцвел. И постарался соответствовать этой пустыне, как Золушка в роскошном платье и хрустальных туфельках, оказавшись на кухне, спешит все снять и спрятать, чтобы никто не догадался, какой проступок она совершила. Вот и сад стал серым, жухлым, несчастным, увядшим. - Уж лучше бы, - сказала Алиса, пока они шли по дорожке к дому, - здесь была пустыня как пустыня. А то очень грустно. В этот момент они услышали впереди глухой удар. - Стой! - приказала Кора. Она остановила Алису движением руки, а сама осторожно, как пантера, двинулась вперед. Не успела Кора скрыться в бурых кустах, как раздался еще удар, потом еще один... Затем послышались удар потише и возглас Коры: - Ой! Меня, кажется, убили! Забыв об осторожности, Алиса кинулась вперед и увидела, что Кора стоит, прижавшись спиной к стволу апельсинового дерева, и прижимает ладонь к темени. И тут еще один апельсин, сорвавшись с дерева, ударил Алису по плечу. Стук раздавался со всех сторон, - поднявшийся ветер срывал апельсины с деревьев, и они стучали, ударяясь о твердую землю. Перебежками, чтобы не попадать под апельсиновую бомбежку, девушки добежали до дома. - На войне как на войне, - сказала Кора. - Хотя, честно говоря, мне приходилось бывать и в более жестоких переделках, но так близко от гибели я не была никогда. - Правда? - удивилась Алиса. Но поняла, что Кора шутит, и рассмеялась. - Ты не смейся, ты пощупай, видишь, какая шишка растет! В доме стояла тишина, и, хоть окна были закрыты, пыль покрыла опрокинутые стулья, разломанный стол, перевернутый шкаф, сброшенные со стеллажей книги... - Теперь, - сказала Кора, - мы с тобой будем искать то, не знаю что. - Это мне нравится, - согласилась Алиса. - Я не шучу. Я не знаю, и ты не знаешь, что мы отыщем. Но если следователи и эксперты ничего не нашли во всем доме, значит, они плохо искали. Вернее, не плохо, а стандартно. Мы должны с тобой увидеть что-то, чего они не смогли заметить. Задача тебе понятна, мой помощник? - Да, мистер Холмс! - ответила Алиса. - Что мы видим на этой картинке? - спросила Кора. - Мы видим дом старого профессора, разгромленный преступниками. Но неужели это просто хулиганы, которые получали удовольствие от своего хулиганства? - Может быть, - согласилась Алиса. - Они прилетели в самое пустынное место на Земле специально, чтобы побезобразничать. И мы с тобой в это поверим? - Ни в коем случае, мистер Холмс! - ответила Алиса. - Они прилетели, потому что им что-то было нужно. - Отлично! - воскликнула Кора. - Как мне приятно, что меня сопровождает такой умный доктор Ватсон. Им нужно было что-то... большое? - Нет, небольшое. - Почему они не попросили профессора дать им эту вещь? - Потому что профессор не захотел им дать эту вещь. Они даже привязали его к креслу и били, но он не сдался. - Как только мы, доктор Ватсон, догадаемся, какую вещь профессор не захотел дать преступникам, мы разгадаем загадку оазиса. Разговаривая так, сыщики прошли во вторую комнату, которая служила профессору спальней. Здесь тоже были видны следы погрома, но Алиса обратила внимание на то, что здесь разгромлена только половина комнаты, та, что была ближе к двери. Ковер в этой половине комнаты был вспорот и разодран, комод с бельем буквально вывернут наружу... А вот в дальней половине комнаты преступники не хулиганили. Будто устали. - Обрати внимание, Кора, - сказала Алиса. - Они просмотрели все книги на стеллажах в гостиной, но стеллаж в дальнем углу спальни их не заинтересовал. Разве это не удивительно? - Удивительно, - откликнулась Кора. - Но мы постараемся объяснить эту странность. - Можно, я объясню, мистер Холмс? - воскликнула Алиса. - Попробуйте, доктор Ватсон. - Они нашли то, что искали! - Замечательно! Пятерка с плюсом. А раз они не были хулиганами, а оказались вполне деловыми людьми, то они тут же перестали громить и переворачивать чужой дом, а уехали с добычей. С предметом достаточно маленького размера, чтобы его можно было спрятать на полке за книгами. - Но я не понимаю, - сказала Алиса, - куда они дели профессора? Кора подошла к окну, за которым снова бушевала снежная вьюга, оседая тяжелыми шапками снега на ветвях деревьев. - Вот это меня и беспокоит больше всего, - сказала Кора. - Может быть, они не хотели, чтобы профессор рассказал о том, кто на него напал и что у него забрали. В таком случае дела наши плохи. Ведь проще всего профессора было убить и закопать в пустыне. Его могут никогда не найти. - Ой, какой ужас! - воскликнула Алиса. - Но есть надежда, что профессор жив, - сказала Кора. - Это может случиться, если он им нужен. - Но зачем им нужен старый ученый? Он же для них опасен, - сказала Алиса. - Он их знает в лицо. - Если его далеко спрятали, то он никому ничего не сообщит... Сказав это, Кора включила связь-экранчик, прикрепленный к браслету. - Следователь Лян Фукань! - произнесла она. - Вас вызывает агент Орват. Маленькое лицо следователя показалось на экранчике. - Извините, вам удалось связаться с Ташкентом? - спросила Кора. - Да, только что, - ответил следователь. - И что же? - Как только лайнер приземлился в Ташкенте, часть туристов с него сошла. В том числе семья Торнсенсенов. Лайнер полетел в Москву без Торнсенсенов на борту. - Так где они? - закричала Кора. - Где угодно, - ответил следователь. - Может быть, они поехали ловить рыбу на озеро Иссык-Куль. - Пожалуйста, я вас очень прошу, - взмолилась Кора, которой не хотелось портить отношения со следователем, хотя у них и были разногласия, так как Лян Фукань не желал подозревать Торнсенсенов. И это можно было понять. Ведь он с самого начала не проверил их, а теперь не хотел в этом признаться. - Я вас прошу, продолжайте вызывать Ташкент. Ведь Торнсенсены не могли провалиться сквозь землю! - Разумеется, - ответил следователь, и связь прервалась. Над пустыней Такла-Макан поднималась буря. За окнами стемнело. - Наверное, к утру, - сказала Кора, - ни одного листочка на деревьях не останется. Алиса пошла на кухню и приготовила обед из запасов пищи, которые они привезли из Урумчи. Обед состоял из ананасов, бананов, мороженого и шоколадных конфет с пепси-колой. Кора заявила, что она не ела такого вкусного обеда с тех пор, как сбежала из детского дома. Но она не сказала, когда и из какого детского дома она сбежала, а Алисе было неудобно спрашивать - ведь они совсем недавно познакомились. После обеда они перешли в спальню профессора. Именно там стоял у окна его письменный стол. Ящики были выдвинуты, но, наверное, когда грабители открыли стол, они нашли то, ради чего пришли в этот дом, и тут же прервали обыск. А следователи и эксперты, которые появились здесь с утра, документы профессора трогать не стали. Ведь никто не доказал, что профессор погиб. Может быть, он гуляет по пустыне где-то неподалеку и вот-вот вернется к себе. И он всерьез рассердится, увидев, что следователи вели себя подобно грабителям. Но Кора - не простой следователь, а агент ИнтерГалактической полиции. Ей приказано любой ценой раскрыть тайну исчезновения профессора, потому что все, связанное с его делом, может представлять опасность для Галактики. Он ведь не простой пенсионер... Кора попросила Алису внимательно проглядеть книги на стеллаже в спальне профессора. Каждую книгу, просмотрев, ставить на место. Если что-то покажется странным, сразу сообщать ей. Сама же Кора уселась за письменный стол профессора и стала по очереди проверять ящики стола. Она делала это осторожно, каждую бумажку просматривала, каждую микрокассету прослушивала и клала на прежнее место. Алиса снимала книжки с полок, пролистывала и ставила обратно. Смотреть на старые книги было скучно. Впрочем, и кассеты и дискеты касались в основном физики и небесной механики... Следующий стеллаж был заполнен литературой по психологии, физиологии и наукам о человеке. Затем Алиса перешла к шкафу, полному дискет и альбомов о разных растениях. Алиса ничуть не удивилась, встретив в библиотеке профессора столько книг и кассет по различным наукам. Ведь профессор раньше занимался физикой и астрономией, а в последние годы разрабатывал аппарат, передающий человеческие чувства растениям. Но для того чтобы сделать такую "пушку", что еще вчера стояла на крыше дома, надо было очень многое знать и о технике и о растениях. Алиса чувствовала, что ничего интересного для следствия на полках она не отыщет, но раз уж она помогала настоящему агенту, и притом подруге, то она не собиралась сдаваться. - Алиса, - окликнула ее Кора, - погляди, на каком языке это написано? Алиса подошла к Коре. Та выложила на письменный стол целую пачку писем, написанных самым настоящим пером; к ним были приколоты конверты для космической почты. Почта будет существовать в двадцать первом и даже в двадцать втором веке. Есть люди, которым нужны буквы и слова, которым хочется когда-нибудь достать дорогое сердцу письмо и перечитать его в тишине, лежа на диване и не включая компьютера. Всегда останутся люди, которые любят писать собственной рукой, точно так же, как это делал Лев Толстой или Леонардо да Винчи. Некоторые считают их чудаками и чуть ли не сумасшедшими, но эти люди не обижаются. Кора передала пачку писем Алисе, а сама занялась изучением записок, дискет, лент и голограмм, лежавших в ящиках письменного стола. "Наверное, их писал такой же древний старик, как наш профессор", - решила Алиса, беря пачку писем из рук Коры. Она просмотрела конверты и обращения в письмах и тут же уверенно сказала: - Это итальянский язык. Письма пришли из Болоньи. - Ах да, конечно! - откликнулась Кора, которая, подобно Пашке Гераскину, не выносила, если обнаруживалась ее слабость или ошибка. Вот и тут, совершенно как Пашка, Кора пожала плечами и сказала: - Конечно же это итальянский язык! А то я засомневалась - а вдруг это аргентинский. Знаешь, они ведь так похожи! Алиса не удержалась от ехидного замечания: - Ты, наверное, в тот день болела и пропустила урок. И никто тебе не сказал, что не существует аргентинского, колумбийского и панамского языков. Там все говорят по-испански. - Ты права, - вдруг призналась Кора. - У меня к языкам нет никаких способностей. А когда пытались их внедрить таблетками, то меня тут же рвало, честное слово! - С помощью таблеток язык по-настоящему не выучишь, - ответила Алиса. Таблетка действует два-три дня и может научить только самым простым выражениям. Таблетки - это для туристов. Мой папа из-за таблетки угодил в неприятную историю. - Расскажи! - Мой папа работает в Московском космозо - зоопарке для космических зверей. Один раз ему надо было лететь на конференцию по охране носорогов в Бангладеш. У него была таблетка, он ее проглотил, и пока летел да читал материалы к конференции, действие таблетки кончилось. Он пошел к трибуне и вдруг сообразил, что ни слова не помнит на языке бенгали. Тогда он попросил в президиуме у какого-то профессора еще одну таблетку. Тот ему дал, и папа прочитал доклад. Ему похлопали, все в порядке, а когда он сел на место, сосед его спрашивает, - а почему он выступал на бурятском языке? Оказывается, тот тип в президиуме перепутал таблетки. Смешно? - Смешно, - согласилась Кора, - но не похоже на правду. И раз у нас с тобой здесь нет таблеток, будь любезна, прочти эти письма. Алиса смутилась. Ей стало неловко, что она вместо помощи рассказывает старые анекдоты. Она, конечно, не догадалась, что Кора оборвала ее только потому, что смутно представляла себе, где находится Бангладеш, так как в детском доме прогуливала уроки географии, а иногда и уроки истории. Поэтому она и не поняла, почему в Бангладеш не понимают бурятского языка. Алиса раскрыла первое письмо. Пробежав его глазами, она принялась вслух переводить: - "Дорогой синьор Лу Фу! - начиналось письмо. - Мой старый друг доктор Бочкин из Тюмени был у меня в гостях и рассказал, что Вы последние годы работаете над проблемами воздействия лучами доброты на растения. Когда я услышала это выражение - "лучи доброты", - все во мне, синьор, перевернулось. Неужели Вы подошли к разгадке тайны, которая мучила меня столько лет? Неужели Вы добились осуществления мечты лучших людей всех времен? Пусть эти люди и не предполагали обратить свои усилия именно в этом направлении, и потребовался весь Ваш талант, чтобы добиться цели, но я полагаю, что..." - Хватит, - оборвала Алису Кора. - Не трать больше нашего с тобой времени. Это просто какая-то поклонница. Кстати, погляди на обратный адрес. Как ее зовут? - Графиня Серафина Беллинетти, - прочла Алиса. - Болонья, Италия. - Вот видишь! - сказала Кора. - Эти старые графини все как на подбор сумасшедшие. Возвращайся к книгам, а я продолжу разбираться в бумагах. Алиса вернулась к полкам, но письма от итальянской графини оставила себе. Она тихонько уселась в уголке на стул и принялась читать их дальше. Даже трудно объяснить, почему Алиса не послушалась Коры. Может быть, ей стало жалко старую графиню, которую обвинили в том, что она сумасшедшая. Может, потому, что она никогда еще не читала писем от итальянских графинь. При других обстоятельствах она, конечно, никогда не стала бы читать чужих писем. Но сейчас было иначе: от случайного слова или адреса, от имени или от неосторожно оброненной угрозы могла зависеть судьба профессора. Так что Алиса продолжала читать письмо. "Первая половина моей жизни сложилась удачно. У меня было все - и муж, и ребенок, и любимый дом. Но восемь лет назад муж и сын Карло погибли во флаерной катастрофе, и я осталась одна на всем свете. Мне трудно передать глубину отчаяния, в котором я находилась. В течение года я не могла видеть других людей, я скрывалась в своем замке и молилась, чтобы скорей наступила моя смерть. Но однажды, гуляя по окрестностям, я увидела нищенку с больным ребенком. И поняла, что есть люди, которым куда хуже, чем мне. И мне стало стыдно, что я прячусь в роскошном замке, не замечая, как страдают люди вокруг. Тогда я превратила мой замок в больницу для неизлечимо больных сирот, для тех, кто лишен разума. Прошло уже несколько лет, как я стараюсь облегчить участь несчастных. Я приглашаю к себе в замок самых лучших специалистов и стараюсь следить за новыми открытиями в медицине - я занята с утра до вечера. И мне не так тяжело, как могло бы быть. Несчастный человек должен быть погружен в несчастья других людей - этим он лечится. Это для него лучшее лекарство. За годы работы я пришла к выводу, что растения оказывают на душевнобольных благотворное воздействие. Если ребенок проводит ночь в саду, он лучше высыпается, чем в комнате. Если же в саду притом играет очень тихая приятная музыка, то ее воспринимают и растения и люди..." - Кора! - заявила Алиса. - Эта графиня, хоть и сумасшедшая старуха, проводила такие же опыты, как мой друг Пашка Гераскин. - И так же безуспешно, - откликнулась Кора, погруженная в чтение документов профессора. - А ты теряешь время понапрасну. "Но когда я узнала о Вашем открытии, Ваших работах, уважаемый профессор, то поняла, что Вы отыскали новый путь, пойти по которому я не догадалась. И я подумала: может быть, Вам будет интересно испытать Ваш прибор в моей клинике. Ведь если лучи добра так благотворно воздействуют на растения, может быть, через растения они подействуют и на моих больных? Ведь в любом случае хуже не будет". Так как Кора не обращала на нее внимания, Аписа продолжала изучать письма итальянской графини. Правда, о многом приходилось только догадываться, потому что в пачке лежали письма из Италии, но не было, конечно, ответных писем профессора. Алиса сразу догадалась, что профессор подробно ответил на первое письмо графини Беллинетти и даже сам задал ей несколько вопросов, потому что в следующем письме итальянка сообщила, сколько у нее больных, как устроена клиника, какие врачи там работают. А в третьем письме графиня написала: "Я прошу Вас называть меня просто Серафимой, как меня называют все, даже мои пациенты. Я посылаю Вам кассеты с фильмами о моем имении и нашем саде. Надеюсь, что Вы когда-нибудь сможете к нам выбраться". Кассет не было, но, видимо, их надо было искать среди прочих кассет и дискет, сложенных стопками возле компьютера и видеосистем. - Алиса, ты собираешься сидеть здесь вечно? - спросила Кора. - Ты еще и десяти процентов библиотеки не осмотрела. - Извини, Кора, - ответила Алиса. - Но у меня такое ощущение, что эта переписка очень важна. Она может нам помочь. - Чем же? - язвительно спросила Кора. - Неужели ты подозреваешь эту старушку в том, что она украла профессора? Может, ты думаешь, что она в него влюбилась? Алиса не стала отвечать Коре - зачем спорить, если все равно ничего не сможешь доказать. Но ей очень нравилась эта бабушка, которая добровольно отдала жизнь уходу за больными детьми и думает, как бы им помочь. Алисе очень хотелось, чтобы профессор Лу Фу чем-нибудь ей помог. И вот в пятом или шестом письме она наткнулась на строчки, которых так ждала! "Дорогой профессор, - писала графиня. - Разумеется, я понимала, что Ваша установка, которая работает на крыше Вашего дома, слишком дорогое и сложное устройство, чтобы его можно было размножить и прислать к нам в клинику. Но я верила, что Вы что-то придумаете. Представьте, как я обрадовалась, прочтя в Вашем последнем письме, что Вам удалось наконец изготовить карманную модель Вашего генератора. Да, конечно же я понимаю, что его действие ограничено и он уступает стационарному излучателю. Но мне и не нужны большие масштабы. Ведь наши опыты только начинаются. Главное, что малый излучатель такой простой и дешевый! Я вижу теперь, что наступает время, когда в каждом саду, в каждом оазисе можно будет установить генераторы, и вся жизнь на Земле изменится. Нет, не хмурьтесь, мой уважаемый друг, не сердитесь. Я знаю, что Вы не считаете работу завершенной, если она не проверена тысячу раз. Но я прошу Вас прислать мне карманный генератор на несколько дней. Я обещаю, что возвращу его Вам по первому требованию. Но я думаю, что результаты испытаний в клинике важны не только для меня, но и для Вас". Алиса подошла к Коре, которая, перевернув стол кверху ножками, исследовала его внутреннюю поверхность. - Кора, - сказала она, - я уверена, что графиня Беллинетти может нам помочь. Я уверена, что тебе надо срочно к ней слетать. - Почему же? - Прочти это письмо. Кора пробежала письмо по диагонали. - Ничего особенного не вижу, - сказала она. - Не понимаю, какое это может иметь отношение к исчезновению профессора. - Я тоже не знаю, - призналась Алиса. - Но я убеждена, что графиня знает что-то важное! - Я подозреваю, - сказала Кора, - что ты, Алисочка, насмотрелась детективов и тебе кажется, что ты вот-вот станешь Шерлоком Холмсом. - Рядом с вами, разумеется, - ответила Алиса. Кора не сразу поняла, шутит Алиса или на самом деле так думает, поэтому отмахнулась от нее как от мухи и сказала: - Не трать времени даром. Продолжай осматривать библиотеку. - Кора, я очень тебя прошу, - Алиса заговорила вкрадчивым голоском, разреши мне взять на час твой флаер и слетать в Италию. - Одна? В Италию? Ни за что! - Ах, как ты мне напоминаешь мою бабушку, - сказала Алиса. - Только бабушка кричит не так громко. - Слушай, - обиделась Кора. - Я тебя взяла на расследование, хотя совсем не должна была этого делать. И вместо того чтобы меня отблагодарить, ты со мной споришь и даже стараешься меня обидеть. - О нет, господин сыщик! - ответила Алиса. - Я вам так благодарна, что даже моим детям и внукам прикажу за вас молиться! - Алиса! - Двенадцать лет как Алиса! И я вернусь через час. - Так я тебе и поверила! - сказала Кора. - За час до Италии и обратно, да еще там поговорить со старушкой, которая уже выжила из ума! - Значит, можно взять флаер? - Только чтобы дотемна возвратиться! Иначе я тебя сегодня же отправлю к папе и маме. - Слушаюсь. Алиса остановилась посреди комнаты. - Так чего же ты ждешь? - спросила Кора. - Часы уже стучат! - Но лучше, наверное, если ты позвонишь синьоре Беллинетти и скажешь, что я лечу к ней. - Ага! - обрадовалась Кора. - Значит, и мы на что-то годимся! - Годитесь, - согласилась Алиса. - Ты бы очень обиделась, если бы я стала договариваться без тебя. Это все равно как если бы доктор Ватсон договорился о поединке с доктором Мориарти, а Шерлоку не сказал ни слова. - Ты так думаешь? - спросила Кора. - Наверное, ты права. Кстати, у тебя есть друзья среди малолетних преступников? - Конечно, - ответила Алиса. - У меня есть два друга, Аркаша и Паша. Один из них только что вернулся из пиратского логова, потому что пираты отказываются с ним летать - так плохо он себя ведет. А Аркашу, к сожалению, выслали на Плутон. Он искусал последнего бенгальского тигра! Кора кивнула. Больше вопросов она не задавала. Она вышла с Алисой наружу. Сыпал снежок, деревья и трава побурели, апельсины, лежавшие в снегу, были темно-коричневыми. Забравшись во флаер, Кора включила видеосвязь. Набрала межгород. В Болонье ей дали номер клиники госпожи Беллинетти. Подошла миловидная медсестра в синем платье, белом переднике и белой наколке. Она сказала, что госпожа директриса поехала на рынок за свежими фруктами для детей. Вернется она через полчаса. Тогда ее можно будет застать. - Лети пониже, - сказала Кора и похлопала Алису по плечу. Алиса забралась во флаер и резко забрала машину вверх. Бурый, полузасыпанный снегом сад стал быстро уменьшаться. У изгороди на снегу стояла маленькая фигурка Коры Орват. Кора махала рукой. Флаер вошел в низкое снежное облако, его как следует тряхнуло, и Алиса, выправив машину, повела ее вверх, чтобы выйти из облаков. Через пять минут облака разошлись и на темно-синем небе загорелось белое солнце. Солнце висело над бесконечным ватным облачным слоем, и лишь далеко на горизонте из облаков поднимались могучие хребты, покрытые вечными снегами.

Скачивание книги было запрещено по требованию правообладателя

Популярные книги

Излучатель доброты (Похищение, Исчезновение профессора Лу Фу)

Поделиться книгой

arrow_back_ios