Великая гендерная эволюция: мужчина и женщина в европейской культуре

Елизаров Евгений Дмитриевич

Елизаров Евгений Дмитриевич - Великая гендерная эволюция: мужчина и женщина в европейской культуре скачать книгу бесплатно в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Размер шрифта
A   A+   A++
Читать
Cкачать
Великая гендерная эволюция: мужчина и женщина в европейской культуре ( Елизаров Евгений Дмитриевич)

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

I. Происхождение союза

1.1. Основная функция

Необходимость пролить свет на рождение института семьи порождает не только тот вызов, который бросает ему и социуму в целом происходящий сейчас переворот во взглядах на брак и распределение социальных ролей брачных партнеров. Видеть в этом перевороте что-то внезапное нельзя. В действительности он лишь делает явным то, что набирало ход в течение гораздо более длительного времени – едва ли не всей истории человечества. По меньшей мере – письменной.

Начало процесса теряется в тысячелетиях, но первый диагноз совершающихся перемен был поставлен еще в XIX столетии. Это только современный взгляд на семью видит в ней устойчивое социальное объединение, которое возникает в эпоху позднего неолита с разложением родового строя. И уже одно это отражает радикальную перемену теоретических преставлений о происхождении и эволюции семьи и рода, которые бытовали ранее. Ведь еще в XIX веке соотношение между ними виделось прямо противоположным: именно в семье виделось первоначало социума, именно семье предстояло сформировать род, тому – развиться в племя, последнему – через союзы племен прийти к государству. Вторая половина позапрошлого столетия радикально меняет сложившиеся убеждения. «Современная наука совершенно оставила прежде распространенное представление о том, что семья, и притом именно семья индивидуальная, состоящая из отца, матери и несовершеннолетних детей, была первоначальной формой человеческого общения и, разрастаясь, но сохраняя свое единство, превратилась в то, что называется родом. В настоящее время признано, что индивидуальная моногамическая семья является не изначальной формой брачных отношений, а наоборот, результатом длинной их эволюции и что не род происходит из семьи, а семья обязана своим происхождением разложению рода» – говорилось еще в энциклопедическом словаре Брокгауза и Эфрона [1] , фундаментальном издании, задачей которого, как и всякой энциклопедии вообще, было подвести своеобразный итог развитию научной мысли того времени.

Без понимания механизмов появления этой первичной ячейки общества невозможно разобраться ни в чем и прежде всего в иерархии ее основных функций. Так, например, традиционно к ним относится продолжение рода. Казалось бы, это обусловлено тем, что именно оно обеспечивает воспроизводство и его самого, и социума в целом. Меж тем физическое продолжение ни того, ни другого не сводится к деторождению, воспитанию и социализации потомства. К слову, только к XX столетию эти функции обретают определения самостоятельной цели. Но и сегодня они не исчерпывают содержание воспроизводственных процессов.

Даже если видеть в семье продукт разложения рода, долгое время в ключевых отправлениях своей жизни она должна была сохранять инерцию, которая сообщалась ей его базовыми ценностями и, разумеется, главной из них – родовым статусом. Структурная единица социума, она и сегодня наследует и передает в первую очередь именно его. Многое в ее быте было производно от того, какую роль в жизни целостного социального организма исполнял род, от его места в единой иерархии управления жизнедеятельностью социума, который формируется и эволюционирует вместе с ним, в распределения ролевых функций других родов. Обретаемая позиция становилась своеобразной «специализацией» рода, и на протяжении долгого времени детопроизводство и социализация потомства были не более чем средством сохранения родового статуса. Отбору и передаче новым поколениям подлежали прежде всего те ценности, которые были значимы для него.

Уже беглый поверхностный взгляд на истекшие тысячелетия показывает это со всей отчетливостью. С развитием общества, диверсификацией его деятельности и разделением труда воспроизводство родового статуса принимает форму преемственности занятий. История хранит память о династиях, на протяжении столетий специализировавшихся на одном и том же ремесле. Его рецепты передавались от отца к сыну (историческое предание утверждает, что Гиппократ был семнадцатым врачом в роду, в одном из египетских папирусов перечислены 25 поколений строителей, принадлежавших одному роду) и охранялись едва ли не более строго, чем имущественная составляющая наследства. Долгое время в городах не только Европейского континента существовали кварталы и улицы мастеров, которые поколениями занимались одним делом. Да и в России вплоть до XX века существовали целые регионы, население которых сохраняло верность своему занятию и охраняло нерушимость унаследованного статуса. Таковы казачьи станицы, таковы поселения, специализировавшиеся на художественных промыслах (Палех, Жостово, Гжель, Касли и др.).

Социум объективно заинтересован в подобной специализации: ведь опыт передачи того или иного занятия от поколения к поколению способствует выработке особых коммуникационных механизмов, обеспечивающих более эффективное усвоение именно тех умений и навыков, которые требуются для его развития. Вероятно, допустимо говорить даже о формировании врожденной способности к усвоению наследуемого ремесла. Отсюда становится понятным появление законов, которые некогда запрещали перемену родовых профессий. В Европе один из первых был издан императором Диоклетианом.

Впрочем, подобная специализация играет не только положительную роль, в известных обстоятельствах она становится тормозом общественного развития. Ведь замкнутое на себя, автаркичное патриархальное хозяйство исключает обмен технологическими открытиями и ремесленными приемами. Однако и с его разложением мало что меняется, поскольку все то в передовом опыте, что обеспечивает чью-то монополию, остается оберегаемым от всех секретом; и чем дальше развивается производство, тем бдительней и строже становится охрана ремесленных тайн, гарантирующих обладателю сохранение статуса.

Законы разделения труда и диверсификации производства взламывают устои патриархального общества, история меняет условия развития рода и семьи. Но даже в XXI веке она стремится сохранить уклад своей жизни, который нередко восходит к далекому прошлому. Меж тем сохранение уклада – это и есть сохранение статуса, отсюда вполне закономерно, что и сегодня «династии» военных, ученых, артистов стремятся привить своим детям уважение к наследуемой профессии, к статусной функции своего рода, к кругу его статусных прав, статусных привилегий, наконец, положенных ему почестей. Динамичность современного общества меняет многое, но и сегодня преемственностью профессий удивить нельзя; и в XXI веке продолжается культивирование прежде всего родовых предпочтений. А значит, в определенной мере и сегодня в роду, в семье (пусть неосознанно, рефлекторно) продолжается воспроизводство специфически ориентированного коммуникатора, которому предстоит воспитывать в своем потомстве приверженность делу отцов. Родитель, часто даже не желая того, чтобы ребенок шел по его стопам, непроизвольно замыкает на него свои социальные связи и уже одним этим включает наследника в систему по-своему ориентированной социальной коммуникации, по каналам которой передаются прежде всего специфически отфильтрованные ценности. Не в последнюю очередь именно эти контакты служат молодому человеку и личным ориентиром дальнейшей социализации, и серьезным подспорьем, когда он начинает делать первые шаги в своей самостоятельной жизни.

Но и эстафета родовых занятий и статусов не образует то главное, что создает семью и наполняет ее жизнь. За нею встают контуры куда более фундаментальных начал.

Сознание отказывается принять мысль о том, что не кровнородственная близость образует семью, в своих истоках она формируется совсем не теми отношениями, которые связывают близких другу людей. И все же это именно так: семья в начале своей истории объединяет не одних тех, кто связан друг с другом кровнородственными отношениями, но и чужих друг другу людей. Более того, не только людей, но и все вещественное окружение человека, его «материальную оболочку». Этимологические справочники говорят, что в русском языке слово «семья» представляет собой форму существительного, образованного от праславянского «сЪмь» («работник», «слуга», «домочадец», даже «раб»). Суффикс uj-а > ьj-а сообщает корню собирательный смысл, благодаря чему в исходном значении она объединяет в себе два признака: «живущих вместе» и автономную «административно-хозяйственную единицу». Оба признака нейтральны по отношению к родству, к крови, объединяемые ими лица могут быть совершенно чужими друг другу. Далекий отголосок такого положения вещей звучит и сейчас, когда мы слышим, что домашние питомцы, собаки, кошки, другая живность, рассматриваются их хозяевами как члены семей, ради них человек способен на жертвы. Это можно было бы рассматривать как некоторое преувеличение, как проявление избыточной сентиментальности, когда бы не многомиллиардные обороты фирм, специализирующихся на производстве кормов и лекарств для животных.

Скачать книгуЧитать книгу

Предложения

Фэнтези

На страница нашего сайта Fantasy Read FanRead.Ru Вы найдете кучу интересных книг по фэнтези, фантастике и ужасам.

Скачать книгу

Книги собраны из открытых источников
в интернете. Все книги бесплатны! Вы можете скачивать книги только в ознакомительных целях.