Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 10

Саканский Сергей Юрьевич

Серия: Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы [10]
Саканский Сергей - Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 10 скачать книгу бесплатно в формате fb2, epub, html, txt или читать онлайн
Размер шрифта
A   A+   A++
Читать
Cкачать
Автостопом по восьмидесятым. Яшины рассказы 10 (Саканский Сергей)

Как Головня кричали

Был у нас друг, звали его Головня. Это была его фамилия, и в паспорте у него так и было написано: Головня.

Этот Головня был цивильный человек: узнав, что на свете есть Гурзуф, он решил туда поехать, но не стопом или стюпом, а в поезде, в купейном вагоне, с женой, а в Гурзуфе – не на беседке, не на Чеховке под яблонями жить, и даже не на Ленинрадской-25 жить, а снять комнату и прямо в этой комнате – жить.

А мы с Серегой в тот период как раз в Гурзуф выступали. Путь наш был дальний: вокруг Азовского моря, мимо Таганрога и Ростова, через Тамань. В тот год у нас была задача: во всех городах пиво попробовать и сравнить между собой разные пивы.

Наконец, образовались мы в Гурзуфе. А с Головней был такой уговор. Войдя в Гурзуф, мы должны были его сразу найти и взять у него 10 пачек явского Беломора. Это мы ему задание дали: явский Беломор нам в Гурзуф доставить, ведь он все равно с женой ехал и много всякого хлама с собой вез. А как Головню в Гурзуфе найти: ведь мы же не знали, где зафлэтует он?

И решили: вот как только войдем в Гурзуф, так сразу крикнем Головня, так он и найдется.

И вот, вошли мы в Гурзуф и стали всюду Головня кричать. И всех наших на аллеях тоже научили Головня кричать. Так и ходили все время наши по Гурзуфу, поднимали головы и всюду, если только уже Нина не прокричали, то кричали Головня.

Но Головня так и не нашелся. Как мы с Серегой правильно догадались: он к тому времени еще в Гурзуф не вошел. Вскоре и мы из Гурзуфа вышли и, побухивая, совершили маленький круг через Запорожье, Харьков и Киев, и снова ворвались в Гурзуф, но уже с запада – стопом из Севастополя. И всюду нам приходилось курить какой-то местный Беломор, Днепропетровский или Феодосийский, потому что у нас запас явского давно кончился. В будущем мы научились по разным городам нашего следования не только деньги сами себе посылать, но и всякие запаски, вроде явского Беломора или даже крепких чистых носков, вроде тех, что Еня Алини в молдавском вайне стирал.

И, в то время как мы, побухивая и разные Беломоры покуривая, совершали свой украинский круг, Головня как раз и вошел в Гурзуф. явского Беломора привез.

И вот, идет Головня по Гурзуфу, а рядом с ним его жена идет – не отстает. И тут кто-то кричит в конце улицы:

– Головня!

Головня подумал, что это мы с Серегой кричим, и устремился туда. Но нас с Серегой там не было. Действительно: откуда нам там быть и Головня кричать, когда мы в это самое время где-то между Харьковом и Киевом, под Полтавой, бухом ехали? Или в Полтавском художественном музее картинами тешились. Или уже в Киеве, на Кресте ченчин на аллеях снимали. Не знаю, где мы были в это самое время, когда кто-то из наших в Гурзуфе Головня, по традиции, кричал.

И вот, идет Головня со своей женой еще раз по Гурзуфу и слышит:

– Головня!

И устремляется туда. Но и там нас с Серегой нет, ибо откуда нам там быть, если мы в это самое время либо в Харькове, в воинской части, с Еней Алини и прапорщиком Шаталиным бухали, либо в Запорожье инженерам-химикам на метизном заводе лекцию о русской литературе читали, либо уже в Киеве, на Кресте ченчин на аллеях снимали.

Но тут Головня как раз увидел того, кто стоял посреди улицы и, задрав голову, Головня кричал. И сказал:

– Я Головня!

А тот, кто стоял на улице и Головня, задрав голову, кричал, сказал ему:

– Пошел в пелвис!

И снова Головня закричал.

Вот идут они в третий раз по Гурзуфу – Головня и его верная жена. Вернее, Головня уже умер, потому что они из Коктейль-холла шли, и жена его на своих плечах тащила, безмолвного мертвого Головню. А у жены, надо заметить, тоже фамилия была Головня.

И вдруг слышит она, что кто-то ее по фамилии зовет, ченчина какая-то. Она пригляделась и видит: стоит в темноте, под кустом тамариска, какая-то ченчина, и кричит, задрав голову:

– Головня!

И тут она по-настоящему испугалась, эта жена. Она просто в леденящий душу ужас пришла.

И вот, вернулись мы с Серегой в Гурзуф и снова ворвались в него. И образовались мы в Коктейль-холле. И с новой силой стали Головня кричать.

А Головня, оказывается, тоже в это время в Коктейль-холле сидел, и не просто там где-то вдали, а прямо рядом с нами, за одним столом и сидел. Но мы его не видели, потому что уже в совершеннейший пелвис были упитые, в такой пелвис, что его можно смело жопой назвать.

Серега, например, положил руки на стол, а свою голову на руки положил. Время от времени он поднимал голову, прибухивал свой коктейль, тихо говорил Головня и снова голову на руки клал.

А я сидел рядом, голову рукой подперев, и только глаза иногда раскрывал, чтобы другой рукой до моего коктейля дотянуться, прибухнуть, прошептать Головня и снова глаза закрыть.

Тогда Головня сказал:

– Серега! Яша! Я здесь. Я вам Беломор привез.

Но Серега поднял голову и сказал:

– Пошел в жопу.

И снова умер.

Так мы и не нашли в тот раз Головню, и пришлось ему явский Беломор самому выкурить, потому что на следующий день, не найдя в Гурзуфе Головню, мы подумали, что он так и не вошел в Гурзуф. И двинулись обратно на Тамань – домашний таманский вайн с бараньими шашлыками бухать.

Давно это было. Головня умер уже, и мы с Серегой честно отбухали на его похоронах.

Как Головня умер

Головня был первым, кто умер в Новые времена, положив тем самым начало вымиранию русского пипла вообще.

В тот год, когда ублюдки к власти пришли, все вокруг стало по-ихнему, по-ублюдьи делаться. У всех станций метро бизнесмены встали – трусами трясти и бабло ломать, а зарплата офицеров, каким был Головня, так и осталась 400 рублей, хотя за эти 400 теперь можно было взять только восемь батлов водки, четыре бутилена вайна и дюжину бутылок пивка. И пригорюнился Головня.

Жена же Головни тоже вышла к метро – трусами и насисьниками трясти, и стала большое бабло таскать, усмехаясь в пшеничные усы. Только не кормила она Головню, смеялась над ним, что на его зарплату можно теперь всего лишь прожиточный минимум водки, вайна и пивка взять.

В Золотой век Головня исправно деньги жене отдавал, кормил ее и одевал, учительницу литературы и русского языка, и себе чуть-чуть денег оставлял, на легкое побухивание – как раз на восемь батлов водки, четыре бутилена вайна и дюжину бутылок пивка в месяц: два батла в пятницу за вечер сразу, затем, в субботу, в течение всего дня, чтобы медленно приземляться – один бутилен, а в воскресенье, тоже за весь день – дюжину бутылок. Таким образом, Головня в понедельник на службу как огурчик шел, и в течение всей недели капли в рот не брал, даже если мы его, офицера в форме, за фалду кителя на улице ловили и батл, либо бутилен, либо бутылку – прямо в фейс ему тыкали. Ни водки не пил Головня среди недели, ни вайна, ни даже пивка.

Скачать книгуЧитать книгу

Предложения

Фэнтези

На страница нашего сайта Fantasy Read FanRead.Ru Вы найдете кучу интересных книг по фэнтези, фантастике и ужасам.

Скачать книгу

Книги собраны из открытых источников
в интернете. Все книги бесплатны! Вы можете скачивать книги только в ознакомительных целях.