Содержание

Роберт Лоуренс Стайн

Твари из дальнего далёка

Да, признаю. Это странная книга.

Начинается она с того, о чем я обожаю писать — с ожившей куклы. Потом переходит к огромным и свирепым космическим ящерам, вторгшимся на землю. А заканчивается борьбой с врагом, контролирующим разум. Бедняжка Рэнди, наша рассказчица, оказывается под властью пришельца из космоса.

Вы найдете в этой книге всего понемножку — и все это будет страшным!

Начнем, пожалуй, со зловещих кукол. Я написал великое множество историй об оживших куклах, марионетках и болванчиках. Я находил эту тему пугающей еще с самого раннего детства.

Когда мне было три года, после обеда мне полагалось поспать. И каждый раз на сон грядущий мама прочитывала мне главу из какой-нибудь книги. Одной из них оказалась несокращенная версия «Пиноккио».

Уж не знаю, почему мама выбрала для чтения именно эту книгу — потому как напугала она меня до смерти!

Оригинальный «Пиноккио» полон насилия. Пиноккио берет большой деревянный молот и размазывает Говорящего Сверчка по стенке. Затем бедолага Пиноккио засыпает с ногами на печи. Помните, что он деревянная кукла? Само собой, ноги свои он спалил.

Мне было всего три, но этой сцены я никогда не забуду. Наверное, именно поэтому я и по сей день нахожу кукол и манекены донельзя страшными. И полагаю, что множество людей также находит их жуткими.

Самый популярный из моих злодеев в «Ужастиках» — это, несомненно, Слэппи, злой болванчик. Стоит кому-нибудь произнести заветные слова КАРРУ МАРРИ ОДОННА ЛОМА МОЛОНУ КАРРАНО, как Слэппи откроет свои нарисованные глаза и вернется к жизни.

Слэппи настолько популярен, что я написал о нем семь книг, начиная с «Ночи ожившего болванчика». Прямо сейчас я работаю над новой книгой под названием «Сын Слэппи», и более чем уверен, что сынок будет не менее устрашающим, чем папаша.

Когда Рэнди и Тайлер, близнецы из «Твари из дальнего далёка», въезжают в свой летний домик, они обнаруживают в одной из спален кучу старых кукол. Разумеется, одна из кукол оживет? Можете смело на это ставить. И, разумеется, как и во всех подобных историях, из этого не выйдет ничего хорошего!

Откуда я взял идею для этой книги? У меня в моих нью-йоркских апартаментах есть кабинет, где я и пишу свои книги. Как-то раз я сидел за рабочим столом, уставившись на висящие на стене киноплакаты. У меня есть несколько постеров старых фильмов ужасов, которые меня вдохновляют.

Например, там есть:

· АТАКА КРАБОВ-МОНСТРОВ

· ТВАРЬ ИЗ ЧЕРНОЙ ЛАГУНЫ

· СМЕРТОНОСНЫЙ БОГОМОЛ

· ТАРАНТУЛ!

· НАПАДЕНИЕ ГИГАНТСКИХ ПИЯВОК

· ТВАРЬ ХОДИТ СРЕДИ НАС

Когда я был ребенком, фильмы про чудовищ любили все. Первое место по популярности удерживали чудовищные насекомые. Но публика любила и чудовищных птиц, чудовищных ящеров, чудовищных горилл, чудовищных тварей морских. И просто безобразных чудищ, непохожих ни на одно земное существо!

Всем нравилось побояться всласть. Одним из первых — и, вероятно, самых популярных, — фильмов о монстрах стал «Кинг-Конг». Он был снят в 1933 году, и именно с него началась повальная мания на больших-пребольших монстров.

Никогда еще публика не видела никого, подобного Конгу. Она сидела, скованная ужасом, когда в джунглях неизвестного острова исследователи впервые видели исполинскую гориллу. А когда эта самая горилла, высотой, наверное, в милю, хватала беззащитную женщину, зрители истошно вопили.

Фильм стал до того популярен, что за ним последовал «Сын Конга», снятый в том же 1933 году, и «Могучий Джо Янг», снятый в 1947 — уже о другой гигантской горилле[1]. Засим последовало множество ремейков «Кинг-Конга», и даже сиквелов ремейков.

1 В России больше известен ремейк — «Могучий Джо Янг» 1998 года. Прим. перев.

Почему? А кому не понравится наблюдать, как огромное вымышленное существо уничтожает все на своем пути?

Публике нравится смотреть, как Кинг-Конг слоняется по Нью-Йорку, топча машины и здания, и срывая с рельсов поезда. В 1950-х японские киноделы решили замутить свое дельце с разрухой и монстрами. Их Годзилла и Родан всласть потоптались по всему Токио. А любители кино по всему миру посходили с ума от восторга.

Когда мы с моим братом Биллом были детьми, каждое воскресенье после обеда мы ходили на фильмы ужасов. В те дни фильмы были неторопливы. Приходилось изрядно потерпеть, прежде чем на экране появится монстр. Но когда он наконец приходил, или прилетал, или выныривал, мы вопили, как оглашенные, и подпрыгивали на своих местах, приветствуя его.

Эти воспоминания очень мне дороги… И вот, когда я сидел у себя в кабинете, любуясь киноплакатами, в голове у меня само собой возникло название: «ТВАРИ ИЗ ДАЛЬНЕГО ДАЛЁКА».

Оно пришлось мне по душе. Оно звучало, как название одной из тех картин, что я любил ребенком — с толикой забавной претенциозности.

Я записал его. А потом начал развивать саму историю. Оживающие куклы… безобразные монстры из космоса… контроль над мыслями. Все это — здесь. Надеюсь, вам будет страшно!

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Я поднялась на крыльцо последнего нашего «летнего пристанища». Каждый год на время летних каникул наша семья снимает очередное место для отдыха. И выбор далеко не всегда оказывается удачным.

— Чур, я первый выбираю комнату! — закричал Тайлер и взлетел на крыльцо, отпихнув меня с дороги.

— Нечестно! — завопила я, врываясь за ним в дом.

Мы с Тайлером — близнецы. У нас у обоих курчавые каштановые волосы и сине-серые глаза. Впрочем, отличить нас друг от друга легко. Благо Тайлер — мальчик, а я — девочка.

Я добежала до верхнего коридора.

Тайлер уже распахивал все двери подряд. Заглянув в последнюю комнату в конце коридора, он испустил душераздирающий вопль.

Я кинулась к нему.

— Что стряслось?!

— Ничего! Вот эта — суперская. — И она ма-а-а-ая! — пропел он. Я заглянула в комнату. Маски монстров на стене, герои мультиков на постельном белье, и карандашные наброски героев комиксов, пришпиленные к пробковой доске над столом. И впрямь клевая комната!

— А вон ту можешь взять себе, Рэнди! — Он махнул рукой в сторону другой комнаты.

Я заглянула в нее.

Бэ. Куклы. Стеллаж с куклами на всю стену! Куклы старинные, куклы новые, куклы с блестящими стеклянными глазами, кукольные пупсы, кукольные тролли, даже парочка Черепашек-Ниндзя в каратистских стойках.

Я терпеть не могу кукол. Они пугают меня до чертиков. И Тайлер это знает.

Иногда он такой козел!

Он знал, что я ни за что не попрошу маму с папой переселить его в комнату с куклами, чтобы я могла занять лучшую. Наши родители — люди справедливые, но не до такой же степени.

— Вечно ты пользуешься тем, что я девочка, — проворчала я.

Тайлер пожал плечами и постарался не ухмыляться.

Я заглянула в другие комнаты в коридоре.

Хозяйская спальня. Мама с папой могут спать там. Там имелся большой стенной шкаф с окошком. Они могли бы поставить здесь кроватку Алекса, нашего младшего братишки. Ему всего четыре, и в большой персональной комнате он не нуждается.

Следующей была ванная комната с объединенными ванной и душем. Я выглянула в окошко. По соседству стоял большой дом — ни занавесок, ни мебели. Как я поняла, нежилой.

В коридоре на втором этаже были еще две закрытые двери. На одной красовалась табличка «НЕ ВХОДИТЬ!», исполненная в хэллоуинском стиле, с капающими «кровавыми» буквами; за второй обнаружился бельевой шкаф.

Больше спален не было. Ничего не попишешь — я определенно застряла в Кукляндии.

*

Каждое лето моя семья меняется домами с какой-нибудь другой семьей из другого города. Я бы не отказалась проводить лето с моими друзьями в Лос-Анджелесе, но когда бы я это не предложила, мама и папа всегда говорят «нет».

Другие семьи всегда рады махнуться с нами жильем, ведь так они получают возможность посетить Диснейлэнд, студию «Юниверсал», Ранчо Ла-Брея[2] и прочие места, которые я видела уже тысячу раз.

И вынуждена признать — кое-где нам встречались невероятные вещи. Как, например, в тот год, когда мы жили в Нью-Мексико и посетили Карлсбадские пещеры. Самые потрясающие пещеры, какие я видела в жизни.

Мы с Тайлером снимали там все на видео. Мы вместе работаем над собственным ужастиком. В сумерках из одной пещеры хлынули тысячи летучих мышей. Вот жуть была!

Другое мое любимое лето прошло в Новом Орлеане. В Новом Орлеане удивительно все. Мы с Тайлером отсняли несколько жутчайших сцен на тамошнем кладбище. Ну зачем на это лето мы переехали в Блэрингвилль?

Блэрингвилль. С тем же успехом его можно было назвать и Нуденьвилль!

2 Ранчо Ла-Брея — район битумных озер, расположенный на территории Лос-Анджелеса. Известен многочисленными находками останков вымерших млекопитающих — мамонтов, шерстистых носорогов, саблезубых тигров и т. п. Прим. перев.

Папа сказал, что это подарит нам представление о жизни в маленьком городке. Увы, мой интерес к житью-бытью в маленьких городках равен нулю.

Пока я не заметила ничего, что бы меня взволновало. Просто куча совершенно одинаковых домов, улочек, деревьев, да газонов с пожухшей от летнего зноя травой. Ах да, и еще совершенно невзрачный универмаг. Это вам не «Галерея» в Лос-Анджелесе.

Я уронила рюкзак с вещами на пол кукло-комнаты и вздохнула.

Мне хотелось накинуть на этих кукол простыню, чтобы не видеть их в любое время дня и ночи.

— Вау! — донесся голос из дверей.

Я повернулась и увидела, что там стоит мама.

— О, вау! — снова сказала она.

— Музей! — пискнул из-за ее спины Алекс. Он смотрел на кукол, вытаращив глаза.

— Это не музей, это кошмар… — начала я. Потом взглянула на маму.

Она смотрела на весь этот пластиковый народ на полках влюбленными глазами.

— Какая прелесть, — прошептала она, входя в комнату и беря на руки куклу, разодетую в бархат и кружева. Она коснулась ее щеки, потом погладила пальцами каштановые кудри.

arrow_back_ios