Рейтинг книги:
9.29 из 10

Влада и заговор Тьмы

Готти Саша

Серия: Хроники темного универа [2]

Уважаемый читатель, в нашей электронной библиотеке вы можете бесплатно скачать книгу «Влада и заговор Тьмы» автора Готти Саша в форматах fb2, epub, mobi, html, txt. На нашем портале есть мобильная версия сайта с удобным электронным интерфейсом для телефонов и устройств на Android, iOS: iPhone, iPad, а также форматы для Kindle. Мы создали систему закладок, читая книгу онлайн «Влада и заговор Тьмы», текущая страница сохраняется автоматически. Читайте с удовольствием, а обо всем остальном позаботились мы!
Влада и заговор Тьмы

Поделиться книгой

Описание книги

Страниц: 53
Год: 2012

Отрывок из книги

Глава 2 Дворовый скандал Утром в дверь позвонили, и Влада сквозь сон услышала, как по коридору зашаркали тапочки деда. – Доброго утречка, Вандер Францевич! – загудел голос соседки, Нины Гавриловны. – Мы тут с соседями собираем деньги на травлю крыс в нашем дворе. С вас триста рублей, уже все сдали… Я, пожалуй, присяду… – Сейчас у меня столько нет, – отвечал голос деда. – Какая еще травля крыс? Не понимаю… Скрипнула табуретка – видимо, Нина Гавриловна решила расположиться у них надолго. – Как это – какая? У меня уже по квартире эти твари бегают. Утром захожу на кухню, а они в углы – шасть! Только хвосты и видела. Не говорите мне только, что у вас крыс нет. – У нас точно их нет, – возразил дед. – Вы уверены, может, показалось вам? – Ничего мне не показалось, – гневно загремела Нина Гавриловна. – Я уже позвонила, куда надо, осталось сдать деньги. Ах да, забыла, зачем я еще пришла… Я же принесла вам лекарства. С вас тридцать рубликов еще, вот чек… Тут корвалол, валидол… И еще валидол… Из коридора зашуршали упаковки лекарств и послышалось сдавленное дедовское «спасибо», затем последовала речь Нины Гавриловны о погоде минут на десять, и лишь потом дверь захлопнулась. Влада вышла на кухню – дед, стоя над мусорным ведром, яростно вытряхивал в него из кармана упаковки с таблетками. По кухне витал кофейный аромат, на столе поджидала сковородка с омлетом, а веник был подозрительно отставлен от плиты в сторону. Опять старик угощался крепким кофе. – Больше я этой гусыне дверь не открою, – раздраженно ворчал дед. – То одно, то другое. Последние деньги отдал, а на что? Подумаешь – крысы, их везде полно, а валидол мне этот не нужен! – Ты только не нервничай, – Влада прошла на кухню и села на табуретку, зевая и протирая глаза. – А фигурки? У тебя уже много накопилось, может, пора продать? – Их в скупке не взяли, – буркнул дед. – Раньше брали, говорили – приносите еще, редкая работа. А вчера всего двух удалось с трудом на рынке продать. Просто черная полоса какая-то… – Не надо так говорить, – расстроилась Влада. – Все наладится, неприятности не могут же вечно длиться, да? – Конечно, не могут, – не очень уверенно согласился дед. – Видимо, какое-то лето неудачное. Придет осень, все поменяет. – Кстати, она уже послезавтра придет, – бодрым голосом отозвалась Влада. – Букет нужен, деда… У нас как – немного денег есть еще? – Найдется рублей сто, – вздохнул дед. – Только осторожнее через дорогу, и не разговаривай с незнакомыми людьми. Сейчас такое время, знаешь… – Я все знаю, буду очень осторожна. Влада наскоро перекусила омлетом и, запив его кефиром, побежала на улицу. От их двора до шумной Сенной площади совсем недалеко – минут десять пешком по набережной одетого в гранит, пахнущего тиной канала Грибоедова. Утро выдалось солнечным и ярким, но воздух уже по-осеннему был прозрачно-грустным, да и прохожие спешили навстречу с сосредоточенными лицами. Весь город только и думал, что о первом сентября, будто это какое-то сверхсобытие. А вот Влада терпеть не могла этот день. Нужно стоять часа два на линейке, чувствуя нервный озноб, слушать бесконечные фальшиво-радостные речи учителей, сжимать в руках шуршащий целлофаном букет и ждать, ждать, когда все это уже закончится. Возле метро разложились дачники, расставив тележки и ведра с астрами, георгинами и гладиолусами. Влада долго выбирала букет, пока не остановилась на трех маленьких фиолетовых астрах, подешевле. Ее букет, самый неказистый и скромный, учительница все равно почти всегда забывала после занятий на подоконнике. Заворачивая астры в целлофан и критически поглядывая на покупательницу, старушка-дачница принялась бормотать что-то о деревне, домашней сметане и молоке, которые необходимы для таких худышек. Влада смущенно пробормотала «спасибо», схватила букет и, слыша за спиной старушкины оханья, поспешила прочь. Все-таки лето всегда заканчивается быстро, а последние дни августа вообще летят как часы. Влада немного постояла на набережной канала, щурясь от солнышка и с грустью провожая глазами первые желтые листья, лениво дрейфующие по глади зеленовато-мутной воды. Обратно идти не хотелось, но ждали дела. Остаток пути до дома Влада пробежала бегом, нырнула в сырую темную подворотню, в которой из-за эха всегда казалось, что кто-то идет за спиной, и чуть не столкнулась с нарядной Анжелой, которая вывела во двор на прогулку своего ротвейлера. – Куда несешься, Огнева, свидание, что ли, не получилось? – фыркнула Анжела, переводя взгляд на астры в целлофане. – Что – на веник поприличнее у твоего нового поклонника денег не хватило? Ее последние слова заглушило рычание пса, которого она придерживала на поводке. Увидав Владу, ротвейлер вдруг с воем рванулся из ошейника, будто ему очень хотелось разорвать ее в клочки. – Кондор, фу… Фу! Огнева, ты что – кошку завела?! – пытаясь удержать пса, возмущенно фыркнула Анжела. – Кошмар какой-то… – Нет у меня никакой кошки, – буркнула Влада, пятясь и прижимая к себе букет. Бежать было нельзя – собаки тогда точно кидаются, у них инстинкт. Лучше медленно и спокойно отступать до самого подъезда. – Огнева, дрянь! – завизжала Анжела, когда ротвейлер протащил ее несколько метров вперед, и та чуть не грохнулась с каблуков. – Ты что с моим псом сделала?! Сглазила, что ли?! Он же спятил совсем! Фу, Кондор, я сказала! – Я-то тут при чем?! Влада застыла на месте, прижимая к себе астры и с ужасом глядя, как пес исходит слюной, щеря желтые клыки, и таращит налитые кровью глаза. – Папа-а-а! Сюда-а-а-а! – взвизгнула Анжела. – Я не обязана ломать ногти и эту псину удерживать! Па-а-па-а-а! Дальше все произошло молниеносно – Влада бросилась бегом прямиком к дому, через газон. Оглянувшись, она увидела, что Анжела, больше не стараясь удержать собаку, отпустила поводок, и пес, перемахнув через ограждение, летит вперед, оскалив страшные зубы. Влада вскрикнула, рванулась было, но зацепилась за что-то ногой и свалилась на траву, инстинктивно закрывая голову руками. Раздался громкий и резкий свист, а вслед за ним удаляющийся собачий визг и вопль Анжелы: – Кондор!!! Ты куда? Ко мне!!! Прошло несколько секунд, прежде чем Влада осторожно открыла глаза и увидела две стоящие в примятой траве ноги в потертых кроссовках и черных джинсах. Рядом валялся уже знакомый черный мяч с красными полосами. – Не ранена? – спросил мальчишеский голос, и два черных глаза обеспокоенно и заинтересованно глянули на нее, как из тумана. Она только мотнула головой в ответ. Это тот самый мальчишка, который вчера спрашивал ее имя и довел до бешенства Анжелу, опять он здесь. Только без темных очков – и теперь можно посмотреть в его глаза. Да-а-а, с такими глазами и таким лицом люди не шатаются по пыльным унылым дворам и не спасают от ротвейлеров бестолковых девчонок. С такой внешностью снимаются в кино, снисходительно глядят с обложек журналов… У Влады болезненно сжалось сердце, будто кто-то невидимый зацепил его ледяным крючком, проколов кожу. «Он – как юнга с пиратского корабля», – подумала Влада, разглядывая загорелые руки, порванную где-нибудь на абордаже футболку и лихо повязанную на голове цветастую бандану. – Вставай, я этого людоеда отправил проветриться, – звонким голосом сказал мальчишка и протянул руку. – Ого, а ты разбила коленку. Рука у незнакомца была холодная, будто тот замерз, но никаких мурашек на ровной загорелой коже не было, и Влада, сделав вид, что ничего не заметила, осторожно встала. Голова немного кружилась, но колено было цело, по крайней мере на первый взгляд. – Спасибо, ты вовремя. Ой, цветы… И без того не слишком свежие астры теперь были изломаны и валялись в траве. Поднимать их смысла уже не было, и это будет первый раз, когда она явится на торжественную линейку даже без такого букета. Дед в чем-то был прав – неприятности валились одна за другой, просто не давая передышки. Анжела уже бежала к ним, подскакивая на высоченных каблуках, продолжая визжать и звать своих родителей, а из подъезда спешила на помощь «тяжелая артиллерия» – ее отец в халате и шлепанцах и мамаша, у которой на голове смешно подпрыгивали бигуди. – Огнева, нахалка! – вопила Анжела. – Сглазила собаку, а этот мячом в нее запустил!!! – Пусть побегает, не беда, – возразил мальчишка. – А то злой слишком. – Доченька! – запыхавшись, подбежал к ним отец Анжелы. – Что… Что тут такое? Где Кондор? – Нету его больше! – притворно рыдая, стенала Анжела. – Владка дразнила его, а этот в него мячом, и Кондор испугался и сбежал… Выпалив это, Анжела не забыла кинуть на мальчишку кокетливый взгляд и перебросить свои светлые волосы так, чтобы их было лучше видно. Мать Анжелы, подоспев на подмогу мужу и дочери, уставилась на ребят злыми глазами, один из которых был огромный, накрашенный тушью, а второй, не накрашенный, был раза в три меньше. – Я видела из окна, как ты дразнила нашего пса! – заорала она, наступая на Владу. – Я тебе покажу, хамка! – Я не дразнила, и я не хамка… – растерянно попыталась защититься Влада, но отец Анжелы только злобно накинулся на нее: – Тебя не спрашивают, нахалка! Что сделала с собакой?! – Полегче-ка, – встав между ними, мальчишка заслонил Владу спиной. – Никто никого не дразнил. Таких псов надо на цепи держать, приступ злости случится – и полдвора разорвет. – Да кто ты такой, чтобы нам указывать?! – взвизгнула мать Анжелы. – Оборванец ты малолетний! – Да что с ним еще лясы точить! – Лев Михайлович вдруг размахнулся, чтобы отвесить «оборванцу» оплеуху, и Влада вскрикнула, прижав руки к вискам. Только вот волосатая пятерня просвистела в воздухе – мальчишка как-то неуловимо увернулся, а отец Анжелы чуть не упал, потеряв равновесие. – Ч-что… А? – растерялся он, удивленно посмотрев на свою ладонь. – Н-наглец! П-подонок! – Он начал заикаться от удивления. – Анжела, кто он такой? – Защитничек Огневой, недавно появился… – с интересом буравя мальчишку глазами, процедила Анжела. – Я Гильсберт Муранов, – ответил тот. – А уж кто я такой – это мое дело. Влада с удивлением взглянула на него – надо же, какое удивительное спокойствие в такой ситуации. Любой другой на его месте давно бы испугался такого натиска и криков или же начал бы вести себя вызывающе. А этот просто спокойно улыбался, будто не боялся абсолютно ничего, и его даже забавляло все происходящее. Хотя с такой внешностью и именем, наверное, уверенность в себе прилагается в комплекте. – Гильсберт? Как-как, Муранов? – Лев Михайлович уже немного пришел в себя и теперь явно хотел взять реванш за фиаско с ударом, начав невероятно громко орать: – Все, крышка тебе, пацан! Номер твоей школы, быстро! Я тебе устрою, пожалеешь, что родился! – Конечно, устраивайте, – блеснул белозубой улыбкой мальчишка. – Это будет забавно. Я в МУНе учусь. – В каком еще МУНе? – взвизгнула мама Анжелы. – Мы никогда не слышали ни про какой МУН! Где твои родители?! – Вы и с ними хотите пообщаться? – продолжал веселиться Гильсберт Муранов. – Я вас разочарую, родители и брат в отъезде, и дома только друзья. Но приезжайте, если хотите. Садитесь на триста пятидесятый автобус и доезжаете до второй конечной остановки. Только не перепутайте – до второй конечной. А там спросите Темную аллею, дом три, запомнили? И не забудьте сказать, что едете воевать с семьей Мурановых, будет весело… Пока семейство Царевых исходило визгом уже по поводу выдуманного адреса и поддельного автобуса, мальчишка потянул Владу за руку, уводя за собой. Позади гудел голос отца Анжелы, который обещал очень скорые и многочисленные неприятности и кому-то уже звонил по мобильному телефону, но Влада даже ни разу не оглянулась. – Надо перевязать твое колено, – вдруг заявил мальчишка, останавливаясь и снимая с головы бандану. – Да не надо, раны-то нет, зачем? – Влада попыталась протестовать, но мальчишка, присев на корточки, будто не услышал ее. Что ж, пусть перевязывает ее ногу, если хочет. Влада с удовольствием увидела, как из окон выглядывают соседи, вот показалась голова Полины, а Нина Гавриловна, стараясь высунуться подальше, чуть не вывалилась во двор. Здорово, пусть смотрят. Но вот из распахнутых окон квартиры Огневых доносился истошный рев пылесоса. Теперь понятно, почему дед пропустил всю эту сцену. – Странное у тебя имя – Гильсберт, – заметила Влада, чувствуя, как колено стянула холодная шелковистая ткань. – Лучше просто Гильс, – подняв черные веселые глаза, мальчишка завязал повязку каким-то хитроумным узлом, полюбовался на свою работу и встал. – Гильсберт – это официально, для торжественных случаев, вроде уличного скандала. А твое имя я и так уже знаю, Влада… Слушай, я не очень умею общаться с людьми. Как у вас принято напрашиваться в гости на чай? Познакомишь с родичами? По спине у Влады пробежал неприятный холодок. Очень не хочется объяснять ему, что у нее нет никаких «родичей», – имел он в виду, скорее всего, родителей, а у нее – только старенький дед. Да и квартира, в которой уже лет тридцать не было ремонта, вряд ли его впечатлит. Кстати, и чая нет – заварку дед позабыл купить, а может, денег не хватило. И зачем он сказал, что он не умеет общаться с людьми? Ведь это уже было откровенное вранье. Неужели для того, чтобы она почувствовала в нем родственную угрюмость и прониклась доверием? – Влада, да не бойся ты, – настойчиво повторил парень. – Я хочу, чтобы ты пригласила меня в гости, слышишь? Со стороны послышались приближающиеся вопли – на них надвигалась вторая волна скандала вместе с набравшейся злости семейкой Царевых. Пора было удирать домой, и Влада ступила в подъезд, ожидая, что новый знакомый проводит ее до квартиры. Но нет – тот остался стоять за порогом, выжидающе глядя на нее. – Да пригласи меня уже, – с досадой произнес он. Влада чуть не рассердилась на него – раз красивый, то может что ли, требовать приглашения? А потом со смехом будет рассказывать друзьям, как за ним бегает девчонка. Нет уж, пусть идет сам, без приглашений. – Пойдем, если хочешь, – как можно более безразлично пожала плечами Влада. – Нет, не то, – послышалось ей вслед. Махнув рукой, Влада кинулась по лестнице вверх, перепрыгивая сразу через две ступеньки и уже слыша, как снизу загремели визгливые голоса Анжелы и ее родителей. Черт, дед из-за рева пылесоса не слышал, как она трезвонит в дверь. Влада выудила из кармана ключи, дрожащими руками отперла замок и, быстро захлопнув дверь за собой, прислонилась к стене коридора, пытаясь отдышаться. В лучах солнца, падающих из комнат, метались пылинки – допотопный «Вихрь», похожий на скинутый рыцарем шлем, не столько убирал, сколько наводил на пыль панический ужас своим рычанием и воем, после чего она аккуратно возвращалась на прежние места. Пылесос затих, дед выглянул из гостиной. – А где букет? – Он опустил глаза и заметил повязку на колене. – А это что такое?! Ты что так запыхалась? – Дед… – Влада сглотнула, переводя дух. – У нас, кажется, новые неприятности. – Что еще? – Да вот, идут уже сюда, кажется. Только не открывай, пожалуйста! Влада не ошиблась – через секунду звонок заверещал, а в дверь со всей силы ударили ногой. Почти целых полчаса отец Анжелы яростно вопил, угрожая и подробно рассказывая, что бывает с теми, кто посмел тронуть его семью и его пса. – Все, старый хрыч, ты допрыгался! – орал Лев Михайлович, пока дед, замерев у двери, настороженно прислушивался. – Ты мне ответишь за собаку! Всю жизнь не расплатишься! Я уже в отделение полиции позвонил – у меня там знакомые! Если ты мне до завтра собаку не вернешь, я тебя упеку куда следует, а твою охламонку в детский дом отправлю, понял? Когда сосед выдохся и отправился восвояси, Владе страшно было смотреть деду в лицо – настолько оно побледнело. Казалось, вот-вот, и старик упадет. – Я ни в чем не виновата, – выдавила она из себя. – Не дразнила я никакую собаку, правда! – Да я тебе верю, – старик, понурившись, прошаркал на кухню. – Что же такое творится? С каждый днем все хуже и хуже… Пойдем, расскажешь мне все подробно. Только поставлю чайник и закрою окно… Пока Влада рассказывала, дед по-настоящему съел таблетку валидола и, как ей показалось, даже сильнее постарел. – В общем, этот Кондор уже бежал, чтобы меня разорвать, а тот мальчишка как мячом в него бросит, и пес вдруг рванул совсем в другую сторону! – Как, ты сказала, того паренька зовут? – переспросил дед. – Гильсберт Муранов. Он даже перевязал мне колено. – Колено болит? – Да нет, я же падала на траву. Можно было и не перевязывать… – Так… – дед задумался. – А сними-ка повязку. – Сейчас… Узел развязываться почему-то не хотел, да и выглядел не совсем обычно – он напомнил Владе парадоксальные фигуры из книжки «Загадки четвертого измерения», которую им однажды показывали на уроках физики. Ткань повязки тоже была необычная – шелковистая, на черном фоне пестреют желтые, оранжевые, зеленые и красные рожи, страшно и свирепо скаля зубы. – Странно… Что-то не получается. – Влада принялась дергать узел, зацепляя его ногтями. В конце концов, потеряв терпение, она взяла маникюрные ножницы и принялась ковырять ими повязку, чтобы попросту ее распороть. Ткань не поддавалась. Хотя на вид это был совсем тонкий шелк, ножницы были ему нипочем. – Не надо так делать, поранишься, – остановил ее дед. – Не снимешь ты эту повязку, я так и думал. Что он еще сказал, этот Гильсберт? – А еще он напрашивался в гости на чай, – призналась Влада, хмуро разглядывая свою коленку. – А ты что? Не пригласила? – Нет. – Почему? Влада молча пожала плечами. Ну не скажешь же деду – «знаешь, Муранов слишком красивый, я таких никогда не видела и начала комплексовать». Был бы этот Гильс каким-нибудь обыкновенным веснушчатым дылдой, уже давно сидел бы на их кухне, пил бы вчерашний кефир, рассказывал, зачем он пришел… – Ладно… – дед крякнул с досады. – Ты все сделала правильно, я сам учил тебя осторожности. – Знаешь… – Влада помолчала. – Иногда мне кажется, что нас кто-то сглазил… или проклял. – Я не верю в проклятия! – гневно сверкнул глазами дед, вставая, чтобы выключить плюющийся кипятком чайник. – Глупости все это, никогда больше так не говори. – Ты думаешь, все эти угрозы соседа – правда? – осторожно спросила Влада. – У него много связей, он, как это говорят… влиятельный человек. – Что же нам теперь делать? – Тебе – ничего. Отдохни, посмотри телевизор… а лучше поужинай и ложись спать. – Старик решительно направился в прихожую. – Ты куда это? – перепугалась Влада, глядя, как он нахлобучивает шляпу и берет в руки трость. – Пойду поищу соседского пса. Наверно, носится где-то по дворам… – Так ты не справишься с ним, он же зверюга, страшный! Я пойду с тобой! Она кинулась надевать кроссовки, но дед решительно замахал руками. – Ты останешься дома! И не спорь со мной больше! Все! Сгорбившись и взяв в руки трость, старик вышел из квартиры, а Влада осталась стоять посреди прихожей, пытаясь собраться с мыслями в тишине, нарушаемой только размеренным тиканьем квадратных часов над дверями гостиной. Влада глянула на них – уже шесть вечера. Скоро стемнеет, старик может упасть, ему может стать плохо с сердцем… Представлять себе, как ее дед, опираясь на палочку, шаркает по дворам, разыскивая злобного соседского пса, было просто физически больно. Влада сжала виски руками, издав стон от злости и бессилия. Нужно думать, думать… Наверняка должен быть какой-то выход. Просить помощи не у кого, единственный из посторонних людей, который ей вообще помог хоть раз в жизни, был Гильс Муранов, только вот он, наверное, уже уехал домой. Домой… А ведь Гильс называл свой адрес, когда ругался с отцом Анжелы. Влада тогда хорошо запомнила – триста пятидесятый автобус, вторая конечная остановка, Темная аллея, дом три. Гильс добавил – только вторая конечная, иначе не найти… На триста пятидесятом автобусе Влада ездила каждый день три остановки до школы, поэтому она была уверена, что сам автобус существует в природе. А вот вторая конечная остановка? Надо поехать, найти Гильса Муранова, рассказать о том, что случилось, попросить помочь. Сейчас уже неважно, что он себе вообразит или подумает, будет ли смеяться над ней. Пусть смеется, все равно помощи ждать больше неоткуда. И действовать, а не бегать по квартире взад-вперед, кусая ногти. Наконец поняв, что она решилась, Влада кинулась собираться в дорогу. Выпила стакан холодного чая – разогревать чайник все равно было некогда, в хлебнице нашелся прикрытый блюдечком засохший бутерброд со свернувшимся в трубочку ломтиком сыра. Несмотря на жаркий день, бежать на улицу с яркой повязкой на колене ей не хотелось. Раз уж не удается снять – так хоть надеть джинсы вместо юбки. Влада так и сделала, но, бросив быстрый взгляд на себя в зеркало, вдруг вскрикнула от испуга – сквозь джинсовую ткань на колене, как змеи, пролезали яркие нитки, и уже через несколько секунд повязка снова гордо красовалась на колене, уже поверх джинсов. – Чертовы фокусы, – Влада, рассердившись, подумала, что если эту тряпку снять не удастся, то придется так и идти в школу, вызывая издевки и насмешки одноклассников. Наскоро написала на листке записку: «Не волнуйся, я уехала за помощью, искать Гильса Муранова», оставив ее под магнитным веселым солнышком на холодильнике. За подкладкой старой куртки нашлась давно бренчавшая мелочь, которая осталась от школьных обедов. На автобус денег хватит. Самое главное теперь – чтобы этот адрес существовал.

Скачивание книги было запрещено по требованию правообладателя

Популярные книги

arrow_back_ios