Содержание

Страшный петух

Гриша спокойно шагал по дорожке. В руке он держал ломоть хлеба, намазанный маслом. Жевал с аппетитом.

Вдруг он судорожно глотнул и чуть не подавился. От испуга выронил бутерброд. Гриша увидел петуха.

Петух гордо стоял посреди двора и тряс красным гребнем. Огненный глаз петуха сверкал грозно и властно.

Гриша кинулся в гущу лопухов. Лопухи были высокие. Их широкие листья хорошо скрывали Гришу. Петух его не видел. И Гриша не видел петуха. И решил, что петух ушёл. Мальчик осторожно высунулся и затрусил к дому.

Но едва он отошёл от спасительных лопухов, как золотистое, зелёное с синим крыло взметнулось над ним. Твёрдый как железо клюв тюкнул Гришу в макушку.

Гриша отчаянно заревел.

Мама сбежала с крыльца, размахивая поварёшкой. Она отогнала петуха и отвела ревущего Гришу в дом.

А петух помахивал крыльями, загребал землю ногами и пощёлкивал клювом. В углу двора он исполнял победный танец.

Вскоре вернулись с прогулки Настя с тётей.

Они вошли во двор, и тётя громко закричала от испуга: что-то большое, разноцветное обрушилось на её шляпку. Это коварный петух подкрался сзади, взлетел и вцепился когтями в матерчатые цветы. Но сразу спрыгнул на землю и, вытянув шею, пустился наутёк.

Настя увидела: за петухом мчится кот Мирза. Пушистый, огромный, он гнался за петухом, прижав уши к голове и сузив глаза.

В кухне тётя села на табуретку и отдышалась.

— Как я испугалась! — сказала она. — Зверь, а не петух. И откуда он взялся? Уже неделю живём у вас на даче, а этого петуха не видели.

— Чуть он тёте голову не оторвал! — сказала Настя.

Поля засмеялась. Она была старше Насти на полгода.

Обеим осенью предстояло идти в школу. А Грише недавно исполнилось пять лет.

Мама Поли и Гриши сказала:

— Сами не знаем, откуда приходит этот петух. Уже два раза набросился на Гришу, теперь на вас… Просто беда!

Клочкастая Пилька

Настя ходила в булочную. На обратном пути заглянула в один из садиков.

На крыльце дома сидел старик, с длинной белой бородой. А перед ним подпрыгивала небольшая собака очень странного вида. Приземистая, на коротких ногах и вся какая-то клочкастая.

Приглядевшись, Настя поняла, что собака подстрижена как попало. Где выхвачен клок шерсти, где совсем ножницами не тронуто, а где целые большие проплешины выстрижены.

На ступеньке возле старика стояла тарелка с кусочками мяса. Старик взял кусочек и поднял его над головой:

— Возьми, Пилька!

Дрожа от нетерпения, собака подпрыгнула. Старик поднял руку выше. Пилька подскакивала, суетилась, визжала. Но достать мясо не могла.

Настя прижалась лицом к забору и смотрела между планками. Не выдержала и закричала:

— Дедушка! Зачем же вы её так дразните?

Старик вздрогнул и выронил мясо. Пилька поймала кусочек на лету. Послышалось чавканье.

Борода заходила у старика ходуном. Он крикнул:

— Не мешай работать!

Ни папа, ни мама, ни тётя никогда не кричали на Настю. Настя обиделась.

— Какая же это работа — дразнить собаку? — сказала она.

— Ты ещё возражаешь? — прикрикнул старик. — Вот я тебя заколдую!

Настя заморгала от удивления.

— Вы… колдун? Но разве колдуны живут на дачах?

— Они живут где хотят! — отрезал старик. — Держу пари, что сейчас ты убежишь!

Настя хотела спросить: «Почему?» Но не успела. Раздалось: «ко-ко-ко!» Из-за угла дома показался огромный петух с огненным гребнем. Тот самый!

Настя повернулась и побежала со всех ног.

Так вот кто хозяин злого петуха!

Дед-Яга

Ночью Насте стало щекотно. Она посмотрела: что такое? Кот Мирза водил длинным усом по Настиному лицу.

— Тебе чего? — спросила Настя.

Лапой Мирза отбросил одеяло и потянул Настю за ночную рубашку. Потом взял в зубы Настино платье, висевшее на спинке стула, и подал ей.

Настя оделась и обула сандалии. Кот пошёл к двери, оглядываясь на Настю. Настя пошла за ним.

Сад был залит бескрасочным светом белой ночи. Ни один листик не шевелился. Всё молчало.

Мирза прошествовал к калитке, толкнул её лапой.

— Куда ты ведёшь меня? — прошептала Настя. В этой бледной тишине отчего-то не хотелось говорить громко.

Взглядом кот приказал: «Иди!»

Улицы дачного посёлка были пустынны. Доцветали яблони. В сладкой дрёме они роняли бело-розовые лепестки, и казалось, что сыплется редкий душистый снег.

Мирза и Настя пришли к заливу. Море было нежно-сизого цвета, большое и гладкое как зеркало.

В сандалии у Насти набилось столько песку, что Мирзе пришлось ждать, пока она разуется и вытряхнет песок. Но обуваться Настя не стала. Пошла босиком, держа сандалии в руке.

У берега колыхалась на воде лодка. Мирза прыгнул в неё. Настя тоже влезла в лодку. И они поплыли по заливу.

Вскоре на горизонте показались шпили и башни.

— А, мы плывём в Ленинград, — догадалась Настя. — Но зачем? Мама с папой улетели в отпуск. А мы с тётей живём на даче. Ой, тетя проснётся, а меня нет!

Но тут они оказались не в море, а на проспекте. Асфальт холодил Настины подошвы. Глянула Настя на свои ноги, а они босые: сандалии-то она в лодке забыла.

— Я босиком на улице! — воскликнула Настя. — Это мне неприлично.

Мирза насмешливо шевельнул усами: мол, какая чепуха! И вдруг усы у него встопорщились, уши прижались к голове. Он весь распушился, стал похож на громадный полосатый шар и воинственно заурчал.

Что с ним такое? Настя оглянулась. Мамочка! Со всех сил к ним бежит старик, хозяин петуха!

— Попались, голубчики! — злорадно закричал старик. — Выслеживать меня вздумали? Сейчас до вас доберусь! Я ведь дед-яга!

Старик протянул руки, схватил Настю и Мирзу и стал их опутывать своей бородой. Мирза зашипел. Настя в ужасе закричала и… открыла глаза.

Она лежала в постели, запутавшись в одеяле, а ноги торчали голые. Белая ночь глядела в окно. На другой кровати крепко спала тётя. В ногах у Насти потягивался Мирза. Круглые зелёные глаза его сверкали.

Настя села, дрожащими руками расправила одеяло и погладила Мирзу. Шерсть у кота была влажная.

— Как хорошо, что мы спаслись от деда-яги! — сказала ему Настя.

Шершавым язычком кот лизнул Настину руку. Настя прижала к себе Мирзу и заснула.

Утром Настя вспомнила свой сон, но как-то смутно: Мирза вёл её по спящему саду, они плыли по морю, она потеряла сандалии. А потом их схватил хозяин петуха — ужас! Вот это она ясно помнила и теперь твёрдо знала: старик с бородой — дед-яга!

Антон и Карка

Во дворе испуганно заголосил Гриша:

— А-ай! Ма-ам!

— Опять петух?! — мама бросилась к двери.

Выскочили на крыльцо и Настя с Полей.

Вот так зрелище! Гриша бегает по двору, прикрывая голову руками. А над ним летает, машет крыльями… не петух, нет, — воронёнок! Чернущий, будто кто облил его тушью, большеголовый, с громадным не по росту клювом.

— Ма-а! — вопил Гриша.

— Дай сахару! — хрипло крикнул воронёнок, норовя ухватить Гришу за светлый хохолок на макушке. — Сахару! Сахару!

Внезапно он разразился хохотом: «кра-ха-ха! Кра-ха-ха!»

И над самой Гришиной головой лязгнул клювом. Как выстрелил.

Девочки застыли в изумлении. А потом невольно расхохотались.

— Кыш! Кыш! — мама подхватила с земли ветку и ею отгоняла воронёнка. — Кыш! Кыш!

— Карка! Карка! — раздался звонкий голос. — Перестань! Как тебе не стыдно!

Через забор быстро и ловко перелез мальчик лет девяти в коротких синих штанах и клетчатой рубашке с короткими рукавами.

Воронёнок оставил в покое Гришу, подлетел к мальчику и опустился на его плечо.

— Он бы не клюнул, — сказал мальчик извиняющимся тоном. — Он просто озорник.

Из окна высунулась тётя:

— Это твой воронёнок? Какой забавный! И даже умеет говорить.

— Карка, поздоровайся! — велел мальчик.

Воронёнок покосился на тётю чёрным, блестящим глазом и гаркнул:

— Спокойной ночи, дуралейчик!

Девочки покатились со смеху. Засмеялся и Гриша, вытирая кулаком слёзы. Улыбнулась и мама.

Мальчик покраснел:

— Замолчи, невежа!

Тётя тоже засмеялась — что обижаться на глупую птицу! — и спросила приветливо:

— Тебя как зовут, мальчик? Ты тут где-нибудь живёшь?

— Антон меня зовут, — ответил мальчик. — Мы с бабушкой вчера приехали. Дача наша вот за этим забором. А папа с мамой уехали в экспедицию.

— В экспедицию? — переспросила тётя.

— Потому что они геологи, — объяснил мальчик.

— А наш папа тоже с самой весны в командировке! — заявила Поля. — Он монтажник, где-то завод строит.

— Я бы с мамой-папой поехал, — сказал мальчик. — Или в пионерлагерь. Но нельзя же бабушку оставить одну!

Чучело

Бабушка у Антона была старенькая, поэтому Антон много ей помогал. Он ходил в магазин, доставал воду из колодца, подметал полы, чистил песком кастрюли. Иногда ребятам приходилось подолгу дожидаться, пока Антон освободится.

На этот раз его не было особенно долго. Уж и бабушка Антона несколько раз выходила на крыльцо и говорила:

— Куда мой Антошенька запропастился?

И вот хлопнула калитка. Антон стремительно вбежал в сад. Он весь раскраснелся, волосы прилипли к вспотевшему лбу. На плече у него сидел Карка, крепко вцепившись когтями в рубашку. Если бы Антон пустился вприсядку, Карка всё равно бы не свалился.

— Что я видел! — на бегу крикнул Антон. — Сейчас расскажу…

Он влетел в дом, сунул бабушке сумку с продуктами, снова выскочил, уже без Карки. Тот, конечно, похаживал теперь вокруг бабушки, выпрашивая что-нибудь вкусненькое.

Антон плюхнулся на траву возле ребят.

— У-ф-ф! Вот слушайте! Стою я в очереди за молоком и вдруг входит в магазин старичок с белой бородой.

Настя насторожилась:

— С бородой?

— Ага! Старичок говорит: «Пустите меня, граждане, без очереди, меня дома внучек ждёт запертый». Я, конечно, сразу пустил: «Становитесь, дедушка, впереди меня». Меня-то внучек не ждёт, правда?

Поля хихикнула:

— Ты и сам внучек.

Настя напряжённо слушала. И Гриша слушал, посасывая конфету.

— Что-то там старичок купил и вышел, — продолжал Антон. — Я купил молоко и тоже вышел. И вижу: идёт этот старичок, а рядом с ним семенит какое-то… чучело. Собака не собака, лисица не лисица. А если лисица, потому что рыжая, то — драная. Шерсть — где косматая, а где и вовсе нету.

— Вся в клочках? — быстро спросила Настя.

— Да-да. Что за странный зверь, думаю? И пошёл за ними. Навстречу девушка фокстерьера ведёт. Фоксик, как увидел чучело, так прямо… из себя вышел. Лает, с поводка рвётся. Чучело к ногам старика прижалось, дрожит. Девушка своего пса за поводок оттянула и ушла. А старик по тропинке в лес свернул. Я за ним. Иду потихоньку сзади. Карку я ещё как в магазин входил, за пазуху сунул. Чтобы все на него не пялились и не говорили без конца: «Ой, какой чёрный! Это твой?» Как будто я буду чужого воронёнка с собой таскать. Так что Карка сидел тихо. Ну, вот. Отошёл старик от дороги, сел на пенёк. А я в кустах стою. Вдруг старик как схватит чучело за загривок: «Опять испугалась чужой собаки? Вот я тебе задам!» И тут, как назло, Карка высунулся у меня из-за пазухи да ка-ак каркнет. Я его назад запихиваю. Гляжу… а уже нет никого: старик со своим зверем как сквозь землю провалился. Только кусты затрещали.

За спиной у ребят и в самом деле затрещали кусты.

Все обернулись. Настя заметила: чей-то глаз светится в чаще…

— Ой, там кто-то притаился! — прошептала она.

— Боюсь! — пискнул Гриша, придвигаясь поближе к Антону.

Антон всматривался в кусты:

— Что-то там синее… и красное…

Сердитое фырканье заставило ребят поднять головы. С крыши сарая, недалеко от которого они сидели, скакнул в кусты Мирза. И в ту же минуту из кустов взлетел петух.

Гриша зажмурился и закричал:

— Ай!

Хлопая крыльями, петух перемахнул через забор и скрылся. С недовольным урчаньем Мирза вылез из кустов. Изо рта у него торчало петушиное перо. Мирза выплюнул его с отвращением.

arrow_back_ios